Ода Сыну Владиславу.
Вглядись в горизонт…
там не пустота, а начало,
где каждый шаг,
как росчерк Судьбы на ветру,
я рядом, Сынок, б
пусть тебя не качает:
ни буря, ни тень, ни чужая игра…
Двадцать вёсен отлиты в невесомые слитки, Бог ломал сургуч лет, доставая тетрадь,
И, внося в свой реестр поправки и скидки, умелым гравёром тебя смог создать…
Но смотрю, как мужает скуластая прочность, как проступит сквозь юность литая латунь.
Ты - мой вдох, перешедший в отдельную строчность, ты - мой вЫдох, достигший покатых лагун.
У людей, как у сосен, есть странная участь: ждать, пока из-под снега проклюнется… Сын,
Ты стоишь на пороге, как снасть, не замучась ни безветрием штилей, ни свистом стремнИн.
Так давай же, мой корпус, мой парусник скорый, лакированный ствол, перешедший в зенит,
Пусть Судьба, словно кисть, окунаясь в растворы, хром-кобальтом счастья тебя засинИт.
И, когда между нами пролЯгутся мили, вспоминай, как созвездья, закончив чертёж,
На корме твоей жизни слегка наследили, чтобы знал ты - откуда и ради чего…
Я передал тебе, Сынок, не только гены - родных ладоней теплится печать,
Мы - два сосуда из единой пены, учившиеся Вечность означать…
Крошки мгновений - на краю стола, прилипли к памяти, не стёрлись, не пропали,
Я так хочу помочь тебе, Сынок, понять: мы с Временем не спорим… а дышали.
Воздух пахнет сосновой стружкой и клеем с каждым годом - всё глубже, всё осмысленней,
На дверном косяке, что отмечен твоим взрослением, различать горизонты, зовущие к новым истинам...
Созвездья глядят, будто знают заранее, 20 лет - не срок, а распахнутый свет,
Ты держишь в руках не часы, а дыхание, и в этом - весь смысл, и в этом - ответ.
Ставлю стул у окна в этот вечер пророческий, где в глазури из льда стынут сучья дорог,
Я подпер одиночество нитью отеческой, чтоб никто помешать нашей встрече не мог.
Помнишь, как мы молчали… чтобы уловить, как дышит город, укутанный в сизый, тяжёлый туман?
Время стелет дороги, что Сердце не слышит, но хранит в уголках полустёртый наш план.
Стул у окна - как пристань для мыслей усталых, здесь можно молчать, можно шептать в пустоту…
Влад, ты вырос - и в этом нет грусти ни малой: я смотрю на тебя - и вижу мечту.
Слышишь гул? Это Космос готовит свои инструменты, чтобы выточить русло для главной твоей полноты,
Не ищи в зеркалах безупречные автопортреты, в двадцать лет проступает гравюра мужской правоты.
Двадцать лет на часах - полновесная мера, ожидает свершений нетронутый холст,
В нём - Отцовская сила, надежда и вера, и гравюра из прожитых дней в полный рост.
Сын мой, ты память по утрам несешь, как завтрак, приготовленный с любовью,
И о песок времени осторожно трёшь монетку взгляда, пачканную кровью
восходов и закатов...
Плот нашей Галактики - невесть куда дрейфует средь льдов непостижимой тишины досыновьей,
Но Бог опять рифмует вдох с выдохом и сам себя дарует в конвертах наших радостей мужских.
По утрам - проявляю снимки в фотолаборатории детства…
Двадцать лет - как две половинки солнечного с дождём соседства.
Воздух - тоньше стеклянной ноты… с каждым годом - всё радостней слушать,
Как на струнах твоей заботы вызревает грядущая суша...
Двадцать. Две тени. Ступаешь босой в горизонт, где заря как прозренье,
Детства опыт - отрезан. Сухой полосой. По-над лугом туман, как прощенье.
Хлеб, и Небо, и Сын - мы вдвоём, разломив тишину, точно… Молимся
Глаз - рыбацкая сеть, в ней запутался свет, завтра выловить сможем мы.
Всмотреться, как время - вода в двадцать лет льётся, гнёт Папино сердце наружу…
Забудусь… и стану жилой на детской твоей ладони, почти незаметной силой, что держит тебя в разгоне,
Просторной, как степь, кроватью, где двадцать - не возраст, а птица, слагающей из объятий умение не разбиться.
Ты соткан из света утра, ты - вскинутый к Небу полдень, мужчина простого нУтра, как Сын мой – ты бесподобен…
На дерзость, на смех, на жажду пусть время скулит у входа - ты помни: вместе мы вдважды сильнее любого рода.
Смотри, как течёт по венам не слово- сплошная Вечность, твой возраст, забыв про стены, уже снаряжает млечность,
И я в ней… не шрам, не Остов, а парус, надутый ветром, своим становясь и просто тебе открывая нЕдры
Дорог, что пойдут от Сердца к твоим волшебным причалам…
А жизнь опять рифмует шаг с дыханием и шьёт из дней узор счастливых лет,
Я рядом - с верой, с гордостью, с признанием: ты - мой маяк, мой самый яркий свет.
Ты здесь под вечер… время замедляешь, сверяя с пульсом ход моих часов.
В свой старый плеер песню заряжаешь о том, что Мир не терпит голосов.
Двадцатилетний плот моей Вселенной, мой Сын… моя бесшумная вода.
Ты стал для этой бездны сокровенной единственной полярною звездой. Всегда.
Я сам себя пакую в эти строки, чтоб ты открыл их, Владик, … через тридцать лет.
Мы все плывём сквозь льды и биотоки невыносимо взрослых эполет.
Но Бог опять рифмует вдох с ударом твоей ракетки о тугой волан
И я дышу твоим победным жаром, храня тебе всегда удачи талисман.
Пусть твой полёт, Владюш, не требует огранки, не ждёт монет во взгляде у толпы,
Храни в себе моих советов банки - своей Души спасительной тропЫ…
Евгений Буняев
20.07.2026
| # | Наименование новости | Тональность | Информативность | Дата публикации |
|---|---|---|---|---|
| 1 | петуньи – цветущие вздохи они не читали Тютчева Не выбираешь ... | 0 | 5 | 02-07-2026 |
| 2 | *🔆* Кто скажет, разве мы повинны, Что мы – лишь ... | 0 | 5 | 20-07-2026 |
| 3 | Первые свидания Свиданий наших каждое мгновенье Мы праздновали, как богоявленье, ... | 8 | 6 | 07-07-2026 |
| 4 | Первые свидания Свиданий наших каждое мгновенье Мы праздновали, как богоявленье, ... | 7 | 6 | 07-07-2026 |
| 5 | Он не сидит на престоле из звёзд, Не держит в ... | 2 | 5 | 27-06-2026 |
| 6 | ИЗБРАННЫЕ ПЕСНИ НАРОДОВ ФУЛЕ посвящается отцу и матери "... ибо ... | 0 | 5 | 10-07-2026 |
| 7 | С.: Похоже, этой войне не будет конца. Сменятся флаги, проржавеют ... | -5 | 3 | 12-07-2026 |
| 8 | 970741101358 ~ (970 млрд) Мы были разные с тобой, Из ... | -5 | 3 | 13-07-2026 |
| 9 | Да мой мальчик, мой милый кот, ты лохмат и смешон ... | 5 | 3 | 21-07-2026 |
| 10 | Ещё подборка моих любимых стихов Давида Раскина (помимо ранее приведённых). ... | 5 | 3 | 11-07-2026 |