Юрий Валерьевич, больные к вам, очевидно, попадают, как правило, на скорой помощи. Это жители юга столицы, где находится ваша клиника?

Юрий Гаврилов: Да, преимущественно из Южного административного округа. В том и состояла идея создания инфарктной и инсультной сети, чтобы накрыть ее ячейками всю Москву. И теперь, когда она блестяще реализована, из любой точки города до ближайшего регионального сосудистого центра расстояние, что называется, вытянутой руки - на то, чтобы доехать до него, требуется не больше 15-20 минут. Для въезда машин скорой помощи предусмотрена специальная площадка, прямо в здании, в котором сконцентрирована вся экстренная помощь. Из нее по красной линии до шок-центра, куда попадают тяжелые больные, буквально три шага. Самых экстренных пациентов, чаще всего с мест больших ДТП, доставляют по воздуху, у нас есть вертолетная площадка.

Чтобы медикам не тратить время на заполнение разной информации, встречают больного представители МФЦ. Они вносят данные в электронную базу, надевают на руку браслет, в котором зафиксированы фамилия, имя, отчество, с чем доставлен. Информацию о том, чем человек болел раньше, к чему у него есть аллергия или противопоказания, получаем из электронной медкарты в "ЕМИАС.ИНФО", пока пациент еще в пути.

Словом, все сделано для того, чтобы уложиться в тот самый "золотой час", который необходим для спасения пациента с инфарктом миокарда?

Юрий Гаврилов: Именно так! Уровень этой помощи москвичам у нас не только соответствует мировым стандартам, но даже их превосходит! В отличие, скажем, от жителей Нью-Йорка, москвичам не надо платить бешеные деньги, а потом еще и ждать очередь, чтобы по страховке попасть, например, в клинику Гарвардского университета с ее высоким стандартом. У нас клиник с таким стандартом по Москве два десятка - все 20 региональных сосудистых центров.

Помощь пациентам с инфарктами в Москве превосходит мировые стандарты. У нас два десятка региональных сосудистых центров уровня клиники Гарвардского университета

Поясните, пожалуйста, что собой представляет сосудистый центр.

Юрий Гаврилов: Эта функциональная единица, которая объединяет мощности шок-центра и порядка десяти отделений кардиохирургии, реанимации больных с инфарктами и инсультами, а также отделений реабилитации.

Успехи в спасении пациентов с инфарктами и инсультами, по мнению мэра, во многом связаны с современными методами лечения и оснащенностью стационаров новейшим оборудованием. В частности, по его словам, только за последние три года закуплено более 6 тысяч единиц техники экспертного уровня. Это оборудование дошло до вашей больницы, ведь она не из новых, ей уже более 45 лет... Можно ли и ее сегодня назвать современной клиникой?

Юрий Гаврилов: Безусловно! Построили больницу в 1981 году, как медсанчасть ЗИЛа - градообразующего в ту пору предприятия, где в те годы работали 80 тысяч человек. По тогдашним меркам она была просто супероснащена. Но и московское здравоохранение не стоит на месте. Сейчас у нас реконструируется главный корпус, который будет соответствовать самым современным стандартам. В нем появится еще и стационар кратковременного пребывания, что позволит примерно на 20 процентов увеличить возможности амбулаторного приема.

Год назад у нас открылся флагманский центр. Для оказания экстренной помощи, буквально с первых минут поступления больного, в нем оборудован суперсовременный оперблок, в котором есть гибридная и эндоваскулярная операционные, где большинству больных с инфарктом восстанавливают проходимость артерий. Делается это сейчас в 90 процентах случаев без разреза грудной клетки, с помощью малоинвазивного хирургического вмешательства - ангиопластики и коронарного стентирования через прокол в сосуде с установкой стента - трубочки. Результат? Для восстановления пациенту после такой операции нужны не недели, как прежде, а буквально два-три дня, чтобы уйти домой здоровым.

Но если сосуды слишком забиты бляшками и никакие стенты не спасают, приходится делать шунтирование. Для восстановления кровотока вскрываем грудину, сердечную сорочку и пришиваем шунт - часть вены, взятой с ноги, и создаем обходной путь для кровотока.

В самых тяжелых случаях - с обширным инфарктом, кардиогенным шоком пациенты поступают в шок-центр?

Юрий Гаврилов: Да, по красной линии доставляют в шок-центр, где если не удается добиться стабилизации состояния с помощью лекарственных методов, есть возможность подключить аппарат механической поддержки кровообращения. По сути, запустить искусственное сердце, чтобы вновь заработало свое сердце.

Как мы отмечали в самом начале беседы, на 15 процентов снизилась смертность от инсультов в Москве, а инвалидизация уменьшилась даже на 35 процентов. За счет чего?

