#тексты@tschertog Моя работа на выезде окончилась и суточным поездом я ...

Дата публикации: 20-10-2026 19:49:38

#тексты@tschertog
Моя работа на выезде окончилась и суточным поездом я возвращался домой. Повезло то ли с временем года, то ли с погодой.
В вагонах, кроме нашего купе, стояла такая тишина, словно только мы на весь поезд и ехали. Покачивающаяся Кишка с раздвижными дверями и желтые бегающие квадраты теней. Два раза за ночь я выходил курить в тамбур, никого не встретил. Кем назвались мои попутчики: Женька Лиственков, бездетная женщина Людмила.
Проезжали мимо полей, горели торфяники, задымленные рокады под мостами. Стоял запах жженого болота.
Попутчик достал из баула настойку из морошки, сказал что собственного изготовления, и хотел, чтобы пили все. На купе оказался всего один термос, я вырвал три листка из дорожной тетради сложил три чашечки, каждому на маленький глоток. Клеточка на листках растворилась.
- Как так тебе рассказать нечего, а еще в очках, совсем никакой истории нет? - обратился он ко мне.
- Да так... живу.
Я познакомился с соседкой по вагону, та искала себе попутчика. От нее разило плотским и непривлекательным бытом. Она называла осень - вечером, вечер - осенью, старость - послеоргазменным отдыхом, она в целом была дура с замахом на поэзию. Заставила меня сочинить ей пару строк с ходу.
"У гладководного Чада
Я женщину повстречал", - получается так, что само собой видишь негритянку.
Ночью я не спал, в проходе лицом к окну стояла обтекаемая женская фигура. Перед глазами плыли как бы телевизионные бурые мушки от плохого освещения. Столбы и провода за полотном ходили ритмично влево.
- В Багдаде все спокойно. - обратилась она ко мне.
В вагоне играли в выдуманные слова, потом в города - африканские, китайские, ближнеевропейские. Рассказывали о себе мало.
- Меня дома ищут, - сказал женя.
- Натворил что-то?
- На связь не выхожу. А у тебя что? Семья, жена?
- Никого нет. Маме радио с работы везу, она давно просила, пусть развлечется.
- Ясно. Радист?
- Не совсем.
- Ну ладно, не говори. Радио служебное какое? Корабельное? - протянул руку к моему рюкзаку. Вынул, развернул его из слоев газеты, взглянул так уверенно, я даже поверил, что он разбирался. Самое простое.
В городе я вернулся в квартиру, где с детства проживал со своей престарелой матерью. Открыл ключом, прошелся разутый, возле спящей мамы на тумбу положил прибор и сверток копченного мяса в холодильник. Прилепил записку на магнитик: "мама, на работе все хорошо. Радио раздобыл, нет, не дорогое, досталось бесплатно. Да, оно плоховато, но я попробую починить."
Режим мой был перевернут, еще с техникума привык к ночному бдению и не переучился спать как люди. Я вышел. Туман стоял такой густой, что можно было задохнуться. Откашлялся у входа в магазин, зашел, с вечера у них еще оставался свежий хлеб.
В самом деле изголодавшись по женскому теплу, я достал записанный в поезде адрес Люды, других женщин рядом с собой я не видел. Оказался у нее в квартире, потом гостил у нее часто. Разве что говорить нам было особо не о чем. Она стала оставлять мне сообщения, где плакалась, что не могла меня найти. Как она сказала: "я почти тебя не вижу".
Месяцы провозившись, я починил радио матери. Выскоблил, заменил пол-прибора по частям и наконец оно заговорило.
Осенью разгребал балкон, собирал газеты на розжиг, вылез старый журнал из связки таких же пятилетней давности некрологом вверх. Тезки мне знакомых, заочно вписанные без вести пропавшие, древние старики, молодые девушки, много нерусских имен. Я читал и вспоминал, дал ли ЖенЯ Лиственков в поезде свой номер или адрес. Дал.
Я представлял, что он даст посмотреть гараж, где он гонит спирт на ягодах, но место под гаражи было закатано. Гаражный кооператив был заброшен. На звонки в домофон никто не отвечал.
Несколько раз заходил за сигаретами и колбасой, от пива в голове было легко. Почти всегда заговаривал с продавщицей, как будто ждал, что на какой-то раз она скажет противоположно новое. Она пробила "космос", я смотрел на прилавок ей за спину.
Зашедшая мамаша шипела на своего ребенка: "не будешь слушаться - цыганам тебя отдам, пусть с тобой делают что хотят". Пожилая аккуратная женщина щебетала с кем-то. Толстая покупательница доставала из холодильника мороженную рыбу. Там же меня поймал один человек. Взглядом проводил меня до порожка, по улице мы пошли чуть ли не под руку.
Сели под липой, Лиственков разделил со мной скамейку, просвистел советскую песню, чисто и музыкально как разбойник.
- Доброй ночи.
- Привет, Женя. Я тебя пока не забыл, все думал, увидимся еще или нет?.
- Занятой?
- Люди забываются, понимаешь.
- А я гараж разобрал, порой хочется зарыться в железяки эти, только теперь не держит ничего, барахло все, - и подмигнул пьяненько так. Я ему поверил. Говорили обо всем, о личном выкладывался по большей мере только я.
- Ка, Кравцева Людмила в одно время твердила, что у нее пропал муж или кто. Сейчас ее не сильно слышно, наверное смирилась. Да и не поймешь, рада она была или не рада.
- Обычно пропавшие для семьи составляют собой всю жизнь. Так говорят. Поверишь родственникам - так в самом деле он был для них всем.
- Вот я испарюсь куда-то и меня не найдут. Из города никуда не денусь, буду бродить, буду спать на лавках, а меня никто не найдет.
Из окна над нами говорил приемник. Какой-то басистый актер с ленцой проговаривал слова. Смысла в этих словах было не поймать. Темную горькую листву перед домом крыла пыль, дождь и атмосферное давление.
- Я - пропавший без вести, - сказал Лиственков. Это было неуместно. Если что и выбилось на пьяную голову, то это.
Тощее известняковое тело, человек кажущийся темным пятном, забирающим на себя и внимание. Что-то безумное есенинское.
Я проплакался ему, сказал что теряю.
- И я ведь не то чтобы люду люблю, она дура, но ведь просится же. Я ей стихов с целую тетрадь написал, все плохие. Мама со мной в двушке одна, с тех пор как ослабла. На всех моих приятелей, которых я привожу в гостях она шипит, мол, "кого ты водишь в дом. это черти, сдались нам такие гости." Я могу понять, но нехорошо, что она одна закончит старость.
- Мы же с тобой для одного и того же человека стараемся. Не понимаешь о чем я, поймешь потом. Или не поймешь. Есть некто, у кого на тебя дело, будто судебная папка. Как бы вся твоя работа, кто ты для своей семьи и жены и матери, все это записывается в твое дело, как бы учет, а потом ты в этом мире уже не нужен, тебя забирают на совсем. И гуляй себе по миру.
- Ты умер или нет?
- Я тебе говорю, Ты можешь курить, идти, только остановиться на пути ты не можешь. Сам ты будешь, но у тебя не будет времени.
- Нет, ты несешь дурь. Если ты можешь вот так пропасть, в этом виноват мир дырявый, и что в него можно запросто провалиться, как сквозь гнилую доску в подпол.
Потом молчали.
- Ну я пойду все равно, маму целуй и не скучай.
Он двинулся в сторону, где фонари не доставали да всей улицы. Походка у него была, будто подошву насквозь прошел обувной гвоздь.
Фонарь облепили мухи. В ларьке у дома встретил полу-подвальный воздух и за прилавком крупный человек с трезвыми измученно-сонными глазами. Пестрое обилие этикеток, жвачек, дешевой химии и лапши.
- Все лжет, черт. Но все таки куда мы деваемся? - подумал я.
И тогда я двинулся пешком через ночь.
Несколько раз покупал минералки в ларьках у дома под выцветшими вывесками, где в тесных помещениях был заперт маслянистый мясной и табачный дух. Пахло несвежим продуктом, консервы стояли годовалые.
Туман толчками, как телесная жидкость, перекачивался по направлению ветра, мокрая против ветра же стояла телебашня.
Я смотрел вслед мужчине велосипедисту, как тот притормаживает, зажигает сигарету и катит вдоль дороги, глаза у меня слипались.
В отдельные ночи я не мог показываться на улице из-за тела, за которое принимал вид звёздного неба. В пригородах, где я бродил, не проводилось муниципального освещения. Было видно лишь полотно из клеток кожи и мышц. Я был уверен, что это ничто иное, как небесный человек, зрячий, и еще что если не скроюсь от него, то однажды меня найдут зарытым в лесополосе. Потому что сложно жить и считаться пропавшим без вести, слишком многого сторонишься.
Пропавшему нечего рассказывать - он не живет, историй у него нет.
Надо думать, любого попутчика мы готовы никогда в жизни не встретить. И все. А исчезнувших людей нельзя встретить просто так. Но что же я сделал?
В вагоне по левой стороне уходили рыжие квадраты света в ночи, словно тюремный ряд. Со мной ехало двое пожилых спящих и страшный сухопарый человек со спокойным голосом.
- Я знаю, что пошло не так и как все исправить. Когда я приеду - я убью ее, сказал мне попутчик.
Мы проезжали свиягино, стояла ночь, рыжая женщина у окна увидела, что я не спал, повернула голову.
- В Багдаде все спокойно, - сказал я ей.
Мать передавала, что слышит иногда меня говорящего, когда засыпает под мое радио и плачет каждую ночь.

