За последние годы, поднятая трудами советских ученых и исследователей, чрезвычайно ...
Дата публикации: 23-06-2026 17:27:44
За последние годы, поднятая трудами советских ученых и исследователей, чрезвычайно далеко шагнула вперед астрономия — наука, изучающая мировое пространство, звезды, планеты и другие небесные тела.
Президент Академии наук Армянской ССР академик В. А. Амбарццмян в работах, посвященных «звездным ассоциациям», разрушив идеалистические концепции, доказал, что звезды, если учесть астрономические масштабы времени, рождаются буквально на глазах. Некоторые звезды моложе Земли.
Член-корреспондент Академии наук СССР Г. А. Тихов создал новую науку — астроботанику, доказавшую наличие растительной жизни на планете Марс. Советские ученые впервые предсказали возможность радиолокации спутника нашей планеты — Луны. Проблема межпланетных путешествий, по меткому выражению академика С. И. Вавилова, скоро из безответственного ведения писателей перейдет в более ответственное ведение инженеров.
Откликаясь на многочисленные запросы читателей, интересующихся загадкой тунгусского метеорита, мы публикуем научно-фантастический рассказ писателя А. Казанцева, написанный им в развитие гипотезы, высказанной автором еще в 1946 году. В публикуемых рассказе и комментариях рассматриваются также вопросы, касающиеся межпланетных путешествий и возможности существования жизни на других планетах.
Научные комментарии к рассказу составлены автором по работам члена-корреспондента Академии наук СССР Г. А. Тихова, профессора В. В. Шаронова и Е. Л. Кринова. В составлении комментариев приняли участие член Всесоюзного общества по планетам, кандидат физико-математических наук М. С. Бобров (им написаны разделы о планетах) и начальник экспедиции Академии наук по оказанию помощи профессору А. М. Кулику — В. С. Сытин (раздел о тунгусском метеорите).
Астроном попал к нам на полярный корабль, когда мы стояли в Устье. На воде, такой же оранжевой, как занявшаяся заря, показался моторный катер. Он шел от дымчатой полоски на горизонте.
— Новые пассажиры: астрономическая экспедиция, — услышал я.
Астрономическая экспедиция? Разве в Арктике лучше видны звезды?
Катер подошел, и по сброшенному шторм-трапу на палубу поднялись трое. Первый из них был низенький, широкий в кости, но худощавый человек в роговых очках на скуластом черно-загорелом лице. Очень вежливо поклонившись мне еще издали, он подошел и представился:
— Крымов, Евгений Алексеевич. Высокоширотная экспедиция, астроном.
На корабле уже находились палеонтолог Низовский и географ Васильев. Воспользовавшись стоянкой в порту острова Диксон, капитан решил отметить встречу с учеными.
Буфетчица Катя принесла капитанский коньяк.
Я спросил Крымова:
— Окажите, какая цель вашей астрономической экспедиции?
Крымов, протягивая вилку к шпротам, ответил:
— Установить существование жизни на Марсе.
— На Марсе? — чуть не подскочил я. — Разве можно наблюдать отсюда Марс?
— Нет, в это время Марс вообще плохо виден.
— Астроном и ботаник изучают Марс в Арктике, не глядя на небо? — я даже развел руками.
Астроном улыбнулся. — Марс мы изучаем у себя в обсерватории, в Алма-Ате, а здесь... мы ищем доказательства существования жизни на Марсе.
Низовский тряхнул своей большой красивой головой и откинул назад волосы. — Я еще в детстве увлекался марсианскими каналами!.. Скиапарелли! Ловелл!
— Тихов, — внушительно добавил Крымов. — Гавриил Адрианович Тихов!..
— Создатель новой науки — астроботаники! — вставила девушка, сотрудница Крымова, у которой после отдыха появились и огоньки в глазах и румянец на щеках.
— Астроботаника? — переспросил я. — Астра — звезда... и вдруг ботаника... Что может быть общего? Не понимаю.
— Конечно, звездная ботаника! — сказала она. — Наука, изучающая растения на других мирах!
— На Марсе, — вставил Крьшов.