Юрий Гаврилов: Главным образом тоже благодаря передовым методам хирургических вмешательств, лечения и реабилитации. Один из них - тромболизис. Что такое тромб? Сгусток крови, который может, например, образоваться в сердце из-за нарушений ритма сердца или из-за надрыва холестериновой бляшки в крупном сосуде, кровоснабжающем головной мозг, и попасть из сердца в голову. Это очень опасно, так как мозг находится в черепной коробке, что чревато отеком, дополнительным повреждающим фактором. Кровоток по артерии может прекратиться, и часть мозга погибнет. Чтобы этого не произошло, в сосуд, куда попал тромб, вводятся мощные разжижающие кровь препараты, которые рассасывают свежий тромб. Но если тромб образовался 6-8-10 часов назад, то проведение тромболизиса уже бесполезно. Но и тогда есть шанс помочь. При перекрытии крупного сосуда тромбом возможно проведение операции по извлечению тромба из сосуда - тромбоэкстракция. Недаром существует такое понятие, как терапевтическое окно при инсульте - время, в течение которого пациент должен успеть обратиться за помощью, а врачи должны поставить ему правильный диагноз и избавить от тромба. Судя по тому, что процедур тромболизиса сейчас делается в два раза больше, нам это удается.

В три раза больше делается и тромбоэкстракций. Это что за метод?

Юрий Гаврилов: Операция, в ходе которой эндоваскулярные хирурги через прокол в сосуде с помощью специальных катетеров и под рентген-контролем достают тромб, перекрывший где-то кровоток, и тем самым спасают человеку жизнь. С точки зрения опасности для пациента стать инвалидом инсульт даже опаснее, чем инфаркт.

Кроме того, сейчас в Москве реализуется проект: пациентам с инсультом, у которых выявлены сужения в сонных артериях, которые в дальнейшем могут привести к повторному инсульту, примерно через неделю может быть проведена операция по удалению этой бляшки. Всё в течение одной госпитализации. Не надо ждать очереди, повторно госпитализироваться. Это делается с целью профилактики повторных инсультов. Ожидаются очень хорошие результаты. В Москве для этого так же создана целая сеть, с мониторингом, с консультационными центрами. Очень современный и перспективный подход.

Дальше на очереди реабилитация?

Юрий Гаврилов: Реабилитация начинается практически сразу, как только отступает опасность летального исхода. Пациент после операции еще может лежать в кровати, а ему уже ноги пристегивают к горизонтальному велосипеду с моторчиком, чтобы разрабатывались мышцы.

Реабилитация - очень сложный процесс, ею с каждым больным занимаются неврологи, реаниматологи, врачи лечебной физкультуры для того, чтобы вернуть возможность говорить и понимать обращенную к нему речь и не допустить необратимых изменений моторики, при которых человек не может двинуть ни рукой, ни ногой.

Правда ли, что все пациенты, пережившие инфаркт или инсульт, обеспечиваются лекарствами за счет города?

Юрий Гаврилов: Правда. Льготные рецепты они получают при выписке домой, а еще таблетку в дорогу даем. Дело в том, что люди, пережившие сосудистую катастрофу, обычно нуждаются в пожизненной лекарственной терапии. Но вот придет пациент после лечения домой, пусть даже своими ногами, но с непривычки устанет. Увидит, что там у него, например, рыбки в аквариуме не кормлены, ну и решит: "Ладно, завтра в поликлинику схожу за лекарствами... В таком случае может оказаться достаточно одного дня, чтобы он снова вернулся к нам опять с затрамбованными сосудами, с повторным инфарктом... К сожалению, большинство людей еще очень инфантильно относятся к своему здоровью.

Кардинальный вопрос

Юрий Валерьевич, как не пропустить инфаркт миокарда?

Юрий Гаврилов: Классический признак инфаркта - внезапно возникшая давящая боль за грудиной, то есть посреди груди. Те, кто пережил ее, описывая, говорят, что возникает ощущение, словно плиту на грудь положили. Нередко боль сопровождается страхом, мокрым потом, невозможностью вздохнуть. В таких ситуациях нужно немедленно обратиться за помощью, у врачей в распоряжении всего один "золотой час" для спасения жизни.

Какие главные признаки инсульта?

Юрий Гаврилов: Англичане называют этот признак F-A-S-T: face - перекошенное лицо, сглаженность носогубных складок, arm - рука, нога, которые могут отниматься, speech - нарушения речи и time - время, напоминание о терапевтическом окне, о том, что дорога каждая минута. Когда появились такие признаки, надо немедленно вызывать скорую помощь. Никаких, как это часто бывает, "я сейчас полежу, и все пройдет". Не пройдет, поверьте моему опыту". Инфаркты и инсульты, к сожалению, в наше время еще и молодеют. Четверть века назад инфаркт у женщины моложе 40 лет был нонсенсом, а сейчас такие случаи не редкость. Лечатся у меня и мужчины - 30-35-летние. Как избежать этого? По телевизору об этом говорят каждый день. Для начала просто сходите на московский чекап, пройдите положенное обследование. Очень важно не просто качественно лечить заболевания, а выявлять риски еще до появления симптомов. Врач подскажет, что нужно делать дальше, какие меры предпринять, чтобы жить не только долго, но и счастливо, не болея.