В Берлине обнаружилась чрезвычайно дорогая вещь — возможность летать дешево. Сначала ее тщательно рассчитывали, затем обложили разнообразными платежами, после чего предложили авиакомпаниям вести бизнес с соблюдением всех требований немецкой экономической действительности. Ирландцы ознакомились с прейскурантом, пересчитали самолеты и решили сменить адрес. Теперь стороны выясняют, кто испортил столь перспективное сотрудничество.

У самолета есть преимущество перед аэропортом: если условия не устраивают, он может сменить прописку. Ryanair этим воспользовалась. Семь лайнеров покидают Берлин, двенадцать направлений исчезают из зимнего расписания, а число предлагаемых мест сокращается примерно вдвое. Перевозчик винит дороговизну, BER оспаривает расчеты, профсоюз подозревает еще и конфликт вокруг прав работников. Так кто же предъявил счет за этот воздушный развод?

Семерка на вылет

24 октября Ryanair закрывает базу, открытую в 2015 году в Шёнефельде. Все семь постоянно размещавшихся здесь самолетов отправляют на другие европейские аэродромы. Впрочем, ирландцы не исчезают с берлинского неба: рейсы сохранятся, только обслуживать их будут лайнеры с зарубежной «пропиской». Зато зимний график заметно похудеет. С 25 октября Ryanair снимает 12 маршрутов: в Болонью, Палермо, Пизу, Реджо–ди–Калабрию и Триест; на канарские Фуэртевентуру, Гран–Канарию и Лансароте; в Марсель, Таллинн, Салоники и Вильнюс. На оставшихся линиях вылеты станут реже. Для тех, кто ездит в отпуск или навещает родных, это означает меньше удобных дат. Часть городов останется доступна с другими перевозчиками, но прежнюю частоту полетов и стоимость билетов никто не гарантирует.

Тариф с подвохом

Свою версию развода Ryanair излагает без сантиментов: Германия стала слишком дорогой. По утверждению компании, сборы BER с 2019 года выросли более чем на 50%, а до 2029–го предполагается еще 10%–ное повышение. Вдобавок приходится платить авиационный налог, за досмотр и диспетчерское обслуживание. Для бюджетного перевозчика такая арифметика — повод искать аэродром подешевле. Глава BER Алетта фон Массенбах возражает: по ее словам, собственные тарифы аэропорта в среднем остаются стабильными с открытия в 2020 году. Высокие государственные платежи она при этом не отрицает.

Есть существенная деталь: стороны берут разные точки отсчета и не всегда говорят об одинаковых расходах. Аэропортовые сборы — одно, налоги и общегерманские обязательные платежи — другое. Пока спорщики предъявляют друг другу квитанции, семерка уже готова к вылету.

Работа с пересадкой

За авиационной бухгалтерией — около 210 сотрудников, в том числе примерно сто пилотов. Ryanair предлагает им перейти на другие европейские базы; по сведениям компании, многие согласились. Однако семейную жизнь не сдашь в багаж: квартира, дети и работа супруга не переезжают одним рейсом.

Профсоюз пилотов Vereinigung Cockpit предполагает, что экономические причины могут быть не единственными. Именно в Берлине действовал единственный в Германии совет работников летного подразделения Ryanair (Betriebsrat). А в ходе переговоров о трудовых условиях уведомления об увольнении получили трое из шести членов профсоюзной переговорной комиссии.

Компания обвинения отвергает и настаивает: решение продиктовано затратами. Доказательств, что закрытие базы связано с деятельностью представителей персонала, пока нет. Но для работников спор о процентах давно обернулся вопросом собственного будущего.

Багаж на миллиарды

У BER и без ирландского демарша хлопот хватает. Аэропорт открылся в 2020 году — на девять лет позже намеченного срока. Строительство обошлось более чем в семь миллиардов евро вместо первоначальных двух. Долги остались, а поток пассажиров пока не соответствует прежним ожиданиям. В 2019–м Тегель и Шёнефельд приняли вместе около 36 млн человек. В 2025–м через BER прошли 26,1 млн, а прогноз на 2026 год составляет 25,7 млн. Сравнение не вполне прямое — аэропортовая система изменилась, — но разрыв заметен.

Замкнутый круг: для обслуживания дорогой инфраструктуры нужны доходы, для доходов — больше рейсов. А компании не торопятся расширяться там, где считают расценки неподъемными. Вот и своди баланс, когда один из крупных перевозчиков сворачивает присутствие.

Кресла на замену

Без воздушного сообщения Берлин, конечно, не останется. В зимнем расписании BER — с 25 октября 2026–го по 27 марта 2027–го — заявлены около 70 авиакомпаний, 140 направлений и 50 стран. Eurowings добавляет Болонью, Wizz Air — Вильнюс. Но считать это полноценной компенсацией потерь преждевременно. Часть новых маршрутов планировали еще до решения Ryanair, количество вылетов может отличаться, а билеты — стоить дороже. Для пассажира три рейса в неделю вместо ежедневного — вовсе не косметическая поправка.

Ирландцы оставляют Берлин на карте, но сокращают число мест и забирают базу. Сотрудникам предлагают новую географию, путешественникам — новый поиск билетов, аэропорту — привычную работу с цифрами. Семь лайнеров сменят стоянку за один перелет. А вот BER от собственных счетов так просто не улететь.

Об этом говорит Германия:

Германия — Шамонда: улика есть, приговора нет. Во Франции — первый зараженный, в Германии — вирус на фермах. Эпидемия или тревога без оснований?

Германия — Кто проверит последнее «да»? Немецкие специалисты разработали 45 рекомендаций для оценки добровольности решения об уходе из жизни. Где заканчивается свобода выбора, если необходимая помощь недоступна?

Германия — Стаж и предубеждение. После пятидесяти даже богатое резюме не всегда открывает двери кадрового отдела. Что поможет — новый диплом, субсидия или отказ от стереотипов?

Германия — Скидку ищут с фонарем. Премьеры нашли согласие, но не деньги. Кто оплатит обещанную скидку на электричество?

Германия — Любовь и голубые таблетки. Когда принимать, сколько ждать и почему нельзя повторять дозу по собственному усмотрению? Медицинские правила самого интимного лекарства

Германия — Плесень съедает договор. Когда недостатки жилья позволяют требовать снижения аренды или досрочного расторжения

Германия — Не родись здоровым — родись «приватным»! Пока пациенты с разными страховками соревнуются за место у специалиста, власти хотят сделать очереди справедливее, но медики опасаются новых ограничений

Германия — Следствие ведут бензоколонки. Казна недосчитается 2,5 млрд евро, водители — обещанной выгоды. Как не переплатить за полный бак?

Германия — Ухо на зарядке — тишина в отставке? Медицина открывает новые пути возвращения к звукам и человеческому общению. Что дают современные импланты и почему решающая роль остается за мозгом?

Германия — Кто подставил хлор? После тревоги в «Субтропическом купальном раю» под подозрение попала химия. Двоих человек доставили в больницу. Но у главного «подозреваемого» нашлось неожиданное алиби

Германия — Иван Васильевич меняет акциз. Немецкий Минфин нечаянно перенес табачную реформу из 2027 года в октябрь 2026–го. Как одна строка закона едва не остановила фабрики и почему пачка сигарет может стоить почти 12 евро?

Германия — Утром деньги, вечером стулья? Мерц насчитал почти 230 миллиардов евро инвестиций. Но в досье обнаружились старые обещания. Кто принесет настоящие деньги — и когда?