Шоураннер «Рыцаря 7Королевств» Айра Паркер, как известно, получил примерную канву еще почти дюжины ненаписанных рассказов о Дунке и Эге и изъявил желание работать над экранизацией хоть всю жизнь с важной оговоркой: «подготовка сезонов о событиях после третьей повести будет очень плотно включать Джорджа Мартина, если нам вообще сказочно повезет получить разрешение на всё это». Как оказалось, писать продолжение сериала без книжной основы шоураннеру едва не пришлось сразу после первого сезона.

В одном из недавних интервью он признался, что идея развернуть в полноценный сезон многочисленные дорнийские флешбеки из второй повести какое-то время рассматривалась вполне серьезно, но не срослось: «Даже с учетом потенциальной помощи Мартина, на разработку сюжета потребовалось бы слишком много времени», — объяснил шоураннер решение команды. Возможно, всё дело в Мартине: незадолго до начала съемок первого сезона он вдруг объявил, что подумывает написать полноценный рассказ о дорнийском приключении героев, но месяцы шли, а от слов к делу писатель так и не перешел.

Очевидно, что имеющиеся наметки оказались слишком уж разрозненными, чтобы Паркер рискнул наслоить их на самостоятельную структуру с завязкой, развитием, кульминацией и развязкой. В первом сезоне он показал, что вполне способен справиться с обратной задачей — адаптировать уже созданную историю с ее структурой, расширив происходящее дополнительными сценами. Сам шоураннер оценивал хронометраж добавленных сцен в 50% и подчеркивал, что даже в этом материале стремился «всецело соответствовать повестям» в том смысле, чтобы новые сцены не смещали акценты и не меняли сюжет. По крайней мере, ему так казалось.

Вспомнить хотя бы сцену после титров. Зрителю очевидно, что Эг сбежал с Дунком без позволения рассерженного Мейкара, который в сериале считает младшего сына последним шансом состояться как отец. В «Межевом рыцаре» согласие не проговаривают буквально, зато в «Присяжном рыцаре» читаем:

— Насколько всем известно, Эйгон Таргариен вернулся в Летний замок со своим братом Дейроном после Эшфордского турнира, — напомнил мальчику Дунк. — Твой отец не желал разглашать, что ты скитаешься по Семи Королевствам с каким-то межевым рыцарем. Так что помалкивай о своем сапоге [и перстне с личным гербом отца].
Присяжный рыцарь

Итак, первая повесть «Межевой рыцарь» и соответствующий ей первый сезон заканчиваются на том, что Эг становится оруженосцем Дунка и отправляется с ним скитаться по Семи Королевствам. Нам даже сразу намекают, что герои едут в Дорн, рассчитывая встретить Тансель Длинную.

— А куда мы едем, сир?
Дунк подумал немного.
— Я никогда не бывал за Красными горами. Не хочешь ли отправиться в Дорн?
— Я слыхал, там хорошие кукольники, — с усмешкой ответил Эг.
Межевой рыцарь

В это время в Вестеросе начинается Великое Весеннее поветрие. Эпидемия особенно сильно свирепствует в Королевской Гавани, ее жертвами становятся и 56-летний король Дейрон Добрый, и его наследник принц Валарр, и тысячи простых людей. Корона переходит по старшинству к Эйрису Книжнику, второму сыну короля, а тот сразу же назначает своим десницей Кровавого Ворона, действующего мастера-над-шептунами и одного из Великих бастардов Эйгона Недостойного.

— Когда король назначил лорда Кровавого Ворона своим десницей, твой лорд-отец отказался войти в королевский совет и удалился из Королевской Гавани в собственное поместье, — напомнил Дунк Эгу. — В Летнем замке он остается уже полтора года. Конечно он дуется, иначе не скажешь.
— Я бы сказал, что он гневается, — надменно промолвил Эг.
Присяжный рыцарь

Сразу заметим, что Дейрон Добрый умирает в считанные недели после событий в Эшфорде, поскольку Дунк позже вспомнит, что Эг служит ему столько же, сколько отец последнего «дуется в Летнем замке» («полтора года»).

В Дорне успевают закрыть порты и горные переходы до того, как болезнь проникает на юг, поэтому Дунк и Эг отрезаны от остального Вестероса, и сериальный Мейкар при всем желании не смог бы отправить за ними погоню.

