В 2026 году в дефолт по облигациям могут уйти более 50 эмитентов, прогнозируют опрошенные «Известиями» эксперты. Это может стать рекордным показателем за 17 лет и превысить уровень кризисных 2014 и 2015, когда неплатежи по бондам также допускали десятки компаний. Основная причина — затянувшийся период высоких процентных ставок. При этом пока проблемы возникают преимущественно у небольших эмитентов, поэтому системного риска для рынка аналитики не видят. Как инвестору действовать в такой ситуации — в материале «Известий».

В этом году российский рынок облигаций столкнулся с волной неплатежей. Единой статистики по дефолтам нет, однако рейтинговые агентства самостоятельно учитывают случаи, когда компания в установленный срок не может выплатить инвестору купон или погасить основной долг. Как сообщили «Известиям» в НКР, к сентябрю было зафиксировано более 500 дефолтных и технических дефолтных событий. Таким считается дефолт, при котором эмитент не исполнил обязательство в срок, но получает дополнительные 10 дней на выплату, например из-за техпричин. Если по истечении этого периода обязательство не исполнено, дефолт становится фактическим.

— Однако с учетом повторных невыплат по нескольким выпускам одного заемщика более корректным показателем выступает число уникальных эмитентов. Не менее 30 компаний допустили просрочки с начала года, — уточнил управляющий директор рейтингового агентства НКР Дмитрий Орехов.

При этом впервые в технический дефолт в 2026-м ушли 20 компаний и 17 из них в итоге так и не заплатили по обязательства, уточнил директор по корпоративным рейтингам агентства «Эксперт РА» Михаил Никонов. Для сравнения, за весь 2025-й впервые технический дефолт допустили 24 организации.

Среди эмитентов, допустивших неплатежи по облигациям в этом году, в основном небольшие компании — представители сегмента высокодоходных облигаций (ВДО). Они размещают бумаги под более высокие проценты, чем «голубые фишки», привлекая инвесторов повышенной доходностью. В частности, дефолты допустили факторинговая компания «Глобал факторинг нетворк Рус», производитель и сеть магазинов бытовой химии в розлив «Чистая планета» и сеть кондитерских «Кузина».

Однако проблемы затронули и более крупных игроков. Так, у застройщика «Самолет» 28 сентября произошел технический дефолт: компания смогла перечислить лишь четверть номинала по облигациям — около 670 млн рублей из 2,5 млрд. Теперь у эмитента есть 10 дней, чтобы погасить недостающую сумму. «Известия» направили запросы в указанные организации.

Основная причина неплатежей по облигациям — затянувшийся период высоких ставок, из-за которого компаниям сложно привлекать новое заемное финансирование. При этом отдельным фактором стали проблемы более крупного игрока — «Евротранса», владеющего сетью АЗС «Трасса». Компания допустила фактический дефолт по всем выпускам облигаций на общую сумму 27,1 млрд рублей.

Правоохранительные органы расследуют в отношении компании дело о растрате и мошенничестве в особо крупном размере, связанном с топливом для служебных автомобилей подмосковной полиции. Председатель совета директоров и трое топ-менеджеров «Евротранса» арестованы и заключены под стражу.

По объему просроченных платежей 2026-й также опережает предыдущий: 41 млрд против 34 млрд рублей в 2025-м, добавил руководитель направления анализа рынка облигаций инвестиционного банка «Синара» Александр Афонин. По его словам, почти вдвое выросла и доля дефолтных бумаг в общем объеме рынка корпоративных облигаций: если годом ранее она составляла 0,69%, то в августе 2026-го достигла 1,77%. При этом абсолютные значения пока остаются относительно небольшими, отметил эксперт.

Количество дефолтов по облигациям в России в 2026 году уже достигло максимального за десятилетие уровня, констатировал младший управляющий директор рейтингового агентства НРА Павел Желобаев. Сопоставимые показатели фиксировались в середине 2010-х. Тогда на фоне введения первых западных санкций, двукратного падения цен на нефть и резкого ослабления рубля ЦБ перешел к жесткой денежно-кредитной политике и до начала 2017-го удерживал ключевую ставку на двузначном уровне. Для сравнения, в 2014 году неплатежи по облигациям допустили 35 компаний, в 2015-м, на пике кризиса, — 52, а в 2016-м дефолтными стали 44 эмитента.

