Трамп предпочел встречу с председателем КНР собранию директоров Земного шара

Большие политические события, происходившие на этой неделе одновременно и вокруг сессии Генассамблеи ООН, были столь ярки и разнообразны, что всякая занятная мелочь на их фоне просто терялась. Вот, например, трамповский «Совет мира» провел там свое статусное мероприятие, назвав его брифингом высокого ранга. Причем, судя по всему, это собрание прошло прямо в комплексе зданий ООН в Нью-Йорке. И было в этом во всем что-то по-осеннему печальное. 

Было на «брифинге» и все руководство Совета, за исключением «самого» - он встречал Си Цзиньпина, и кто-то из сочувствующих — из 35 стран. Естественно,  были и Стив Уиткофф, и Джаред  Кушнер, и даже член исполнительного совета,  экс-премьер Великобритании Тони Блэр, и одна не слишком высокопоставленная комиссарша от Урсулы фон дер Ляйен. 

Слушали отчетный доклад и презентацию смелых проектов в исполнении Уиткоффа. Удивлялись громадным суммам, которые намечено вложить в восстановление сектора Газа.  Думали, как собрать 2,45 миллиарда долларов от международного сообщества на ближайшие из намеченных проектов. 

И все это и по виду, и по атмосфере резко контрастировало с тем, как буквально несколько месяцев назад все начиналось. Как у генсека ООН спрашивали, не боится ли он конкуренции с трамповской «дирекцией Земного шара». Какое царило нездоровое оживление вокруг составления списка стран-участников. Как премьеры ругали президентов, без спросу  решивших поддержать новое акционерное сообщество Трампа. 

О том, переживет ли трамповский памятник нерукотворный хотя бы остаток срока правления его создателя, «МК» спросил у политолога Бориса Межуева. 

-Это уже, так сказать, закат? Или у этой структуры есть потенциал и шансы просуществовать еще какое-то время? 

-Боюсь, что на первый вопрос я могу ответить только утвердительно. Это во-первых. А во-вторых, тот факт, что мы совершенно ничего не слышали об этой структуре последние месяцы, мне кажется, свидетельствует о том, что как она была мертворожденной структурой, так и осталась. 

И у этого Совета был бы ещё какой-то шанс на существование, если бы не война в Иране. То есть, вот если бы Трамп не развязал войну в Иране, и действительно воспринимался бы как миротворец, а не как агрессор, наверное какой-то потенциал доверия к нему и был бы.  У него была бы, действительно, какая-то репутация человека, который не начинает войн, а в общем, пытается их в меру сил предотвратить.

Но сейчас мы видим только такой трастовый фонд, чтобы  передоверить деньги кому-то там ещё. Может быть, чтобы кормить людей, или для выполнения каких-то гуманитарных функций, это и имеет смысл. Кому-то питание там наладить, кому-то медикаменты отправить, вещи, материалы, не знаю, необходимые для строительства домов, для восстановления чего-нибудь.

Но, разумеется, никакого отношения к управлению, никакого отношения к реальному разрешению политических проблем это всё иметь не будет. Для этого, безусловно, нужно устранение Нетаньяху как главной фигуры, которая, в общем, проводит свою повестку, не обращая ни на кого внимания.