20/08/26

В массовом сознании сотрудник СМЕРШа — фигура почти мифическая. Благодаря роману Владимира Богомолова «Момент истины» и его экранизациям, контрразведчик предстаёт этаким суперменом: он видит врага насквозь, стреляет с двух рук, уклоняется от пуль «маятником» и обладает почти экстрасенсорным чутьём. Но что скрывается за этим литературным образом? Как на самом деле готовили «волкодавов Сталина» — людей, которые в годы войны переиграли грозный абвер и спасли тысячи жизней?

Начало Великой Отечественной войны поставило военную контрразведку в критическое положение. Формирование новых частей и огромные потери действующей армии требовали оперативного пополнения кадров особистов . Нужны были тысячи сотрудников, способных выявлять шпионов, диверсантов и изменников в прифронтовой полосе.

Выход нашли в ускоренной подготовке. Уже 23 июля 1941 года при Высшей школе НКВД были открыты Курсы подготовки оперативных работников для Особых отделов — первый набор составил 650 человек, срок обучения — три месяца . До конца войны эта школа подготовила 2417 контрразведчиков . Параллельно такие же курсы создавались при штабах фронтов, а в отдельных военных округах открывались краткосрочные курсы на один месяц .

Кто попадал в эти учебные заведения? Отбором кандидатов занимались третьи отделы внутренних военных округов — туда направляли призванных из запаса политработников и командиров Красной армии . Впоследствии основой контингента стали участники Великой Отечественной войны — закалённые в боях офицеры и политработники, имевшие среднее или незаконченное среднее образование . Требования к кандидатам были жёсткими: возраст до 35 лет, образование не ниже восьми классов, безупречная партийная или комсомольская характеристика .

Создание в апреле 1943 года Главного управления контрразведки НКО «Смерш» («Смерть шпионам!») кардинально изменило подход к подготовке кадров. 15 июня 1943 года Иосиф Сталин подписал приказ об организации собственной системы учебных заведений .

Согласно этому документу, создавались четыре постоянные школы: две в Москве (на 600 и 200 человек), Ташкентская (на 300) и Хабаровская (на 250) со сроком обучения от 6 до 9 месяцев . Кроме того, открывались четырёхмесячные курсы в Новосибирске и Свердловске — по 200 человек на каждом . Вскоре курсы были преобразованы в полноценные школы ГУКР «Смерш» .

В мае 1944 года начала работу и Высшая годичная школа контрразведки Военно-Морского Флота . Так была создана стройная система, которая к концу войны обеспечила полное укомплектование органов военной контрразведки оперативным составом .

Программа обучения была нацелена не на абстрактную теорию, а на то, что могло пригодиться уже завтра в прифронтовой полосе, в штабе, в госпитале или в тылу врага .

Оперативная работа. Курсантов учили основам разведывательного делопроизводства и агентурной работы — с первых же «зацепок» заводилось дело-формуляр, куда подшивались новые донесения . Осваивали криминалистику, методы допроса, учились выявлять подозрительное поведение, сопоставлять факты и замечать противоречия в показаниях . Особое внимание уделялось умению действовать в рамках правовых инструкций: любая ошибка в фиксации данных могла стоить человеческой жизни .

Огневая подготовка. Для бойцов оперативных групп — своеобразного «спецназа контрразведки» — существовал особый уровень подготовки. Как пишет автор книги «Приёмы стрельбы из пистолета. Практика СМЕРШ» подполковник Алексей Потапов, контрразведчиков учили стрелять навскидку, на ходу, поражать движущиеся мишени . Изучалась индивидуально-групповая тактика огневого столкновения, техника сближения с противником короткими зигзагами . Знаменитый «маятник Таманцева» — раскачивание корпуса, обманные рывки — имел реальную основу и позволял уклоняться от пуль .

Рукопашный бой. Методикам ближнего боя уделяли гораздо больше внимания, чем в обычных пехотных частях. Армейские и чекистские подразделения СМЕРШа разрабатывали собственные школы рукопашного боя — в системе НКВД за основу брали систему Виктора Спиридонова, одного из основоположников советского дзюдо .

Образ «супермена» — во многом литературная условность. Как справедливо отмечают исследователи, СМЕРШевцы больше работали не руками и ногами, а мозгами — проводили хитроумные оперативные комбинации и радиоигры, переигрывая абвер в его же игре . Задержания и эффектные схватки были лишь малой частью их повседневной работы .

Тем не менее, система подготовки действительно была уникальной. Она сочетала жёсткий идеологический контроль (курсанты изучали историю партии, уголовное право) с интенсивным практическим натаскиванием, предельно мобилизуя психофизиологический потенциал будущих оперативников . Именно эта подготовка позволила СМЕРШу стать одной из самых эффективных спецслужб Второй мировой войны, на счету которой тысячи обезвреженных агентов и около двухсот успешных радиоигр против немецкой разведки . И в этом, пожалуй, нет ни капли художественного преувеличения.