По итогам 2026 года число компаний облигационного рынка, не способных своевременно обслуживать рублевый долг, может достигнуть 40–50. Это станет максимальным показателем с 2010-го, считает Павел Желобаев. Более тяжелым был только 2009-й: тогда на фоне последствий мирового финансового кризиса дефолты допустили более 100 эмитентов, а общий объем проблемного долга достиг почти 200 млрд рублей.

— До конца года число эмитентов с первичными техническими или полноценными дефолтами может превысить 50, при этом около 20–30 компаний рискуют окончательно не исполнить обязательства, — подтвердил оценку Дмитрий Орехов из НКР.

Аналогичный прогноз представил руководитель направления анализа рынка облигаций инвестиционного банка «Синара» Александр Афонин. По его словам, в этом году число эмитентов, допустивших дефолт, будет максимальным за 17 лет — с 2009-го. При этом нынешняя ситуация отличается от кризиса 2008–2010-х продолжительностью. Сейчас он «размазан» по времени на гораздо более длительный срок, пока ставки существенно не снизятся и экономика не начнет расти более быстрыми темпами, добавил он.

Однако с 2009 года сам рынок облигаций в России значительно вырос, поэтому важно учитывать не только абсолютное число проблемных эмитентов, но и их долю. По расчетам АКРА, в 2025-м этот показатель составлял 2,8%. По итогам 2026-го агентство допускает его рост, но не ожидает превышения 5%. Именно уровень в 5% можно считать условной границей «волны дефолтов», указал старший директор группы корпоративных рейтингов АКРА Александр Гущин.

Основная причина проблем компаний с обслуживанием облигационного долга — длительный период высоких ставок, который продолжается с 2023-го. Организации привлекают финансирование под высокий процент, но не могут рефинансировать его на более выгодных условиях. Это также негативно влияет на темпы роста операционной прибыли компаний, пояснила управляющий директор — начальник отдела валютных, сырьевых и долговых рынков SberCIB Investment Research Екатерина Сидорова.

При этом ситуация пока не носит характера системного долгового кризиса: дефолты происходят преимущественно среди компаний с низкими кредитными рейтингами и, как правило, высокой долговой нагрузкой, добавила она.

— Для инвесторов это еще раз показывает, что высокая доходность в сегменте выступает именно премией за реальный кредитный риск, а не просто дополнительной выгодой без существенных последствий, — подчеркнул аналитик ФГ «Финам» Никита Бороданов.

В SberCIB Investment Research ожидают плавного снижения ключевой ставки Банком России: до 13,75% к концу 2026-го и 10% — к концу 2027-го. При этом экономическая активность останется слабой: темпы роста реального ВВП, по прогнозу, составят около 0,5%. Поэтому показатели процентного покрытия компаний будут восстанавливаться медленно.

Все это говорит в пользу того, что в 2027 году число дефолтов останется высоким, резюмировала Екатерина Сидорова.

Если эмитент не выплатил купон, но еще не признан банкротом, у инвестора есть два основных варианта. Первый — продать бумаги, которые в этот момент обычно значительно теряют в цене. Второй — сохранить их в портфеле. В этом случае важно учитывать, что по закону у компании есть 10 рабочих дней — период технического дефолта, — чтобы найти средства и исполнить обязательства.

Если дефолт становится фактическим, эмитент зачастую предлагает инвесторам план реструктуризации — например, отсрочку выплат в обмен на повышенный процент. На этом этапе держателю облигаций необходимо регулярно проверять сообщения о корпоративных событиях на портале раскрытия информации (e-disclosure) и следить за созывом общего собрания владельцев облигаций (ОСВО).

Защищать интересы инвесторов в суде и вести переговоры с должником по закону должен представитель владельцев облигаций (ПВО) — специальный институт, созданный для коллективной защиты держателей бумаг. Инвесторам следует участвовать в голосованиях ОСВО, чтобы поручить ПВО обратиться в суд с иском о взыскании долга или, в крайнем случае, инициировать процедуру банкротства.

Если ПВО бездействует, инвесторы могут объединиться самостоятельно — например, через Ассоциацию владельцев облигаций (АВО), чтобы нанять юристов и подать коллективный иск.

Однако на практике ПВО нередко аффилированы с самими эмитентами, что может создавать конфликт интересов. На фоне роста числа проблемных выпусков в конце августа ЦБ опубликовал консультативный доклад, посвященный реформе института представителей владельцев облигаций.

Регулятор предложил законодательно запретить назначать ПВО, если он аффилирован с эмитентом или лицом, предоставляющим обеспечение по облигациям. Кроме того, ЦБ планирует обязать самих должников оплачивать расходы ПВО на защиту интересов инвесторов, включая судебные издержки.