Уже на службе у Юстаса Осгрея Дунк вспоминает:

Эг служил у Дунка года полтора, хотя иногда казалось, что все двадцать. Вместе они одолевали Принцев перевал и пересекали глубокие пески Дорна — красные и белые. Они задержались в Вейте дольше, чем планировали, прежде чем наконец сбежали и вместе спустились на плоскодонке по реке Зеленокровная до Дощатого города, а оттуда на галеасе «Белая леди» приплыли в Старомест. Вместе они ночевали в гостиницах, на конюшнях, в канавах, делили трапезу с праведными братьями, шлюхами, лицедеями и посетили не меньше сотни кукольных представлений в поисках Тансель. Эг ухаживал за конем Дунка, точил его меч и счищал ржавчину с его кольчуги. Лучшего спутника человек и желать не мог, и межевой рыцарь относился к нему чуть ли не как к младшему брату.
Присяжный рыцарь

Жирным помечены куски, которые Мартин удалил из окончательной редакции. Как известно, писатель отправляет свои черновики и архивы на хранение в библиотеку Кушинга при Техасском университете A&M. Мы уже изучали материалы, относящиеся к основной саге (один, два, три), но из двухсот коробок с материалами u/gsteff удалось раскопать о Дунке и Эге лишь довольно поздний черновик второй повести, обрывающийся на поединке у ручья, зато содержащий чуть больше деталей о Дорне. Это поможет нам восстановить примерную структуру неслучившихся повести и сезона, но давайте заранее оговоримся, что к жирному тексту не стоит относиться слишком серьезно: печатная история гораздо глубже черновой буквально в каждом известном случае.

То тут, то там Дунк вспоминает отдельные яркие эпизоды этого приключения чуть подробнее. В Дорне герои присоединились к местным рыцарям, которые сопровождали караван купцов в Вейт. Здесь старый мерин Каштан не выдержал перехода и умер:

Конь пал на долгом безводном переходе от Принцева перевала до Вейта. На нем ехал Эг… и они ездили на одном коне, пока брат Эга не подарил им Мейстера…  «Я не плакал тогда. Может, и хотелось, но не плакал». Он хотел похоронить коня, но дорнийцы не стали ждать. «Собакам тоже есть надо и щенков чем-то кормить, — сказал один из них, помогая Дунку снять с Каштана седло и уздечку. — Собаки и песок обглодают его дочиста, не пройдет и года. Это Дорн, дружище».
Присяжный рыцарь

Согласно опубликованной версии, в Вейте Дунк каким-то образом оскорбил престарелую леди, и это чуть не стоило ему жизни. У нас нет подробностей о том, насколько неуклюжим или бестактным было обращение юного межевого рыцаря, но в Белостенном он вспоминает ее беззлобно как «безумную и грустную леди Вейт», так что вряд ли та приказала затравить его леопардами. Черновая версия не помогает разобраться в сути конфликта, но содержит множество дополнительных деталей:

— А что вы ей скажете, сир?
— Что она должна снести дамбу. — «Вы должны снести дамбу, миледи, иначе…» — Вернее, я попрошу ее об этом. — «Пожалуйста, верните нам клетчатую воду». — Если ей будет угодно. — «Хоть чуточку, миледи, смилуйтесь». Сиру Юстасу не понравится, если он будет унижаться. «Как же сказать ей?» Дунк попытался представить, как поступил бы сир Арлан, но старик тоже редко имел дело с благородными дамами.
— Я заверю ее, что мы не желаем войны.
— Мой дядя всегда говорил: когда человек клянется, что не хочет войны, это значит, что он уже точит свои мечи.
Дунк нахмурился.
— Какой дядя?
— Дядя Бейлор.
<..>
— Не умею я говорить с благородными дамами, — признался Дунк.
— В Дорне вы много говорили с леди Вейт.
— Да, но она была безумна.
Леди Вейт выглядела старше, чем сама Старица, хотя, по словам Эга, ей вряд ли было больше семидесяти. Дорнийцы в один голос утверждали, что в юности она была так хороша, что сам Эйгон Недостойный возжелал ее и сделал своей наложницей. Теперь же она состарилась и страдала бессонницей, день и ночь сидя в своих пурпурных одеяниях с жемчугом на костяном троне. Обнаженная сталь в ее присутствии не допускалась, поэтому ее ногти отросли на добрый фут, а спутанные седые волосы спадали до самого пола, разметая тростник на полу при ходьбе. Ее гербом были три черных леопарда на желтом клине и оранжевом поле. Поговаривали, что она выкормила собственной грудью осиротевшего котенка леопарда вместо мертворожденной дочери. По крайней мере, у нее не было бастардов от короля Эйгона. Слишком уж многие женщины их имели, отчего и бедам не было конца.
— Не начинайте сразу говорить о плотине, сир, — сказал Эг, пока разогревался второй котел, — Здесь нужна галантность. Дамы любят галантных рыцарей.
Галантность была частью рыцарства, но Дунк в этом ничего не смыслил.
— И как же мне это сделать?
— Если бы вы защитили Красную Вдову, как ту девушку-кукольницу от Эйриона…
— Вдова не нуждается в защите. — Дунку становилось грустно, когда он вспоминал о кукольнице. «Ее прозвали Тансель Длинная, но для меня она была в самый раз». Иногда он даже думал, что она ему приснилась.
— Дамы благоволят рыцарям, которые им поют.
Присяжный рыцарь (черновик)