— У нас при Академии наук Казахской ССР создан сектор астроботаники — новой советской науки, — выпалила Наташа.
— Как же: астрономы — и вдруг в Арктике очутились? — спросил капитан.
— Видите ли, — сказал Крымов, — нам приходится искать на Земле условия, сходные с существующими на Марсе. Он в полтора раза дальше от Солнца, чем Земля. Атмосфера его разрежена, как у нас на высоте пятнадцати километров. Климат там резок и суров. На экваторе днем +20°, а ночью -70°!
— Крепковато, — заметил капитан.
— В средней полосе, — продолжал Крымов, — зимой, — ведь на Марсе времена года подобны земным, — днем и ночью — 80°.
— Как в Туруханском крае, — сказал молчавший до этого географ.
— Да, климат Марса суров, но разве в Арктике не бывает таких температур?
— Теперь я понимаю, почему вы здесь, — сказал капитан.
— И жизнь существует в Арктике, — продолжал Крымов. — А на Марсе есть даже совсем благоприятные условия. У полярных кругов, где солнце не заходит по многу месяцев, температура и днем и ночью держится около +15°. Прекрасные условия для растительности!
— А на Марсе есть растительность? — спросил географ.
— Пока еще нет прямых доказательств... — уклончиво ответил Крымов.
Капитан налил всем коньяку и, обратясь к Крымову, попросил его рассказать, как он стал астрономом.
— Пожалуй, расскажу, — согласился тот. — Я эвенк, родился в чуме старика Лючеткана в тот год, когда в тайге... Вы все, наверное, слышали про тунгусский метеорит, который упал в тайгу? Это было необыкновенное явление, — оживился Крымов. — Тысячи очевидцев видели, как над тайгой возник огненный шар, по яркости затмивший солнце. Огненный столб уперся в безоблачное небо. Раздался ни с чем не сравнимый по силе удар. Этот удар прокатился по всей земле. Он был слышен за тысячу километров от места катастрофы... Зарегистрирована остановка поезда близ Канска, что восемьсот километров оттуда; машинисту показалось, что у него в поезде что-то взорвалось. Небывалый ураган пронесся над землей. На расстоянии четырехсот километров от места взрыва — сносило крыши, валило заборы. В местах более отдаленных в домах звенела посуда, останавливались часы, как во время землетрясения. Толчок был зафиксирован многими сейсмологическими станциями, в частности Иркутской, которая и собрала показания всех очевидцев.
Странные явления наблюдались во всем мире в течение трех суток после катастрофы в тайге. Высоко в небе были замечены светящиеся облака, которые делали ночь по всей Европе и даже в Алжире такой светлой, что можно было читать газеты, словно в ленинградские белые ночи.
— Когда это было? — спросил капитан.
— В год моего рождения, — ответил Крымов. — В 1908 году. Огненный ураган пронесся тогда в тайге. За шестьдесят километров, в фактории Вановара, люди теряли сознание, ощущая, что на них загорается верхняя одежда... Деревья в тайге, — верьте мне, я из тех мест и много лет участвовал в поисках метеорита, — все деревья в радиусе тридцати километров вырваны с корнем, все сплошь! В радиусе шестидесяти километров они повалены на всех возвышениях... Небывалое опустошение произвел ураган. Эвенки бросились в поваленную тайгу искать своих оленей и имущество... Они находили обугленные туши. Горе посетило и наш чум. Сын старика Лючеткана, мой отец, ходивший в поваленную тайгу и видевший там огромный столб воды, бивший из земли, умер через несколько дней в страшных мучениях, словно его обожгло... Но на коже у него не было никаких ожогов. Старики испугались. Запретили эвенкам ходить в поваленную тайгу. Назвали ее проклятым местом. Шаманы говорили, что там на землю спустился бог огня и грома Огды... Он жжет невидимым огнем всех, кто приблизится...
В начале двадцатых годов в факторию Ванавара приехал русский ученый Кулик. Он хотел найти метеорит. Эвенки отказались сопровождать его. Он нашел двух ангарских охотников: Я присоединился к ним. Я был молод, хорошо знал русский язык, чему-то учился в фактории и ничего на свете не боялся.
