Представьте бюджет, в котором десятки миллиардов евро ежегодно уходят на то, чтобы заплатить за право когда–то занять другие десятки миллиардов. Никакого финансового сюрреализма здесь нет — это обычный рынок госдолга. И в ближайшие годы ФРГ собирается стать на нем одним из самых активных покупателей денег.

До 2030 года остается меньше четырех лет, но эта часть федеральной казны во многом уже расписана. В 2021–м на выплату процентов потребовалось около 4 млрд евро, в 2027–м понадобится 41,9 млрд, а в 2030–м — 80,7 млрд. В результате кредиторам рискует доставаться почти каждый пятый налоговый евро.

Счетчик включен

Первое предупреждение уже пришло с финансовых площадок. В среду доходность десятилетних федеральных облигаций поднялась до 3,275% — максимума за 15 лет. Франции пришлось предлагать инвесторам более 4,13%, а показатель по 30–летним бумагам США достиг 5,337% — уровня, невиданного с 2007 года. Позже напряжение несколько спало, однако сигнал оказался достаточно громким. Рынок госдолга не читает коалиционных соглашений и не слушает предвыборных речей. Его волнует надежность заемщика. Чем выше риск, тем дороже деньги.

Член Совета экономических экспертов Габриэль Фельбермайр оценивает угрозу масштабного мирового долгового кризиса как «очень высокую». Экономист Принстонского университета Маркус Бруннермайер допускает смену финансового режима: эпоха почти бесплатного капитала, возможно, закончилась надолго. Государственные облигации служат ориентиром для банков. Если Берлину приходится занимать дороже, следом растет цена денег для компаний и частных клиентов.

Занять до упора

Для Германии ставки пошли вверх в самый неудобный момент. Стране предстоит одновременно ремонтировать мосты и железные дороги, модернизировать инфраструктуру, укреплять бундесвер и усиливать защиту от кибератак. Ради этого долговые правила смягчили, а под инфраструктурные проекты создали специальный фонд объемом 500 млрд евро. Правительство настаивает: экономить на безопасности нельзя, а бездействие в итоге обойдется еще дороже. Аргумент понятный. Только кредиторы скидок за благие намерения не делают.

С 2027 по 2030 год Берлин планирует привлечь около 838 млрд евро новых займов. Уже в 2027–м их общий объем с учетом специальных фондов составит 203,7 млрд, а к 2030 году достигнет 219,5 млрд евро в год.

Чем больше государство выходит на рынок, тем болезненнее для бюджета становится каждый дополнительный процентный пункт. И тем заметнее цена решения финансировать сегодняшние задачи за счет завтрашних доходов.

Полтриллиона на круг

Есть и еще одна головокружительная цифра. В 2026 году Германия намерена привлечь на финансовом рынке около 512 млрд евро. Но записывать всю сумму в новые долги было бы неверно. Значительная ее часть пойдет на погашение старых облигаций за счет выпуска новых. Речь, таким образом, идет об общем объеме операций, а не о свежей полутриллионной дыре в федеральном бюджете.

Именно здесь, однако, и спрятана ловушка. Бумаги, размещенные во времена мизерных ставок, постепенно подходят к сроку погашения. Заменять их приходится выпусками уже с заметно более высокой доходностью. Поэтому даже кратковременный скачок стоимости заимствований способен аукаться казне еще долгие годы. Насторожил и последний аукцион десятилетних бумаг. Германия разместила облигации на 3,8 млрд евро, однако особого аппетита инвесторы не проявили. 

Париж горит первым

До положения крупнейших должников еврозоны Германии пока далеко. Ее кредитоспособность остается высокой, а долговая нагрузка по европейским меркам — умеренной. Но именно репутация главного финансового «сейфа» Европы позволяет Берлину привлекать средства дешевле многих соседей. Если доверие начнет слабеть, последствия почувствует уже вся еврозона. Пока куда пристальнее инвесторы следят за Парижем и Римом. Госдолг Франции достиг примерно 118% ВВП. Только за первое полугодие 2026 года страна выплатила кредиторам 34,5 млрд евро — на 19% больше, чем годом ранее. Если курс не изменится, к 2030–му долговая квота может подняться до 130% ВВП.

Так раскручивается финансовый маховик: высокие ставки увеличивают расходы казны, растущие траты расширяют дефицит, а тот требует новых заимствований. Кризис из этого вовсе не следует автоматически. Но каждый евро, отправленный держателям облигаций, уже нельзя потратить на школы, жилье, дороги или цифровизацию. МВФ предупреждает: при сохранении нынешней политики средний уровень государственной задолженности в Европе к 2040 году может достичь 130% ВВП — почти вдвое превысив нынешний показатель.

Спасательный круг с дырой

Сам по себе заем еще не приговор. Новые мосты, надежные железные дороги, цифровые сети и оборона способны стать вложением в будущий рост. Другое дело — кредиты, которыми годами латают текущие бюджетные прорехи. Потомкам от них чаще всего достаются не активы, а счета. К 2030 году главный вопрос может звучать так: от чего придется отказаться, чтобы продолжать платить по старым обязательствам? Долг говорит тихо. Проценты — во весь голос. 

Об этом говорит Германия: 

Германия — Вспомнить все — пока невозможно. Мюнхенские ученые вырастили человеческую мозговую ткань для испытания лекарств от забвения

Германия — Комментарий с уголовным оттенком. Где заканчивается свобода мнения и начинается ответственность за комментарии в интернете

Германия — Уйти, чтобы не разориться. Немецкие фирмы все чаще сворачивают бизнес еще до финансового краха

Германия — Кто на свете всех правее? Кому удалось выйти в безусловные лидеры, пока правящая коалиция ищет потерянного избирателя?

Германия — Иллюминатор на вылет. Обломки двигателя пробили Boeing, а пассажира едва не вынесло наружу

Германия — Смерть с правом передачи.Согласен? Запиши. Не согласен? Тем более запиши. А если промолчал — государство само истолкует ответ

Германия — Аты–баты, выросли солдаты. Бундесвер вышел на многолетний максимум, но до новой цели НАТО ему все еще не хватает более 73 тысяч человек

Германия — Чемодан, аэропорт, 1000 евро. Почти 9300 человек за полгода воспользовались немецкими программами добровольного возвращения

Германия — Кофеин вышел по УДО. Умеренное употребление бодрящего эликсира признали безопасным, но «рецидив» в виде бессонницы по–прежнему возможен

Германия — Картонный занавес. Коробка Пандоры из Брюсселя: экологическая реформа возвела новый барьер внутри единого рынка

Германия — У страха глаза велики, у закона — полномочия. Почему в ситуации домашнего насилия опасно ждать, что все «как–нибудь само успокоится»

Германия — Хотели стену — получили калитку. Почему пять процентов Вагенкнехт могут открыть дверь во власть