Схожие новости

#	Наименование новости	Тональность	Информативность	Дата публикации
1	Сижу нa кaссе в супермaркете. Нaстроение – полнaя фудзиямa. Кaк ...	0	9.15	07-09-2026
2	ГЛАВА 1. КРАСОТА ПЕРЕД БУРЕЙ Он проснулся от света — ...	0	7.85	15-09-2026
3	Батя за своим станком. Молодой тут ещё. Но уже тогда ...	0	5.14	20-09-2026
4	До старта несколько минут. Скоро телефонная связь на долго прервётся. ...	0	4.72	22-08-2026
5	ПРОЛОГ. БИЛЕТ В ОДИН КОНЕЦ Ми-8 сел на гальку так, ...	0	5.51	15-09-2026
6	Гулкая тишина Он проснулся от тишины. Но она была другой, ...	0	7.81	04-08-2026
7	трудно быть... С каждым днём я всё ближе к (к)раю. ...	0	7.62	27-08-2026
8	В один день в разные годы * * * * ...	3	6	27-06-2026
9	РАЙ Молоко у жены пропало почти сразу. Это в Ленинграде ...	-3	5	05-07-2026

Классификация: Арктика. Схожих патентов: 0. Схожих новостей: 9. Тональность: 0. Информативность: 6.21. Источник: vk.com.