Сравните с окончательной редакцией этого отрывка:

…Сиру Юстасу не понравится, если он будет унижаться. «Как же сказать ей?»
— Не умею я говорить с благородными дамами, — признался Дунк. — В Дорне мы оба могли поплатиться жизнью за то, что я сказал леди Вейт.
— Леди Вейт была сумасшедшая, — напомнил Эг, — но немного галантности вам бы не помешало. Дамы любят галантность. Если бы вы защитили Красную Вдову, как ту девушку-кукольницу от Эйриона…
— Эйрион сейчас в Лисе, а вдова не нуждается в защите. — Дунку не хотелось говорить о Тансель. «Ее прозвали Тансель Длинная, но для меня она была в самый раз».
— Некоторые рыцари поют своим дамам галантные романсы или играют им на лютне.
Присяжный рыцарь (опубликованная версия)

Особенности безумия старой леди Вейт писатель почти дословно передал другому персонажу, потерявшему рассудок: после плена в Сумеречном Доле Эйрис Безумный запрещает оружие в своем присутствии, не стрижет волосы и ногти. Все прочие детали владелицы замка отсылают читателей к Касселле Вейт, которая оформилась в лоре почти десять лет спустя:

После Замирения в Солнечном Копье Эйгон сопровождал в столицу дорнийских заложников, взятых из знатных семей королем Дейроном I. Среди них была Касселла Вейт, стройная дева с зелеными глазами и платиновыми волосами, которую Эйгон сделал «заложницей» в собственных покоях. После того, как дорнийцы восстали и убили Юного Дракона, всех заложников ожидала смерть, и Эйгон — к тому времени уставший от Касселлы — вернул девицу к прочим пленникам. Однако новый король, Бейлор I, даровал дорнийцам прощение и лично сопроводил их обратно на родину. Касселла так никогда и не вышла замуж и до седых волос тешила себя заблуждением, что она единственная истинная любовь Эйгона и он вскоре пришлет за ней.
Мир Льда и Пламени, Эйгон IV

Эйгон IV (Недостойный)

Кажется очевидным, что уже в Вейте герои должны были узнать об эпидемии, закрытии границ и смертях в королевском семействе. Если бы Мартин решил написать о Дорне полноценный рассказ, мы почти уверены, что знакомство со старухой позволило бы окунуться в ее воспоминания об Эйгоне Недостойном, показав его глазами женщины, до сих пор влюбленной в молодого когда-то принца (точно так же, как мы узнали о Деймоне Блекфайре глазами сочувствующего ему Юстаса Осгрея).

Как бы там ни было, Дунк и Эг все-таки покинули замок (сбежали, согласно черновику), сплавившись вниз по реке в Дощатый город:

Когда они спускались на шестах по Зеленокровной, девочки-сиротки повадились хлопать Эга по лысой макушке, на счастье, и этим вгоняли его в краску. «Девчонки все глупые, — заявлял он. — Если еще одна меня тронет, полетит в реку». «Тогда я тебя трону, — пообещал Дунк. — Так по уху тресну, что до будущей луны колокольный звон будешь слышать». «Лучше уж колокола, чем дуры-девчонки», — пробурчал мальчуган, но в реку так ни одну и не кинул.
Присяжный рыцарь

Дощатый город — главный порт и самый густонаселенный город Дорна. Очевидно, что именно здесь Дунк с Эгом посмотрели множество представлений кукольников в поисках Тансель. О пребывании в городе у нас есть лишь одно воспоминание:

