Матвей Яруллин живет с мамой, папой и старшей сестрой в Сургуте. Однако дома он не был с февраля. Мальчик проходит лечение в Санкт-Петербурге и прямо сейчас находится в стерильном боксе. У Матвея острый лимфобластный лейкоз. Три недели назад ему провели трансплантацию костного мозга, донором стала его мама Лариса. В боксе Матвей ждет, когда его иммунитет начнет восстанавливаться, а состояние улучшаться. Чтобы это случилось, очень нужны лекарства — иммуноглобулины и препарат револейд, который повышает уровень тромбоцитов. Однако родителям Матвея надо приобрести их самостоятельно, а стоимость лекарств — без малого полтора миллиона рублей. Таких денег у Яруллиных нет.

Матвей почти не выходит из стерильного бокса. Ему почти все время нехорошо. Изредка выйти получается — чтобы размять ноги. Но ненадолго и недалеко. Надев маску, конечно. А иногда к нему в бокс заходят люди, закутанные в медицинские стерильные одежды,— не понять сразу, кто это, похожие друг на друга, как инопланетяне.

— Низкий уровень иммунитета,— объясняет Лариса.

— Беречься надо.

Самому Матвею говорить сейчас трудно. У него сильное раздражение слизистой рта и горла. Он даже питается через зонд и внутривенно. Мечтает о том, чтобы нормально поесть, как раньше: маминых котлет, клубники килограмм. Малины. Арбуза, ему очень хочется арбуза!

Еще Матвею очень хочется домой в Сургут, где они с мамой уже не были полгода. Дома остались папа, сестра и кот Васька породы невская маскарадная. Три года назад котенком его подарили старшей сестре Матвея, но Васька выбрал брата — сильнее всего привязался к мальчику. Спал всегда вместе с ним. Теперь папа присылает фотографии: Васька ходит по дому совсем грустный, ждет.

В начале года ничто не предвещало беды. Матвей, как всегда, учился хорошо, бегал, прыгал, плавал с удовольствием. Был увлечен математикой. Обожал предмет «Окружающий мир» — и не только по учебнику изучал устройство этого самого мира, но сам что-то узнавал в интернете, делился с родителями. Однако в какой-то момент стал сильно уставать, даже уснул на уроке. Однажды у него поднялась высокая температура, появились боли в животе. Педиатр, вызванный на дом, дал направление на анализы, а анализ показал высокий уровень опухолевых клеток.

Тогда все завертелось так стремительно, что Лариса, описывает происходившее как сон:

— Наша жизнь поменялась так резко. Вот все было хорошо — а вот уже все совсем иначе, и Матвей в реанимации.

В реанимацию Матвей попал сразу, как только его срочно перевезли из Сургута в Нижневартовск. Лечение начали в тот же день. Однако первую химиотерапию мальчик переносил настолько тяжело, что ее пришлось на время останавливать. Затем ему были назначены еще четыре курса стандартной химиотерапии, высокодозная химия и два курса иммунотерапии.

Анализы показали ремиссию. Но лейкоз у Матвея осложнен генетической поломкой, из-за которой болезнь могла вернуться. Мальчику рекомендовали трансплантацию костного мозга.

— Мы долго искали неродственного донора,— рассказывает Лариса.— Но Матвей у нас такой уникальный — никого не нашли ни в России, ни за рубежом. Тогда донором стала я. Хотя мы совпадаем с ним на 50%, его организму нужны мои клетки. Выбора нет: они приживутся и начнут работать!

В стерильном боксе Матвею непросто. Почти все время он плохо себя чувствует, по большей части спит или просто лежит. Иногда бывают периоды, когда становится полегче,— тогда мальчик переписывается с друзьями, используя смартфон, который постоянно нужно протирать спиртовыми салфетками.

В стерильном боксе есть окно, которое не открывается. В окно видны высокие деревья. На них Матвей и смотрит. Иногда говорит, что ему настолько тяжело, что он больше не может. Но проходит какое-то время, немного, сколько требуется, чтобы преодолеть с маминой помощью такую понятную эмоциональную яму, и лечение продолжается.

В стерильном боксе Матвей терпит и ждет. Ждет, когда приживутся внутри его организма донорские клетки. Когда начнет восстанавливаться уровень иммунитета. Когда можно будет наконец выйти из бокса. Когда можно будет вернуться домой, обнять папу, сестру и кота Ваську.

А для начала просто съесть арбуз.

Наталья Волкова, Санкт-Петербург