Социальный парадокс: в России кредитор, требующий возврата собственных средств, рискует получить клеймо жлоба и жадины, тогда как должник традиционно пользуется статусом жертвы обстоятельств. Нежелание переводить личные отношения в финансовую плоскость и стремление «быть для всех хорошим» приводят к тому, что требовать свои деньги назад считается дурным тоном. О том, как защитить свои средства, не разрушая при этом дружбу, — в материале «Известий».

Человек порой не в состоянии отказать другому в просьбе дать взаймы из-за социального сценария («хорошие всегда помогают»), страха осуждения («ты жадный») или потери отношений («с жадинами на общаются»), отмечает психолог, старший преподаватель кафедры психологии Университета «Синергия» Анна Гусева. А вот среднестатистический заемщик искренне считает, что ему обязаны пойти навстречу, и воспринимает отказ как обиду.

— Просьба об одолжении почти никогда не вызывает стыда у человека, который просит в долг. А тот, кто отказывает, мучается от чувства вины, потому что отказ часто воспринимается как неправильное поведение. Нас с детства учили помогать другим — от этого неловкость, когда речь заходит об отказе. Разные кредитные и псевдоблаготворительные организации активно используют стимул «помогать — правильно, а отказываться — стыдно» в качестве элемента манипуляции. А когда человека используют, то он фактически попадает в рабство, — предупреждает специалист.

Встречаются люди, которые промышляют тем, что берут деньги в долг и не возвращают, предостерегает собеседница редакции. Они заранее окутывают потенциального кредитора любовью, нежностью, заботой, постепенно подчиняя себе. Для вечных должников взятые деньги — это не обязательство, а способ существования. Они не испытывают стеснения и угрызений совести, считает психолог.

— Против этих «профессионалов» работает правило: если человек не вернул первый долг, то второй раз давать нельзя. Не потому, что вы жадный, а потому, что уважаете себя. А еще помогаете беспечному человеку выходить из состояния незрелости и инфантильности. Доброта — это не ресурс для бесконечного потребления, — подчеркивает Гусева.

Конечно же, существуют люди, которые вовремя возвращают долги и очень благодарны за помощь, признает она. Чаще всего им очень стыдно просить об одолжении. И такие люди крайне щепетильны, поэтому отдают всё до последней копейки.

Люди часто годами не могут вернуть свои же деньги, потому что им «неудобно напоминать» об этом должнику, даже если занимать пришлось последнее, что есть.

— Когда мы даем в долг, то неосознанно заключаем негласный договор: «я хороший, я помог». А когда просим обратно, то сами словно становимся в позицию должника, и это разрушает образ «хорошего». Появляются мысли: «я должен его пожалеть, ему трудно, он почему-то не может сразу отдать…» — комментирует Анна Гусева.

Напоминание о долге, по словам практикующего психолога, воспринимается как обвинение самого себя: «я плохой, я требую!» Складывается тягостная ситуация: человек сделал хорошее дело, выручил товарища, но беспокоится больше, чем заемщик, который взял на себя обязательства. Однако напоминание о долге — это не агрессия, а восстановление личных границ, подчеркивает она.

— Позиция уверенного кредитора должна быть такой: «я дал тебе деньги, потому что доверял тебе, а теперь я прошу вернуть их, потому что уважаю наши договоренности». Говорить надо без оправданий, без извинений за беспокойство — вы возвращаете свое. И когда вы это четко понимаете, то совсем не стыдно напоминать даты, о которых договаривались, — отмечает собеседница «Известий».

Чтобы не мучиться и не переживать, эксперт советует разграничить свои проблемы и чужих. Она напоминает о понятии «разделение ответственности», существующем в психологии.

— Суть его проста: у каждой ситуации есть автор. Если человек просит у вас деньги, то проблема с деньгами его и только его. А ваша проблема заключается только в том, дать ему эти деньги или нет. Но как только вы это сделали, то сами тоже несете ответственность за сложившиеся отношения и за возврат средств, — разъясняет специалист.

Чтобы не брать на себя дополнительный груз проблем, не следует решать финансовые вопросы другого человека ценой собственного спокойствия, считает Гусева, указывая, что это не равнодушие, а просто здоровая дистанция.

