Конституционный суд (КС) рассмотрит жалобу жителя Подмосковья на ненадлежащие условия этапирования из одного СИЗО в другое. Мужчина провел в дороге с еще почти двумя десятками обвиняемых 18 часов, и все они были лишены питания, воды и возможности воспользоваться туалетом. Все это — из-за того, что действующий закон не относит спецтранспорт к местам содержания под стражей, а значит, в нем не предусмотрены условия содержания, подобные условиям в изоляторе. Заявитель просит проверить на соответствие Конституции нормы федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений». Опрошенные “Ъ” адвокаты подтверждают: нарушения условий перевозки обвиняемых — давняя проблема, и у заявителя есть все шансы добиться пересмотра дела.

“Ъ” ознакомился с жалобой подмосковного жителя Алексея Городишенина, которую принял к рассмотрению Конституционный суд. Заявитель просит проверить на конституционность правила перевозки обвиняемых, заключенных под стражу.

В октябре 2022 года господина Городишенина для отбывания ареста направили в московское СИЗО-7, где он содержался до ноября того же года (неизвестно, фигурантом какого уголовного дела он стал и по какому поводу оно было возбуждено). Затем арестованного перевели в столичное СИЗО-3. Во время ареста Алексея Городишенина несколько раз перевозили из изолятора в суд или на следственные действия. Одна из поездок на специально оборудованных грузовиках «КамАЗ» и ГАЗ заняла 18 часов. Все это время заявитель находился в спецтранспорте вместе с еще 15–20 людьми, в крайне неудобной позе, без еды и питьевой воды, а также без возможности воспользоваться туалетом. Кроме того, в конвойном автомобиле курили, при этом вентиляции в салоне не было.

В июле 2023 года, спустя полгода после освобождения из-под ареста, господин Городишенин подал иск в Одинцовский городской суд Московской области, заявив о ненадлежащих условиях конвоирования. Суд отклонил жалобу, признав обстоятельства перевозок «неподтвержденными» и сославшись на то, что обвиняемых перевозили на автомобиле, соответствующем всем стандартам. Апелляционная и кассационная инстанции также оставили доводы заявителя без внимания. В мае 2026 года аналогичное постановление вынес и Верховный суд, куда обращался Алексей Городишенин. После этого он обратился в КС.

Действующее правовое регулирование не относит спецтранспорт к местам содержания под стражей и не закрепляет, что нахождение в нем является частью периода фактического лишения свободы, говорится в жалобе. Таким образом, на перевозки подозреваемых и обвиняемых не распространяются общие правила содержания в СИЗО, при этом обеспечивается лишь изоляция. Все это вместе создает ситуацию, когда перевозка обвиняемого производится без «базовых гарантий человеческого достоинства, охраны здоровья, материально-бытового и медико-санитарного обеспечения», отмечает Алексей Городишенин в жалобе.

Он просит Конституционный суд признать нормы федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых» — ст. 7 о местах содержания под стражей и ст. 32 о требованиях обеспечения изоляции — не соответствующими сразу восьми статьям Основного закона. В них говорится в том числе о равенстве всех перед судом и законом, охране государством достоинства личности, праве на свободу, медицинскую помощь и возмещение вреда.

Адвокат Антон Пуляев считает, что у заявителя есть «достаточно серьезные» перспективы добиться пересмотра дела. В июле 2024 года, говорит он, КС уже рассматривал похожую жалобу: арестованный жаловался на тяжелые условия в судебных конвойных помещениях площадью менее 1 кв. м, где не было нормального микроклимата и питания и где заявителю приходилось находиться по 7–8 часов. Суд пришел к выводу, что условия пребывания в этих помещениях требуют отдельного регулирования, и в вынесенном постановлении указал законодателю на необходимость изменить законодательство. «Здесь проблема похожая,— говорит Антон Пуляев.— Если КС поддержит заявителя, то наиболее вероятный вариант — это определение обязательного конституционно-правового смысла закона: перевозка является продолжением лишения свободы, основные гарантии человека должны сохраняться на всем ее протяжении». Господин Пуляев отмечает, что описанная Алексеем Городишениным проблема «точно не единичная». Еще в 2019 году Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) признал условия перевозки осужденных в России «повторяющейся структурной проблемой», говорит адвокат. К тому моменту было более 50 решений ЕСПЧ о подобных нарушениях.

Партнер коллегии адвокатов Pen & Paper Алена Гришкова согласна, что решение КС по новой жалобе сможет стать продолжением линии, начатой КС в июле 2024 года. Главная проблема, говорит она, связана с доказательствами: нижестоящие суды проверили паспорта машин и акты предрейсового осмотра, но не исследовали продолжительность поездки, число людей в автомобиле, санитарные остановки и выдачу воды. «Исправный салон они сочли доказательством того, что человеку в нем было комфортно и его права не нарушали,— отмечает адвокат.— Но человек в закрытом отсеке не может ни зафиксировать температуру, ни получить путевой лист, ни подать жалобу так, чтобы она имела юридическую силу. Суд не станет сам устанавливать нормативы площади или температуры. Он потребует от судов оценивать реальные условия каждой поездки, а от законодателя — закрепить обязанность фиксировать их».

Многочасовые перевозки обвиняемых в другие места содержания являются очень распространенной практикой в крупных городах, добавляет вице-президент Федеральной палаты адвокатов Евгений Рубинштейн. По его словам, законодательная база по транспортировке обвиняемых действительно не имеет правовой определенности, и у жалобы есть шансы на удовлетворение КС.

Полина Мотызлевская