— …Когда я напился в Дощатом городе, ты сказал, что я пою, как завязший в грязи буйвол.
— Верно, сир. Я и позабыл.
— Как ты мог позабыть?
— Вы мне велели забыть, я и забыл, — невинно ответил Эг. — Вы сказали, что дадите мне в ухо, если я об этом упомяну.
Присяжный рыцарь

В Дорне герои провели почти целый год, пока эпидемия не стихла. Когда Мартеллы открыли границы, Дунк купил место на галеасе «Белая леди» и отплыл в Старомест, едва не утонув по пути:

…Дунку как-то не хотелось сражаться с железными людьми на море. «Белую леди», шедшую из Дорна в Старомест, однажды атаковали пираты, и он, надев доспехи, стал помогать морякам. В отчаянном кровавом бою Дунк едва не свалился за борт — случись это, ему пришел бы конец.
Таинственный рыцарь

Концепт библиотеки Цитадели для «Игры престолов», илл. Киеран Белшоу

Откуда мы знаем, что границы держали закрытыми около года? Помните о полутора годах в самом начале? С будущим мейстером Эймоном Дунк познакомился всего за полгода до событий «Присяжного рыцаря»:

Брат Эга Эймон измерил его рост в Староместе — тогда, полгода назад, Дунку недоставало одного дюйма до семи футов, а с тех пор он еще больше подрос.
Присяжный рыцарь

Вероятно, Дунк искал Тансель и в Староместе. Логичным финалом его поисков представляется добровольный отказ от них. Например, он узнаёт, что какая-то труппа с высокой кукольницей отплыла в Браавос, но Дунк вдруг осознаёт свою ответственность за Эга (принцу никак нельзя ехать за море) и понимает, что никогда всерьез и не хотел найти девушку, чье лицо едва помнит.

На прощание Эймон, как мы знаем, дарит гостям вьючного мула, на котором помимо скарба едет еще и Эг. С учетом этого эпизода (и будущей кобылы в конюшне Роанны Веббер) в сериале могла бы получиться забавная параллель: в конце каждого сезона Дунку пробовали бы вручить животное для верховой езды.

---

Таким образом, дорнийские приключения структурно отличаются от трех опубликованных повестей с единственным местом действия. Здесь действие распадается на три арки (Вейт, Дощатый город и Старомест), объединить которые можно было бы разве что поиском Тансель Длинной, хотя по исправлениям в черновике мы видим, что писателя избыточная значимость кукольницы совершенно не устраивала. В итоге возможная экранизация становилась бы классическим роуд-муви со следующими узловыми точками:

• Арка с леди Вейт: путешествие с дорнийцами по пустыне от Принцева перевала к Вейту; смерть Каштана; знакомство с дорнийскими обычаями; остановка в Вейте, знакомство с леди Касселлой и ссора с ней; новости об эпидемии, закрытии границ и смерти короля; побег.
• Арка в Дощатом городе: путешествие по Зеленокровной; поиски кукольников; новости о коронации Эйриса, Кровавом Вороне и обиде принца Мейкара; какой-то локальный конфликт и завершение арки открытием границ.
• Арка в Староместе: морское путешествие; знакомство со школяром Эймоном и кукольниками крупнейшего города Вестероса; отказ от поисков Тансель и продолжение пути.

Само по себе это могло бы быть довольно весело и интересно, но по меркам заданного Мартином стандарта, когда каждая повесть представляет собой полноценный законченный эпизод истории, такой материал едва тянул на звание филлера. Флешбеки прекрасны и уместны в «Присяжном рыцаре», каждое воспоминание служит художественным целям именно этой повести, но даже сам Мартин вряд ли смог бы переработать эти воспоминания в приличную повесть, что уж говорить о сценаристах.

К слову, известно, что во втором сезоне флешбеков будет меньше, чем в первом: «В этот раз мы используем флешбеки не так часто, как в первом сезоне, и теперь они немного другие — сильнее связаны с основными событиями», — заявил Паркер. Для событий второй повести важны три истории из прошлого: история детской любви Роанны Веббер, Восстание Черного Пламени и — в наименьшей степени — дорнийские приключения. Что касается последней категории, кроме яркого сна Дунка с Каштаном второй сезон может ограничиться единственным флешбеком со школяром Эймоном. Во-первых, это связь с оригинальной «Игрой престолов» через персонажа и город, а во-вторых, через Эймона можно показать, что Мейкар все-таки смирится с решением Эга. В этом случае мальчик получит не только мула, но и отцовский перстень.