Африканским странам нужны не просто покупатели сырья, а партнёры, готовые вложиться в переработку, технологии и создание рабочих мест. Большое значение имеет и способность обеспечить безопасность.

В преддверии саммита «Россия – Африка» о перспективах отношений между нашей страной и африканскими государствами aif.ru рассказал гендиректор Центра торговли и связей между Ганой и Россией Джон Аггрей.

Глеб Иванов, aif.ru: – На мировом рынке дефицит дизельного топлива. Чем это опасно для Африки?

Джон Аггрей: – Это создаёт серьёзные риски. Но Африка не представляет собой единую систему продовольственной безопасности. В некоторых странах есть значительные объёмы внутреннего производства и относительно устойчивые рынки, тогда как другие сталкиваются сразу с несколькими кризисами, когда цены на дизель резко растут. В таких условиях фермеры больше платят за подготовку земли, орошение, сбор урожая и перевозку продукции. Это влияет на объёмы сельхозпроизводства и доступность продовольствия в отдельных районах Африки.

Наиболее высок риск голода там, где одновременно происходят конфликты и вынужденное перемещение населения, гибнет урожай, нарушается работа рынков и люди лишаются доступа к продовольствию. Само по себе повышение цен на дизель не обязательно приведёт к голоду на всём континенте, однако оно может усилить уже существующие продовольственные кризисы.

– Насколько санкции и логистические ограничения влияют на поставки российского зерна и удобрений в Африку?

Россия является важным мировым поставщиком пшеницы и удобрений, пусть многие страны, поддерживающие западную позицию, и не хотят этого признавать. Поэтому перебои с российскими поставками могут повлиять на государства, которые в значительной степени зависят от импорта продовольствия и сельскохозяйственных ресурсов.

Однако санкции мешают – косвенные барьеры повышают расходы и задерживают поставки даже в тех случаях, когда торговля соответствующими товарами юридически разрешена. Дополнительной проблемой стало прекращение расчётов через систему SWIFT.

– В последнее время у западных стран большие проблемы в Африке. Например, Франция покидает свои базы. С чем это связано, и каково влияние Великобритании и США на континенте?

Вывод французских сил из таких стран, как Мали, Буркина-Фасо, Нигер, Чад и Сенегал, происходил при различных обстоятельствах. Но главный общий фактор – требование суверенитета. Многие африканские правительства и граждане хотят получить больший контроль над механизмами безопасности, природными ресурсами и государственной политикой. Военное присутствие Запада, сохранявшееся десятилетиями, не обеспечило ожидаемых гарантий безопасности, а в ряде случаев сопровождалось ростом затяжной нестабильности, повстанческой активности и волнами беженцев.

Африканские правительства взаимодействуют с более широким кругом партнёров, включая Россию, Китай, Турцию, Индию и страны Персидского залива, чтобы расширить доступ к помощи в сфере безопасности, инвестициям, технологиям и дипломатическим возможностям. С этим связана и заявка Ганы на вступление в БРИКС.

Вместе с тем влияние США и Великобритании в Африке по-прежнему значительно. Обе страны сохраняют важные экономические, образовательные, дипломатические связи с континентом. Однако африканские правительства всё чаще оценивают партнёрство с точки зрения того, что именно они могут получить.

– Как сегодня в Африке относятся к России?

В период деколонизации и холодной войны СССР поддерживал африканские национально-освободительные движения, предоставлял стипендии и техническую подготовку, а также сотрудничал с правительствами в промышленной, образовательной, научной и инфраструктурной сферах. Эта историческая связь по-прежнему является важной частью международной истории континента.

Однако молодые поколения могут обладать ограниченными знаниями об этой истории – многие формируют своё мнение на основе современных геополитических публикаций и новостей, которые нередко дают предвзятую картину происходящего. Поэтому нужны усилия, чтобы перейти от простого обращения к исторической памяти к ориентированному на будущее партнёрству.

– Насколько африканская молодёжь заинтересована в обучении и работе в России?

У российского образования большой потенциал – особенно в сфере инженерии, научных исследований, медицины и специализированной профессиональной подготовки. Обучение русскому языку и знакомство с российской культурой также развиваются более быстрыми темпами на фоне увеличения квот на обучение для большинства африканских стран. Гана – пример страны, которая уже получает от этого конкретные преимущества: квота увеличилась с 120 до 240 мест на 2026/27 учебный год.

– В октябре состоится саммит «Россия – Африка». Как вы оцениваете его практическое значение?

Это важная возможность переосмыслить отношения между Россией и Африкой. Но саммит не должен ограничиться декларацией о дружбе. Он должен сформировать портфель проектов, которые продемонстрируют экономическую ценность этой дружбы. Именно по этому критерию и следует оценивать результаты встречи.

Практическое значение встречи будет зависеть от того, смогут ли правительства и компании превратить политические обязательства в проекты, привлекательные для финансирования, договорённости о выделении средств, передачу технологий и конкретные планы реализации. В соглашениях должны быть чётко прописаны ответственные стороны, сроки, финансовые механизмы и процедуры контроля.

– Гана планирует запретить экспорт необработанной руды к 2030 году. Может ли Россия помочь стране развивать переработку сырья, золотодобычу, энергетику и нефтяной сектор?

Цель Ганы – сделать поворот в сторону сохранения большей части экономической стоимости внутри страны. Президент публично заявил о необходимости расширять местные мощности по переработке и очистке сырья. На протяжении многих лет Гана экспортировала сырьё и природные ресурсы. Такой подход привёл к сокращению прямых иностранных инвестиций.

Гане нужны не просто покупатели природных ресурсов, а партнёры, которые помогут превратить эти ресурсы в промышленный потенциал, квалифицированные рабочие места, технологии и долгосрочную экономическую ценность.

При этом Россия может помочь Гане. Потенциальное сотрудничество с российскими компаниями в золотодобыче, а также в разведке и добыче нефти и газа может охватывать технологии переработки полезных ископаемых, проектирование нефтеперерабатывающих предприятий, геологические исследования, безопасность в горнодобывающей отрасли, экологический мониторинг и подготовку ганских инженеров.

Однако крупные проекты требуют значительного капитала, тщательной технической оценки, соблюдения экологических требований и понятных механизмов финансирования. Поэтому мы надеемся, что сотрудничество с Россией даст более существенные результаты.