В понедельник Усинск ждёт приезда депутата Государственной Думы Марии Бутиной. До поездки мы встретились с ней в Сыктывкаре и поговорили о Республике Коми, Севере и о том, чем на практике занимается федеральный депутат.

За последние месяцы Мария Бутина побывала во многих городах и районах республики. Усинск остаётся одной из точек её большого знакомства с регионом. Поэтому нам было интересно не обсуждать политическую кампанию, а спросить о другом: какой она увидела Коми, чем Север отличается от других территорий и зачем депутату Госдумы самому ехать в города и сёла, если обращения можно получать из кабинета.

Разговор получился прежде всего о северной специфике — расстояниях, дорогах, кадрах, промышленности, местном производстве и людях, которые живут и работают в условиях, сильно отличающихся от центральной России.

— Мария Валерьевна, вы за последние месяцы увидели уже очень большую часть Республики Коми. А каким было первое впечатление от региона?

— Первое ощущение — Коми совершенно не похожа на соседние регионы. Когда я только начинала знакомиться с республикой, много читала о ней, специально брала книги местных издательств. Но книга всё равно не заменяет личного впечатления. Здесь другие расстояния, другой ритм жизни, очень разные территории. Даже люди воспринимаются иначе — более сдержанными, размеренными, северными по характеру. И чем больше ездишь по республике, тем сильнее понимаешь, что говорить о Коми как об одной однородной территории вообще невозможно.

— Что вас здесь действительно удивило или понравилось — не как депутата, а просто как человека?

— Масштаб. И природа, конечно. Иногда мы привыкли воспринимать Север исключительно через сложный климат, расстояния и проблемы инфраструктуры. А когда оказываешься здесь, понимаешь, какое это богатство. Леса, реки, северное сияние, белые ночи, совершенно разные природные зоны. Плюс очень сильная локальная культура: кухня, книги, язык, традиции. Мне кажется, о многих вещах, которыми республика может гордиться, за её пределами просто недостаточно знают.

— Вы как-то говорили, что у жителей Коми есть особый «северный характер». Что вы в него вкладываете?

— Это моё личное впечатление, но здесь люди сначала присматриваются. Они не всегда сразу эмоционально принимают нового человека. Зато разговор получается очень предметным. В небольшом городе или посёлке довольно быстро переходят от общих слов к конкретике: вот дорога, вот школа, вот предприятие, вот проблема, которую не могут решить несколько лет. Мне такой формат понятен — меньше церемоний, больше дела.

— Зачем депутату Государственной Думы вообще ездить по районам? Можно ведь открыть приёмную, получать письма и направлять запросы.

— По документам невозможно почувствовать территорию. Вам могут написать: есть проблема с дорогой. Но пока сам не проедешь это расстояние, не увидишь населённые пункты, логистику, состояние дороги и не поговоришь с людьми, это остаётся одной строчкой на бумаге. То же самое с государственными закупками, медициной, кадрами, транспортом. Иногда проблема выглядит юридической, а на месте выясняется, что причина очень простая: например, в труднодоступном районе физически мало подрядчиков. Поэтому мне важно видеть ситуацию самой и разговаривать не только с руководителями, но и с людьми, которые непосредственно с ней сталкиваются.

— Тогда объясните читателю: чем вообще федеральный депутат может помочь в местной проблеме? Ведь он не может сам отремонтировать дорогу или построить школу.

— Конечно, депутат Госдумы не подменяет главу города, региональное министерство или федеральное ведомство. У каждого свой уровень полномочий. Но депутат может увидеть, что отдельная местная история на самом деле показывает системную проблему. Если она упирается в федеральные правила — это уже предмет законодательной работы. Если решение зависит от федерального ведомства или компании, можно организовать взаимодействие, направить запрос, собрать стороны за одним столом. Задача депутата — понять, на каком уровне находится решение, и помочь этому механизму заработать.

— После поездок по Коми уже появились темы, которые повторяются в разных муниципалитетах?

— Да. Одна из самых очевидных — транспортная доступность и дороги. На Севере совершенно другая цена расстояния. Климат, грунты, перепады температур делают и строительство, и содержание дорог сложнее. Есть кадровые вопросы, особенно в удалённых территориях. Есть тема государственных закупок и малого числа подрядчиков. Есть вопросы местного бизнеса: предприниматель здесь несёт более высокие логистические и производственные расходы. И всё это нужно учитывать, когда принимаются решения.

— Получается, федеральный закон может одинаково звучать для всей страны, но совершенно по-разному работать в Москве и небольшом северном посёлке?

— Именно поэтому Россия и имеет несколько уровней регулирования. Нельзя исходить из того, что условия везде одинаковые. В одном месте на конкурс выйдут двадцать компаний, а в другом хорошо, если найдётся одна. Где-то сто километров — обычная поездка, а где-то это серьёзная логистическая задача. Север требует, чтобы при принятии решений учитывались расстояния, климат, плотность населения и стоимость инфраструктуры.

— Для Усинска эта тема особенно понятна. От Сыктывкара нас отделяют сотни километров, а экономика города десятилетиями связана с нефтяной отраслью. Как вы вообще смотрите на северные промышленные города?

