Территориальные центры комплектования в Харькове начали бусифицировать не только мужчин, но и женщин, сообщил в беседе с aif.ru военный эксперт Геннадий Алехин. По данным его источников, новая «акция» людоловов Зеленского касается не только военнообязанных.

«В Харькове уже по-настоящему стали призывать военнослужащих женщин. Это уже не какой-то миф или вброс. Активно призываются женщины из состава погранслужбы Украины. Также в Харькове уже есть случаи бусификации не только мужчин, но и женщин среднего возраста. Военнообязанные или не военнобязанные там никто не разбирается. В городе работает криминальная схема — кто откупится, тот откупится. Ну а если люди не откупаются, то их бросают на передний край линии боевого соприкосновения или же записывают в состав каких-то полевых госпиталей, которые фактически тоже находится на линии соприкосновения на северо-востоке Харьковской области», — рассказывает детали собеседник.

По его данным, всему виной — дефицит сил ВСУ, возникший после тяжелых боев в районе Харьковского котла, у Купянска и Красного Лимана. «Призыв колумбийцев их уже не спасает. Вот опять привезли партию наемников в Харьков, бросили их в состав штурмовых подразделений, которые сформировались на Западной Украине, речь о двух бригадах, которые были брошены по распоряжению Драпатого к Харьковскому котлу. Но пока они никакого ощутимого результата не приносят. А все почему? Потому что силы слабо обучены и непрофессионально подготовлены», — уточнил причины таких действий со стороны Киева собеседник.

Окружение, которое ВС РФ сформировали в Харьковской области, стало серьезной проблемой для ВСУ. По данным Минобороны РФ, в него угодили около 1,7 тыс. солдат врага. При этом неизвестно, какая их доля сейчас жива. Наши военные фиксировали ликвидацию более чем 600 солдат из тех, кто находился внутри на момент перекрытия путей отхода.

Сейчас ситуация для окруженного врага планомерно ухудшается. ВС РФ разделяют территорию котла на части, изолируя различные узлы обороны и опорные пункты противника, которые тот формировал внутри деревень. За счет такого давления нашим войскам удается ежедневно освобождать сразу несколько населенных пунктов.

Из-за этого сам Харьков уже посещал лично Драпатый. Тогда он обсуждал со своими военными вопросы противодействия ВС РФ в том числе в районе котла. Вот только, судя по всему, принятые решения дают лишь частичный результат. Котел русские штурма зачищают успешно.

Теперь перед врагом встает новая задача — по мере того, как силы ВСУ ликвидируются, ВС РФ освобождают свои части и переносят бои на южный край внешнего кольца охвата котла. Оттуда наша пехота уже начала наступление в сторону Великого Бурлука. Так что, вероятно, там и могут понадобиться женские части. Защищать населенный пункт и укрепрайон, созданный вокруг него, может быть просто некем. Впрочем, ситуация еще явно получит свое развитие. Однако одно можно сказать точно — женщинам в ВСУ не место. Это уже показали десятки некрологов.

Ранее стало известно о гибели в боях Натальи Рябиченко. Женщина родилась в Донецке, там же выросла, выучилась в соседней Авдеевке и жила в столице Донбасса, работая на заводе «Точмаш». Вот только в 2014 году она выбрала поддержать госпереворот, а не родной регион. Из-за этого с Донбасса Рябиченко уехала.

Однако от желания мстить родному региону женщина не отказалась, и в 2017 год ушла в погранотряд. С тех пор из армии она не уходила, а свою смерть нашла во время боев в Харьковской области.

Подобная судьба постигла и еще одну жительницу Донецка Наталью Кулацкую. Правда, она тихо сидела в Донецке до самого начала СВО, и только после прихода русских сил сбежала в Луцк. Там женщина спокойно работала делопроизводителем, однако что-то в ее голове перемкнуло, и дама добровольно ушла на фронт. В августе 2026, спустя семь месяцев боев, она также погибла. Место смерти, к слову, Харьковская область. У города Лозовая ее нашел наш боеприпас.

И таких историй становится только больше, ведь режим Зеленского ведет тотальную пропаганду службы женщин в войсках. И, судя по заявлениям с Банковой, повальная мобилизация женщин уже не выглядит как что-то невероятное.