Бывает, однако, что отказать практически невозможно — иначе придется испортить отношения с близкими. Если они важны, то в качестве альтернативы психолог советует помогать без финансовых рисков — предложить разобраться с кредитами или грамотно составить бюджет.

— Если вы один и отвечаете за финансы только перед собой — это одна история. Но если вы взяли деньги из семейного бюджета, то обязательства и эмоциональный фон ложатся на всю семью. Соответственно, прежде чем давать в долг, обязательно посоветуйтесь не только со своим партнером, но и с детьми, даже если они маленькие, — призывает специалист.

Известная мудрость гласит: счет дружбы не теряет. И если речь идет о сумме, которой не хотелось бы лишиться, имеет смысл оформить расписку.

— С каждым человеком в любое время может произойти всё что угодно, но у вас на руках будет документ, согласно которому обязательства лягут на родственников должника. Поэтому расписка — совершенно здоровая позиция в условиях сегодняшнего времени, — убеждена Гусева.

Такой документ защищает одну сторону от потери денег, а другую — от необоснованных претензий. Если человек категорически отказывается от фиксации долга подобным образом, то это тревожный сигнал.

Юридическая сила доказательств долга зависит от их способности подтвердить два ключевых факта: заключение договора займа (согласование условий) и реальную передачу денег, объясняет «Известиям» юрист Екатерина Краснова. Суд оценивает все подтверждения в совокупности, и ни одно из них не имеет абсолютной силы, если не подкреплено другими.

— Простая письменная расписка — основное и самое сильное доказательство для суда. Она подтверждает и факт передачи денег, и условия займа. Оспорить расписку по безденежности (ссылаясь на то, что деньги не передавались) через свидетелей нельзя — только путем встречного иска с письменными доказательствами, — отмечает специалист.

Повышенной доказательственной силой, по ее словам, обладает нотариально заверенный договор займа, так как нотариус подтверждает подлинность подписей и дееспособность сторон.

— Но тут есть один важный момент: сам по себе нотариальный договор не подтверждает факт передачи денег, если нотариус не зафиксировал их передачу отдельно. В этом случае нужна еще и расписка о получении средств, — предупреждает собеседница редакции.

Помочь обманутому кредитору также может цифровой след — скриншоты обсуждения темы долга в мессенджерах признаются судом, но с оговорками. Главный риск — оспаривание целостности переписки. Суд может не принять снимки экрана, если из них не видно всего диалога и невозможно установить, кому принадлежит номер, обращает внимание юрист.

Поэтому сейчас прослеживается тенденция на заверение скриншотов у нотариуса (протокол осмотра доказательств), уточняет она. В этом случае снимки экрана становятся полноценным доказательством. А сами по себе сообщения часто подтверждают лишь признание долга, но не его первоначальное возникновение. Но важно учитывать, что протокол осмотра и заверение стоят дорого, необходимо заранее обратиться к нотариусу и узнать цену, указывает эксперт.

Важно знать: если кредитор, отправив должнику банковский перевод, сопроводил финансовую операцию комментарием «в долг», это не избавит от проблем.

— Перевод подтверждает движение денег, а комментарий — письменное доказательство заемного характера. Однако это одностороннее действие. Если получатель заявит, что это был подарок или оплата товара, отправителю придется доказывать обратное. Перевод с комментарием — хорошее вспомогательное доказательство, но лучше подкреплять его распиской, — убеждена Краснова.

А вот аудио- и видеозапись разговора, вопреки расхожему мнению, самое слабое доказательство из-за процессуальных сложностей. Чтобы запись приняли в суде, по словам юриста, нужно указать, когда, кем и при каких условиях она сделана (ст. 77 ГПК РФ).

— Суды часто признают такие записи недопустимыми, особенно если запись велась скрытно или нарушает права собеседника. Она может служить лишь дополнением к другим доказательствам, но не их заменой, — говорит эксперт.

Вспомогательным доказательством считается и банковская выписка о снятии наличных. Сама по себе она подтверждает лишь, что гражданин снял деньги со своего счета, но не то, что их передали конкретному человеку в долг.

— Однако суды вправе истребовать такие документы, чтобы проверить реальность займа — подтвердить, что у вас фактически были средства к моменту передачи, — уточняет собеседница «Известий».

