В горнорудной компании «Альянс», владеющей золотодобытчиком «АГ Майнинг», начался корпоративный конфликт. Дени Бажаев, племянник и деловой партнер Мусы Бажаева, пытается в суде оспорить решение об увеличении капитала «Альянса», из-за чего доля может сократиться в 885 раз. Текущая оценка стоимости пакета Дени Бажаева — 4,8–7,7 млрд руб.

Совладелец ООО «Горнорудная компания "Альянс"» Дени Бажаев оспаривает в Арбитражном суде Москвы решения собраний участников, которые грозят размытием его доли с 20% до 0,0226%, следует из определений суда. Третьими лицами указаны Муса Бажаев и Арсен Идрисов, которым принадлежат 20% и 60% компании соответственно.

По заявлению Дени Бажаева суд 5 августа наложил обеспечительные меры, запретив МИФНС России №46 по Москве вносить изменения в ЕГРЮЛ в отношении компании на основании решений общего собрания участников об увеличении уставного капитала, утверждении размера уставного капитала, размеров и номинальной стоимости долей.

Как указал Дени Бажаев, размытие доли превратит его участие в компании в номинальное, пакет станет неликвидным и не сможет быть реализован по справедливой цене. И даже при удовлетворении иска фактическое восстановление доли истца в размере 20% потребует проведения сложных и длительных корпоративных процедур (уменьшение уставного капитала, возврат внесенных средств, внесение изменений в ЕГРЮЛ), реализация которых полностью зависит от воли мажоритарных участников, говорится в определении.

Дени Бажаев — племянник Мусы Бажаева и сын основателя группы «Альянс» Зии Бажаева, погибшего в авиакатастрофе в 2000 году. Семье Бажаевых также принадлежит группа «Русская платина», в число активов которой входят месторождения Кондер в Хабаровском крае и Черногорское — в Красноярском. Запуск Черногорского ГОКа мощностью 7 млн тонн руды в год, который будет выпускать медный и никелевый концентрат, планируется на конец этого года.

Представитель «Русской платины» отказался от комментариев.

Горнорудной компании «Альянс» принадлежит 99,999% золотодобытчика «АГ Майнинг», «Альянс» приобрел этот пакет в 2025 году у шведской Kopy Goldfields AB. В 2025 году «АГ Майнинг» планировал увеличить производство на 30%, до более 3 тонн золота, к 2027 году увеличить добычу до 5 тонн, а затем — до 10 тонн в год, сообщал отраслевому порталу Nedradv гендиректор компании Михаил Дамрин. Основной актив «АГ Майнинга» — «Амур Золото», ведущее добычу в Хабаровском крае. В 2025 году выручка компании выросла в 1,9 раза, до 22,68 млрд руб., чистая прибыль — в пять раз, до 3,86 млрд руб.

Консультант по M&A Иван Пешков оценивает стоимость 20-процентной эффективной доли Дени Бажаева только в бизнесе «Амур Золота» в 4,8–7,7 млрд руб., исходя из оценки запасов компании в 1,7 млн унций (53,1 тонны) по JORC Ore Reserves по состоянию на 1 января 2023 года.

Старший партнер АБ Nordic Star Андрей Гусев поясняет, что если капитал общества увеличивается за счет дополнительных вкладов всех участников, то решение может приниматься менее двух третей голосов, если устав не устанавливает более высокий порог. Если же увеличение происходит на основании заявления конкретного участника либо одновременно принимается в общество новое лицо, требуется единогласие, уточняет он. Старший юрист «Рустам Курмаев и партнеры» Владислав Гейтс считает, что вариант с приемом нового участника маловероятен в том числе потому, что в перечне оспариваемых решений не упоминается решение о принятии третьего лица в общество.

Руководитель практики корпоративных споров Briefcase Law Office Анна Самойлова говорит, что такие конфликты, как правило, начинаются с расхождений по вопросам управления и распределения прибыли и обостряются, когда часть участников использует корпоративные процедуры для снижения влияния несогласного совладельца. Партнеры или родственники входят в проект на доверии, корпоративный договор не заключается, у одного из них заведомо нет блокирующих возможностей, отмечает Владислав Гейтс.

По словам Андрея Гусева, окончательный результат спора будет зависеть от обстоятельств увеличения капитала. В частности, говорит юрист, суду предстоит выяснить, зачем это потребовалось компании и была ли у операции самостоятельная экономическая цель. «Отдельный вопрос — была ли у Дени Бажаева возможность сохранить долю, внеся дополнительный вклад, и внесли ли фактически деньги другие участники»,— добавляет он. При столь резком размытии доли и близком по времени принятии двух последовательных решений шансы оспорить их Анна Самойлова считает неплохими. Но, по ее словам, итог зависит от того, подтвердит ли истец конкретные процедурные нарушения либо отсутствие экономической цели увеличения капитала. Владислав Гейтс говорит, что большинство таких историй заканчивается не решением суда, а выкупом доли, поскольку затяжной конфликт грозит снижением стоимости актива для обеих сторон.

Анатолий Костырев