Михаил Криницкий

Заведующий Лабораторией машинного обучения в науках о Земле МФТИ, доцент факультета географии и геоинформационных технологий НИУ ВШЭ, старший научный сотрудник Института океанологии РАН, к. т. н.

Фото: Михаил Климентьев / РИА Новости

В научном смысле нет одной абстрактной угрозы человечеству. Есть риски для здоровья, урожая, воды, энергетики, транспорта, городов, прибрежных территорий и экосистем. И само изменение климата — это более фундаментальная проблема, чем меры по его ограничению. Перестройка энергетики может быть дорогой и политически болезненной, но процессы управляемы. А разрушенный паводком дом, неделя экстремальной жары, лесной пожар или потерянный урожай задним числом не «отменяются». Достаточно вспомнить наводнение в Дагестане весной 2026 года. Отдельное событие нельзя автоматически объявлять следствием глобального потепления, но именно такие события становятся практическим языком климатических рисков.

Человечество меняет климат — главным образом непреднамеренно: выбросами парниковых газов, изменением землепользования, аэрозольным загрязнением. Но сознательно «исправить климат» за 10–20 лет нельзя.

Поэтому реалистичная цель не вернуть «как было», а ограничить дальнейшее потепление и выиграть время для адаптации: чтобы города выдерживали жару, ливневые системы — более сильные осадки, сельское хозяйство — новые режимы засух и тепла, а инфраструктура в зоне многолетней мерзлоты — деградацию грунтов. Именно так эта проблема рассматривается в Шестом оценочном докладе IPCC (.pdf; Межправительственная группа экспертов по изменению климата — МГЭИК.— “Ъ”) и в оценочных докладах Росгидромета.

Энергопереход в условиях турбулентности, вероятно, будет продолжаться, но станет более неровным. Войны, санкции, цены на сырье, дефицит сетей и материалов могут тормозить отдельные решения и временно возвращать страны к углю, нефти или газу. Но параллельно энергобезопасность, удешевление возобновляемой генерации, развитие сетей, накопителей, атомной энергетики и электрификации работают в ту же сторону — к снижению зависимости от импортируемого ископаемого топлива. По оценкам Международного энергетического агентства, инвестиции в чистую энергетику уже примерно вдвое превышают инвестиции в ископаемое топливо.

К концу века Земля не станет одинаково катастрофичной везде, но при высоких выбросах многие регионы будут жить в существенно более жестких условиях: чаще экстремальная жара, выше риски засух и паводков, сильнее давление на продовольствие, воду, леса, коралловые рифы, Арктику и горные экосистемы. Потепление способно где-то увеличить продуктивность растительности, но это может сопровождаться пожарами, распространением вредителей, деградацией лесов и потерей биоразнообразия. Главный вывод IPCC не в том, что будущее предопределено, а в том, что решения ближайших десятилетий определяют масштаб ущерба.