Ценность выписки резко возрастает, если она сопоставима по сумме и дате с другими доказательствами (перепиской, показаниями). Поэтому переписка — важнейшее доказательство в таких делах.

— Судебная практика исходит из того, что фразы вроде «верну позже», «отдам в пятницу», сообщения с указанием суммы или реквизитов расцениваются как признание долга, — продолжает юрист.

С точки зрения закона в этом случае важно установить хронологию событий, указывающую на реальный займ: вот кредитор снял деньги, вот должник написал сообщение, когда вернет и какую сумму. И всё это следует заверить у нотариуса.

— Но даже нотариальное заверение, опять же, подтверждает только факт и содержание переписки, но не принадлежность номера именно ответчику — это суд будет оценивать в совокупности с другими доказательствами, — делает вывод Краснова, подчеркивая, что вероятность успеха напрямую зависит от количества доказательств.

Обращаться в полицию юрист советует только при признаках мошенничества (ст. 159 УК РФ). Главный критерий — умысел на хищение, возникший до получения денег.

— То есть заемщик изначально не собирался возвращать долг и обманул вас. Например, использовал поддельные документы, взял несколько займов без намерения платить, скрыл отсутствие финансовой возможности, — поясняет Екатерина Краснова.

Она обращает внимание на то, что сам по себе невозврат долга — это гражданско-правовой спор, а не преступление. Например, если заемщик просто потерял работу или заболел, то это не мошенничество, и полиция откажет в возбуждении дела. Кстати, уголовная ответственность по ч. 1 ст. 159 УК РФ наступает при ущербе свыше 10 тыс. рублей, при меньшей сумме — административная.

— В суд надо идти всегда, независимо от того, есть ли признаки мошенничества. Параллельное обращение в полицию не мешает гражданскому иску, а иногда помогает получить дополнительные доказательства, — утверждает юрист.

Специалист подсказывает, как действовать обманутому кредитору:

— шаг 1 — досудебная претензия. Нужно направить заемщику письменное требование о возврате долга (ценным письмом с описью вложения и уведомлением), указать сумму, основание (расписка/договор), срок для добровольного возврата (например, 10–30 дней) и предупредить о суде. Это не обязательно для суда, но дисциплинирует должника и фиксирует попытку решить вопрос мирно;

— шаг 2 — судебное взыскание. Если деньги не вернули — можно обратиться в суд. Путь зависит от суммы и наличия спора;

— шаг 3 — исполнительное производство. После получения исполнительного листа (или судебного приказа) его необходимо передать в Федеральную службу судебных приставов. Приставы взыщут долг принудительно: спишут со счетов, удержат из зарплаты, арестуют имущество.

При сборе доказательств и обращении в суд следует поторопиться: срок исковой давности в таких делах — три года. Тем более что бремя доказывания факта передачи денег в долг лежит именно на кредиторе. Если обманутый гражданин предоставит убедительные подтверждения своей правоты, то наступает черед заемщика доказывать, например, что средства не передавались или были подарком.

Екатерина Краснова обращает внимание на ключевой правовой принцип: наличие реального долга не дает права на действия, не предусмотренные законом. Требование вернуть деньги само по себе не является вымогательством, но может быть расценено таковым, если сопровождается незаконным давлением. Например, кредитор обращается за помощью к друзьям, и разговор с должником ведется на языке силы.

— Если вы просите друзей или знакомых «поговорить» с должником, они действуют в ваших интересах. Вся ответственность за их незаконные методы может лечь на вас как на организатора, — предупреждает юрист.

А незаконные методы давления уголовно наказуемы, подчеркивает она. В зависимости от обстоятельств, привлечение третьих лиц к выбиванию долгов подпадает под несколько статей УК РФ:

— ст. 163 УК РФ («Вымогательство»). Требование долга под угрозой насилия, уничтожения имущества или распространения позорящих сведений;

— ст. 330 УК РФ («Самоуправство»). Самовольное изъятие имущества в счет долга (например, забрать ключи от машины) вопреки установленному порядку — самый частый исход для кредиторов;

— ст. 119 УК РФ («Угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью») и ст. 172.4 УК РФ («Незаконное осуществление деятельности по возврату просроченной задолженности физических лиц») — отдельные составы для тех, кто выбивает деньги.