ВЫШЕ УШИ, ЗАЙЦЫ! или ПРЕДИСЛОВИЕ К НЕСУЩЕСТВУЮЩЕЙ КНИГЕ Не всё ...

Дата публикации: 17-07-2026 16:47:45

ВЫШЕ УШИ, ЗАЙЦЫ! или ПРЕДИСЛОВИЕ К НЕСУЩЕСТВУЮЩЕЙ КНИГЕ
Не всё в этом мире, зайцы мои, поддаётся чёткой классификации. Вроде бы смотришь на мир, и порой он кажется чётким и понятным: Волга впадает в Каспийское море, за рассветом следует закат, красный сигнал – стойте, зелёный – идите. И так дальше.
Большинство обитателей этого мира также выполняют некие понятные функции: дворник, мойщик окон-альпинист, продавец-кассир, ремонтный рабочий, водитель, врач, губернатор и т.д.
Но есть, конечно, люди не понятные, функционал которых определить просто невозможно. Это некоторые чиновники и, пожалуй, поэты. И если до того, чем занят чиновник, дознаться всё же можно, то с поэтами сложнее. Я имею в виду стихотворцев настоящих. Не тех, которые ни дня без строчки. И не тех, которые, не особо умея рифмовать, но прибавив к своему занятию последнюю букву латинского алфавита, кажется, сумели сделать поэзию профессией. Это просто трудяги, рабы обязательств – как контрактных, так и эфемерных. Никакая не загадка.
А вот поэты настоящие – что ими движет? Как их ошарашивает замысел? Где перемыкает? И как они бросаются к блокноту?
Вот не могу себе этого представить, зайцы мои. Вот писатели – те, что хорошие, что плохие – более-менее просты, как мычание. Понятны.
А поэты – нет.
Хотя я с ними и знаком, и коньяк с ними пивал – в подворотнях и в заведениях. А понять их не могу. В какую секунду их нахлобучивает вдохновение? Очень интересен процесс.
Из поэтов в процессе творчества я видел разве только подзабытого ныне Орлушу. Тот, будучи вдрызг пьяным, кропал фломастером на фартуке официантки некие вирши. За официанткой, признаться, наблюдать было интереснее – ей не нравилось, что сатир-старикашка пачкает ей форменную одежду, но возразить отчего-то не могла.
Наверное, этот случай – не показатель.
И вот, чтобы разобраться в поэтской психологии, Лев Валерьевич решил рассмотреть поэта в экстремуме. То есть, это должен быть поэт не пьющий (да, знаю, нонсенс). И чтобы про любовь не писал.
И я такого нашёл!
Давайте познакомимся с ним. Поэта зовут [id93416936|Сергей Есипов] . Пишет под псевдонимом Куб (или Чёрный Куб). Знаю его много лет, но не так, чтобы близко. По не сказать, чтобы регулярным, наблюдениям, характер у человека – самурайский, суровый. Вырос где-то в Сибири. Рассказывал мне про чёрный снег Кузбасса. Знойная Якутия ещё в анамнезе. Помотало, одним словом.
Внешне Сергей отдалённо похож на Чикатило. Но я тоже на него похож (мне как-то дети в Бутово об этом сказали). И вот, помню, идём мы с Сергеем от славной галереи «Ходынка» к метро. Зимой. А вокруг тихо-тихо. Лишь снежок поскрипывает. А это, как сейчас понимаю, всё живое от нас, двух чикатил, разбегалось и пряталось.
Как поэт Сергей издавался ровно один раз – в некоей коллективной антологии, названия которой я уже не упомню. Стихов его, кроме очень узкого круга людей, не знает никто. Пишет Чёрный Куб Есипов не каждый день. Паузы могут быть долгими и непредсказуемыми, не укладывающимися в графики. Это обстоятельство значимо, зайцы мои. Значит, аккумулирует стихотворное вещество. А потом – раз! – и выплеснет накопившееся.
И не про любовь. Ну, может, в глобальном смысле всё-таки да. Но это не (как говорил Лимонов) «мещанская судорога под одеялом». Не пафосные сопельки, не сюси-пуси.
Тут, скорее, знаете, как производство роботов-трансформеров. Которые потом встают с промышленных горизонталей и – грохоча, лязгая – идут вершить свой странный путь.
Поэзия Есипова – это некие, как я понял, пророчества. Видения техноапокалипсиса, победившего пластмассового мира. И – да – они наполнены ужасом. Но этот ужас явлен не в эмоциях, а, скорее в монотонных перечислительных конструкциях.
«Земля плоска, как голова евклида,
Спит лобачевский, пухом ему сфера,
Остатки homo sapiens, как вида,
Утилизируют на благо новой эры»
Может, действительно что-то открывается цепкому взгляду поэта-самурая?
Вы знаете, но мне это напомнило Уильяма Блейка. Такая же интуитивная, странная мистика. Только у Блейка агнцы, ангелы и прочие мистериальные герои. А у Куба Есипова агнцы отрастили клыки и жуют ими равнодушный стылый мир.
«Удавки скрутки свёртки катастроф
Равнение в затылок, старт модели
Сигнал, день домино, финальный ров
На фоне будней трудовой недели»
Что-то тут есть, конечно, от Янки Дягилевой, которая тоже по какому-то наитию в лучших вещах выстраивала последовательности леденящих душу образов.
Впрочем, «кубический» мир не лишён красоты:
«Я дымом на стекле луну рисую».
Источник вдохновения – непроясняем. Сам автор говорит следующее:
«Открытый космос горстями пью,
Глаза закрыв, до краёв пустой».
Впрочем, иногда взгляд нашего выпивателя горстями космоса падает и на грешную современность, которая становится мишенью инвектив:
«По ком звенят окаянно лбы,
Не извиняйся - молись, икай,
Крестом украсив души нарыв,
Катись к успеху. Не опоздай»
Звон окаянных лбов – это прекрасно, кстати. В принципе, хорошая иллюстрация к ситуации, скажем, в так называемой «большой литературе».
Апокалиптические видения я не то, чтобы люблю, но уважаю. Особенно, когда они не нарочиты, не просчитаны, а рвутся наружу из глубин души, как отрицательные герои эпопеи «Чужой» из несчастных астронавтов.
«Хор обезглавленных
Хор обезвреженных
Душ позабытых в пустынях заснеженных
Делай как мы, делай лучше и чаще
Будь обезьяной-как-надо-ходящей
Будь обезглавленным
Будь обезвреженным
Будь единицею право-бережною
Будь существом с человеческим именем
Будь потребителем жидкости синей
Будь или сдохни!
Сдохни но будь.
Капает с чёрного вымени ртуть».
На путь поэта стихотворец Куб смотрит без розовых очков:
«… путь,
Светлый и трудный, как пьяный поход к унитазу».
Мир – это страшное место, зайцы мои. Холодно и одиноко в нём душе трепетной. Обычный поэт дал бы страдания такой вот, заброшенной в мир кошмара души. Но поэт Куб возносится примерно туда, где наливают в горсти космос, и смотрит панорамно, с высоты.
«Пейзаж, что пей да пой.
Упитый горем люд за правду-матку
Рубил друг друга русскою тоской…»
Всё ли так мрачно? Да не мрачно, в том-то и дело. Просто без розовых очков писано.
Но какие-то моменты просветления, некоего даже оптимизма в стихотворном наследии поэта Есипова просматриваются. Например, вот:
«Убили негра.
Нам не всё равно.
Мы косим трын-траву, косим, косеем,
Из всех искусств важнейшее кино,
Про космос и мышей, хвала Диснею.
Вставать, спешить за пряником, любить
Себя, четыре джи терзая пальцем.
Мы - лучшие, и нас не победить,
Мазай не выдаст.
Выше уши, зайцы».
Это очень трогательно. У меня прямо душа запела, прочитавши.
Мне почему-то кажется, что вместо полемических заметок у меня появилось предисловие к стихотворному сборнику. Почему нет? Когда срастётся с издательством (а всякие достойные тексты рано или поздно путь к людям находят), пусть это и будет предисловием.
Быть добру!
P.S. Собрание текстов здесь: 
 https://alterlit.ru/profile/granit17/

