"Эхо планеты" Алекс ненавидел внекорабельную деятельность. Нет, не из-за страха ...
Дата публикации: 23-06-2026 12:58:09
"Эхо планеты"
Алекс ненавидел внекорабельную деятельность. Нет, не из-за страха открытого космоса — его скафандр «Квант-7М» был надёжен, как швейцарские часы. Он ненавидел её за бессмысленность. Тратить два часа на калибровку внешних сенсоров, когда ту же операцию можно было бы провести удалённо с точностью до нанометра, казалось ему верхом инженерной глупости. Но протокол есть протокол.
— «Орфей», я на грунте, — монотонно доложил он по внутренней связи, делая первый шаг с трапа десантного челнока. Под тяжёлым ботинком что-то хрустнуло. — Поверхность стабильная, гравитация 0,92g. Начинаю первичный осмотр.
Планета, с безликой кодировкой Kepler-186f, встретила его абсолютной тишиной и туманом. Не тем туманом, что состоит из капель воды, а какой-то странной, почти осязаемой взвесью, которая лениво перетекала по скалистому плато, словно живая ртуть. Она обтекала его ноги, не поднимаясь выше колена.
Алекс активировал диагностический планшет. Экран тут же покрылся рябью помех.
— «Орфей», у меня сильные магнитные аномалии. Приборы сходят с ума. Я...
Он осёкся. В груди что-то кольнуло. Запах. Он не мог быть здесь. Это был запах озона и раскалённого металла, смешанный с ароматом горячего пластика и... корицы? Так пахло в мастерской его деда на Марсе. Алексу было семь, и он часами заворожённо смотрел, как старик паял древние платы для автоматических ферм.
Туман в метре от него начал сгущаться, закручиваясь в спираль. Воздух задрожал от жара. Алекс отшатнулся, но было поздно. Из центра этого марева на него смотрели два тускло светящихся диода.
«ББ-7», — пронеслось в голове название модели.
Его первый робот. Тот самый неуклюжий андроид-помощник, которого он собрал из металлолома в четырнадцать лет и который трагически сгорел из-за короткого замыкания во время его первого же теста.
Робот сделал неуверенный шаг вперёд. Его корпус был в точности таким, каким Алекс его помнил: помятым, собранным на коленке, с нелепо приваренной к груди металлической пластиной от старого кухонного комбайна.
— Этого не может быть... — прошептал Алекс, забыв про передатчик.
Механическая рука робота поднялась в неловком, до боли знакомом жесте приветствия.
— Приветствую, создатель, — проскрежетал синтезированный голос из динамика андроида. Голос был именно таким — дребезжащим и немного неуверенным.
Алекс почувствовал, как по спине пробежал холодок, не имеющий ничего общего с температурой на планете. Это было не просто видение. Робот отбрасывал тень. Он был материальным.
В наушнике шлема раздался встревоженный голос капитана:
— Алекс? Что у тебя происходит? Ты молчишь уже минуту.
Алекс сглотнул, не в силах отвести взгляд от своего ожившего прошлого.
— Капитан... — его собственный голос дрожал. — Кажется, я понял, почему эта планета не колонизирована до сих пор.