— Такие города нельзя оценивать только по численности населения. Их значение намного больше. Северные промышленные территории обеспечивают работу отраслей, важных для всей страны. Но человек, который здесь живёт, совершенно справедливо хочет видеть нормальную городскую среду, дороги, медицину, образование, возможности для детей. Поэтому разговор о развитии Севера — это не только разговор о добыче ресурсов. Это разговор о качестве жизни людей, которые обеспечивают работу этих территорий.

— Есть довольно болезненный вопрос, который на Севере звучит постоянно: вокруг огромные природные богатства, но жители всё равно сталкиваются с дорогой логистикой, состоянием дорог и инфраструктурой. Почему так происходит?

— Это как раз тот вопрос, который нельзя закрыть одним красивым ответом. Ресурсная обеспеченность территории сама по себе не означает автоматически высокого качества всей инфраструктуры. Есть бюджетное устройство, полномочия разных уровней власти, огромные расстояния, стоимость строительства и содержания объектов. Но я понимаю, почему люди задают этот вопрос. И чем больше езжу по республике, тем очевиднее для меня, что при федеральных решениях северную специфику нужно учитывать гораздо внимательнее.

— Вы много говорите о том, что Коми надо лучше показывать за пределами республики. Что именно, на ваш взгляд, здесь недооценено?

— Очень многое. Обычно, когда человек из другого региона слышит «Коми», он вспоминает лес, нефть, газ, уголь. Но республика гораздо шире этого образа. Здесь есть местные производители, продукты, туризм, культура, национальная кухня, ремёсла, наука, интересные предприятия. Есть уникальные природные территории. Мне кажется, региону важно не замыкаться внутри себя, а уметь рассказывать о себе всей стране, одновременно защищая интересы местного производителя.

— А местные продукты успели попробовать?

— Да, и это отдельная история. Я вообще люблю знакомиться с регионом через кухню. Шаньги уже точно стали частью моего знакомства с Коми. Очень интересна северная рыба, строганина, местные ягоды. Для меня такие вещи — не просто гастрономия. Через еду тоже раскрывается территория: что здесь выращивают, добывают, как жили люди, какие традиции сохраняются.

— Усинск вы пока знаете скорее заочно. Какой образ города у вас сложился?

— В первую очередь это, конечно, нефтяной город и одна из ключевых промышленных территорий республики. Но мне как раз интересно увидеть, что находится за этим привычным определением. Как живёт город, чем занимаются люди помимо нефтяной отрасли, какой здесь малый бизнес, образование, культура, какие вопросы волнуют жителей. Поэтому не хочу заранее делать окончательные выводы — сначала нужно приехать и посмотреть.

— К сожалению вы не успели к нашему главному празднику, его отмечали на прошлых выходных. У нас День города фактически неотделим от Дня работников нефтяной и газовой промышленности. Для человека со стороны это, наверное, необычное сочетание.

— Наоборот, оно очень логичное. История Усинска и история нефтяной отрасли тесно связаны. Такие города во многом создавались людьми, которые приезжали осваивать Север, строили предприятия, жильё, дороги, инфраструктуру. Поэтому профессиональный праздник здесь становится праздником всего города. Было бы интересно увидеть Усинск именно в эти дни и поговорить с людьми, которые эту историю продолжают, но можно это сделать и без праздника.

— Когда вы приезжаете в новый город, что хотите увидеть в первую очередь: предприятия, социальные учреждения или просто сам город?

— Всё. Нельзя приехать на предприятие, провести встречу и сказать, что ты понял город. Нужно пройти по улицам, посмотреть социальные объекты, поговорить с администрацией, предпринимателями, общественниками, молодёжью. И обязательно услышать обычных жителей. Часто именно в таких разговорах всплывает вопрос, которого вообще не было в официальной программе.

— Усинцы люди практичные. Если человек захочет обратиться к вам с конкретной проблемой, какой вопрос имеет смысл нести депутату Госдумы, а с каким лучше сразу идти в муниципалитет?

— Обращаться можно с любым вопросом. Дальше уже наша задача определить, кто обладает полномочиями для его решения. Иногда человеку сложно самому разобраться, куда идти: муниципалитет, региональное ведомство, федеральная структура, Социальный фонд, прокуратура. Если вопрос не относится к полномочиям депутата напрямую, это не значит, что человека нужно просто отправить домой. Нужно помочь определить маршрут решения.

— После стольких поездок можете сформулировать, что является главной особенностью Коми?

— Наверное, её невозможно свести к одному слову. Коми — это одновременно Арктика и южные районы, промышленность и огромные природные территории, крупные предприятия и небольшие сёла, русский и коми языки, очень разные уклады жизни. Именно поэтому я и считаю, что каждый район нужно видеть отдельно. Чем больше узнаёшь республику, тем меньше хочется говорить о ней общими фразами.

— И последнее. Скоро мы ждём вас в Усинске. Что бы вы хотели сказать нашим читателям перед поездкой?

— Я бы пока ничего не обещала заранее, кроме одного: хочу приехать не для формальной отметки на карте. Хочу увидеть город, познакомиться с людьми и услышать, какие вопросы они считают действительно важными. А потом уже можно будет предметно говорить о том, что требует местного решения, что регионального, а где необходим федеральный уровень. До встречи в Усинске.