Схожие новости

#	Наименование новости	Тональность	Информативность	Дата публикации
1	Дмитрий Борисов Стихи Любовь Такая разная То сладость То война ...	0	0	21-02-2025
2	Спрос на перевозки из Китая и Казахстана в Беларусь вырос в 3 раза	0	0	28-01-2025
3	ISL | Bengaluru will be keen on regaining consistency as it faces Mohammedan	0	0	10-01-2025
4	ABC: Трамп рассматривает возможность отставки главы аппарата Белого дома	0	0	13-11-2018
5	The 5 flying car projects closest to reality	0	0	21-08-2020
6	Информация о Регламентных работах	0	0	26-06-2018
7	Перенос планов обслуживания (maintenance plans) на другой сервер	0	0	18-04-2017
8	Трамп может наложить вето на обсуждаемый проект бюджета Пентагона на $733 млрд	0	0	10-07-2019
9	Глава Гонконга отвергла требования амнистировать зачинщиков беспорядков	0	0	09-07-2019
10	Из московского театра уволили актеров, спектакль с участием которых со скандалом отменили в Нижнем Тагиле	0	0	16-01-2023

Классификация: Мнения. Схожих патентов: 0. Схожих новостей: 10. Тональность: 2. Информативность: 3. Источник: vk.com.