Одним словом, уже начинает казаться, что иранская война будет идти вечно. Однако такой вывод можно сделать, только если абстрагироваться от очень многих существенных обстоятельств. Во-первых, в американском правящем классе очень многие, и не только члены Демократической партии, всерьез против этой войны. И в основном не потому, что они за Иран, а потому что им не нравится Трамп. Во-вторых, сам Трамп человек сколь увлекающийся, столь быстро и остывающий. Например, может с утра вспомнить, что вечером собирался разнести Кубу в труху, а потом приходит кто-нибудь из доверенных лиц, и рассказывает, что в Африке есть страна Мали, в которой засели плохие парни. И все — Куба остается живой, хотя и не очень.

То есть при том, что явно существуют многие факторы, способные ограничить продолжительность этой кампании, все же не совсем ясно, где лежит, хотя бы теоретически, определяемый политическими процессами в США ее временной предел. Чтобы выяснить, какие именно из этих факторов способны остановить войну или резко снизить обороты американской военной машины, «МК» обратился к политологу Борису Межуеву. 

- Можно ли говорить о наличии каких-то временных рамок для этой войны? Понятно, что есть предельный срок ведения боевых действий без одобрения Сената, существуют финансовые ограничения, существует политическая целесообразность, существует, в конце концов, просто некий драйв у политика. Сколько ещё Трамп сможет продолжать иранскую войну?

-Формально, думаю, можно на это закрыть глаза — я думаю, что может бесконечно. Формально все эти рамки, которые, безусловно, существуют, они, тем не менее, довольно условны. Реально главный ограничитель войны это бюджет — деньги, выделяемые Конгрессом. Я думаю, что Трамп прекрасно понимает, что завершить он её реально может до ноября, потому что потом будет другой состав Палаты представителей Конгресса, который начнёт работу, соответственно, в январе, и, скорее всего, сразу же поставит вопрос о прекращении финансирования военных действий. Потому что, скорее всего, это будут демократы. И большинство в палате у них, скорее всего, будет именно по той причине, что все чувствуют, что Соединённые Штаты слишком ушли в войну, а Трамп не может найти решение. И поэтому, собственно, эта проблема будет решена именно таким образом.

Вот оттого Трамп сейчас и спешит, хочет все быстро сделать. Реальные рамки, я думаю, до января. До января война вполне может продолжаться — я не думаю, что нынешний состав Конгресса поставит вопрос о прекращении ее финансирования и об исполнении так называемого закона о военных полномочиях, то есть об этих знаменитых 90 днях. Скорее всего, этот состав Конгресса, а именно Палата представителей, будет вполне поддерживать Трампа в любых военных действиях против Ирана. Но как только всё это сменится, вот это и будет, собственно, реальное ограничение. Всё остальное, в общем, довольно понятно.

Понятно, что Трамп хочет избежать этого, найти какой-то вариант сделки. И я не исключаю, что они его найдут. Но вариант сделки может быть, видимо, только один, а именно решение вопроса о разблокировании Ормузского пролива и начало переговорного процесса по поводу всех остальных вопросов, включая вопрос ядерного оружия. И все прекрасно понимают, что, скорее всего этот переговорный процесс ни к чему не приведёт, но, по крайней мере, военные действия будут приостановлены, пролив будет разблокирован, и будет возобновлено судоходство в Красном море и в Персидском заливе.

Пожалуй, собственно, речь может идти об этом. Потому что всё остальное, конечно, едва ли возможно. Непредставима в нынешней ситуации военная операция. Она просто ни к чему не приведёт. И если они с Афганистаном не смогли справиться, то и с гористым Ираном едва ли. Они столкнутся с партизанской войной такой же, как и в Афганистане, только ещё более жёсткой и мощной. И, скорее всего, невозможно использование какого-то оружия массового поражения. В нынешней ситуации я бы не считал это возможным.

-Одним словом, рубеж — это смена состава палаты …

-Да, смена состава палаты — по нынешним раскладам, скорее всего, демократы получат большинство. А если так, то первым своим решением они скажут, что нужно приостановить военные действия.

-Но не остановится же все мгновенно, какая-то инерция ещё будет проявляться после?

-Я думаю, сразу после этого Пентагон начнёт готовиться к наземной операции. Это будет главным образом разведка, потому что ни на какую наземную операцию они не пойдут, если будут знать, что внутри Ирана нет вооружённой оппозиции. Пока ее нет, ничего делать они не будут, но будут долго формировать эту вооружённую оппозицию по образцу Ливии.

-Это уже о последующей зиме?

-Это об отдалённом времени. На это могут уйти долгие годы, может быть. Они точно начнут это делать, но в дальнейшем, конечно, всё будет во многом зависеть от способности Ирана и Израиля договориться, от успешности попытки наладить какую-то коммуникацию в условиях взаимной ненависти.

Но, думаю, скорее всего, учитывая, что политика Израиля вряд ли поменяется серьёзно, то, скорее всего, все же начнётся подготовка к созданию внутри Ирана какой-то серьёзной группы. Тем более, что там есть какие-то определённые отряды, о которых шла речь раньше. Там есть, скажем, Моджахедин-э Халк, есть ещё какие-то другие организации, которые, в принципе, могут стать какой-то базой вооружённой оппозиции в случае, если в это будут вложены большие деньги и какие-то большие силы. Там и курды, конечно, и так далее. То есть начнётся работа по созданию революционной ситуации внутри Ирана. Потому что безреволюционная ситуация вхождения оккупационных сил на территорию Ирана,  это ясно, не приведёт ни к какому позитивному результату. 

Ну, а сейчас им надо избавить мировую экономику от этой проблемы, потому что $100 за баррель, а может быть и еще больший рост цен на нефть это, в общем, ситуация, которая отражается уже на благосостоянии, в том числе, американского налогоплательщика.