Вместе с Куликом мы добрались до центра катастрофы. Мы обнаружили, что миллионы поваленных стволов направлены корнями в одно место, в центр катастрофы. В центре же катастрофы, где разрушения от упавшего метеорита должны были быть наибольшими, лес повален не был. Это было необъяснимо не только для меня, но даже и для русского ученого... Я видел это по его лицу...
Лес стоял, но это был мертвый лес: без сучьев, без верхушек. Он походил на врытые в землю столбы... Посередине леса виднелась вода — озеро или болото.
Кулик предположил, что это и есть воронка метеорита.
Он рассказал, что где-то в Америке, в пустыне Аризоне, есть огромный кратер полтора километра в диаметре, двести метров глубиной. Он образовался тысячи лет назад от падения такого же гигантского метеорита, как и упавший здесь.
Я загорелся желанием помочь русскому профессору искать наш тунгусский метеорит.
На следующий год Кулик вернулся в тайгу во главе большой экспедиции. Первым в числе нанятых рабочих оказался я. Мы осушили центральное болото в мертвом лесу, исследовали все углубления, но никаких следов ни метеорита, ни оставленной им воронки не нашли. Десять раз возвращался туда Кулик, и в течение десяти лет я участвовал в бесплодных поисках: метеорит исчез.
Возникло было предположение, что он провалился в болото, которое затянуло воронку. Но, пробурив почву, мы наткнулись на неповрежденный слой вечной мерзлоты, из-под которого фонтаном била вода. Если бы метеорит пробил или расплавил этот слой мерзлоты, то он не мог бы восстановиться... Земля теперь не промерзает зимой глубже двух метров.
После второго года работы экспедиции я уехал вместе с Куликом в Москву и стал учиться там. Каждое лето я снова возвращался на поиски метеорита в родные места.
Работы Кулика продолжались. Я всегда сопровождал его. Теперь я уже не был полуграмотным таежным охотником. Я был студентом университета, много читал, думал, мечтал... Но я не признавался в своих мыслях учителю. Я знал, с какой железной волей, с какой уверенностью и страстью искал он метеорит, посвящал ему даже стихи... Как мог сказать я ему, что, по моему убеждению, метеорита никогда не было?
— Как не было! — воскликнул Низовский. — А следы катастрофы, а поваленные деревья?
— Да, катастрофа была, а метеорита не было, — ответил Крымов. — Чем вызывается взрыв при падении метеорита? Метеорит влетает в земную атмосферу с космической скоростью — от тридцати до шестидесяти километров в секунду. Обладая значительной массой и гигантской скоростью, метеорит несет огромную энергию движения. В момент остановки метеорита, при ударе о землю, вся его энергия должна перейти в тепло, вызывая взрыв чудовищной силы. Но в нашем случае этого не могло произойти... Встречи метеорита с землей не было... Существование мертвого леса навело меня на мысль, что взрыв произошел в воздухе, на высоте нескольких сот метров, как раз над этим самым лесом!
Взрывная волна ринулась во все стороны. В том месте, где деревья были перпендикулярны, ее фронту, то-есть под местом взрыва, волна не повалила деревья, она лишь срезала с них все сучья, отломила вершины. Там же, где ее удар пришелся под углом, все деревья в радиусе тридцати-шестидесяти километров были повалены. Взрыв мот произойти только в воздухе!
— В самом деле... это похоже на истину! — сказал Низовский.
— Но какой взрыв мог произойти в воздухе? Ведь перехода энергии движения в тепло не было и не могло быть. Этот вопрос мучил меня. В университете у нас был кружок межпланетных сообщений. Я увлекался Циолковским, его межпланетной ракетой с запасами жидкого кислорода и водорода. Однажды мне пришла в голову мысль... Если бы Кулик был со мной, я тотчас рассказал бы это ему, но... началась война. Несмотря на свой преклонный возраст, Леонид Алексеевич Кулик пошел добровольцем, на фронт и погиб смертью храбрых.
Я был на другом участке фронта... Наблюдая взрывы крупных снарядов в воздухе, я все больше убеждался в том, что взрыв в тайге произошел в воздухе... причем взрыв этот мог быть только взрывом топлива в межпланетном корабле, пытавшемся опуститься на землю.
Низовский вскочил с места, географ откинулся на спинку стула. Капитан крякнул и выпил рюмку коньяку.
— Да... гость из космоса... корабль с другой планеты... и вероятней всего с Марса... Только на нем можно предполагать существование жизни...
После войны я серьезно занялся изучением проблемы Марса. Я стал учеником Тихова...
И вот я здесь с экспедицией, которая должна изучить поглощение тепловых лучей северными растениями.
— А что это докажет?
— Еще в прошлом веке Тимирязев предложил попытаться обнаружить на Марсе хлорофилл. Это дало бы уверенность, что зеленые пятна на Марсе, меняющие свой цвет по временам года точно так же, как меняет его земная растительность, — области, покрытые растительностью.
— И что же, удалось открыть хлорофилл?
— Нет, не удалось. Полос поглощения, присущих хлорофиллу, в спектре на Марсе нет. Более того. Если сфотографировать зеленые пятна Марса в инфракрасных лучах, то они не становятся белыми, как земные растения. Все говорило против существования на Марсе растительности. Но Гавриил Адрианович Тихов сделал замечательное предположение. Почему, в самом деле, земная растительность выходит белой на таких снимках? Потому, что она отражает тепловые лучи, они не нужны ей. Но на Марсе солнце светит скупо. Там растения должны стараться использовать все возможное тепло. Не потому ли зеленые пятна не становятся белыми в инфракрасных лучах? И вот мы здесь... Мы проверяем, отражают ли северные растения тепловые лучи.
— И что же? — спросили все хором.
— Не отражают! Не отражают! Они поглощают их, как и марсианские растения! — закричала Наташа, сияя глазами. — Мы доказали здесь, что жизнь на Марсе существует, что зеленые пятна — это сплошные хвойные леса! Что знаменитые марсианские каналы — это полосы растительности шириной от ста до шестисот километров!
— Подождите, Наташа, — остановил астроном свою помощницу.
— Значит, все-таки каналы есть? — спросил Низовский. — Ведь недавно говорили, что это оптический обман...
— Фотопластинки не врут. Каналы были сфотографированы тысячи раз. Они изучены. Доказано, что они появляются, постепенно удлиняясь от полюсов к экватору, по мере таяния полярных льдов Марса.
— Полосы растительности удлиняются со скоростью 3,5 километра в час, — вставила Наташа.
— Да, — подтвердил астроном. — Кажется поразительным, что вся эта сеть полос растительности состоит из идеально прямых линий, главные из которых, как артерии, идут от тающих полярных льдов к экваторам.
— Значит, это грандиозная ирригационная сеть, созданная марсианами для орошения полей. Может, быть, не каналы, а заложенные в земле трубы, — увлеченно говорил Низовский.
— Заложенные не в земле, а в Марсе, — поправил Крымов.
— Значит, жизнь на Марсе есть! — продолжал Низовский.
— Пока с уверенностью можно сказать, что жизнь на Марсе не исключена.
— Чего доброго, марсиане действительно могли прилететь на Землю в 1908 году, — сказал капитан.
— Могли, — невозмутимо ответил Крымов.
— Неужели это возможно! — воскликнул Низовский. — Но зачем им лететь?
— Марс — планета, на которой условия для жизни ухудшаются. Обладая меньшим размером и меньшей силой притяжения, чем Земля, Марс не смог удержать около себя первоначальную атмосферу. Ее частички отрывались от (планеты и улетали в космическое пространство. Воздух на Марсе редел, испарялись моря, и пары исчезали в глубинах космоса... Воды на Марсе осталось так мало, что она вся могла бы поместиться в одном нашем Байкале.
— Значит, они летели для того, чтобы захватить нашу Землю! — решил Низовский. — Им нужна наша цветущая планета.
Продолжение следует
