МОСКВА, 28 июл — РИА Новости, Сергей Проскурин. В стране отмечают День Крещения Руси. Считается, что судьбоносное событие произошло в 988-м. Однако в последние годы историки находят все больше подтверждений, что в русском государстве уже были и храмы, и священники. А значит, веру могли принять гораздо раньше.

"Володимер посла по всему граду, глаголя: "Аще не обрящеться кто заутра на реце, <…> противен мне да будет". Се слышавше людье, с радостью идяху, радующеся и глаголюще: "Аще бы се не добро было, не бы сего князь и бояре приняли".

Строки из "Повести временных лет" говорят о событиях 6496 года от сотворения мира (988-го от Рождества Христова). И это, пожалуй, самый известный документ, рассказывающий о Крещении Руси.

Но не единственным. Немногие вспомнят о том, что есть еще и послание Константинопольского патриарха Фотия своей пастве.

"Поработив соседние народы, — говорится там, — и через то чрезмерно возгордившись, русы подняли руку на Ромейскую империю. Но теперь и они переменили эллинскую и безбожную веру <…> на чистое христианское учение. <…> И в них возгорелась такая жажда веры и ревность, что они приняли пастыря и с великим тщанием исполняют христианские обряды".

Только вот нюанс: этот документ написан в 867 году. А само крещение, как предполагают некоторые историки, произошло еще раньше. И связано было с именами Аскольда и Дира.

По мнению некоторых специалистов, после похода на Царьград дружинники Рюрика привезли с собой византийского епископа. И тот обратил в христианство множество людей. Причем весьма нестандартным способом: на глазах у всех бросил в огонь Евангелие.

"По происшествии достаточного времени, — повествует хронист, — обретен был священный свиток не пострадавшим и не поврежденным и не получившим от огня никакого ущерба. <…> Увидев это <…>, варвары без колебаний начали креститься".

Более того, при Аскольде и Дире, если верить преданию, в Киеве построили первую церковь. Получается, за сто лет до судьбоносного события Русь уже была христианской? И это — заслуга не князя Владимира, а патриарха Фотия?

Дискуссия на этот счет не утихает. Проблем добавляет и то, что византийские источники нередко противоречат друг другу. Например, в рассказе о "Фотиевом крещении" особенно подчеркивается массовый характер "обращения русов" в новую веру. Однако спустя всего пару десятилетий другой хронист называет киевлян "язычниками темными".

Объяснений тому несколько. По мнению отечественного историка Игоря Фроянова, греки попросту "выдавали желаемое за действительное".

"За преувеличенными слухами о "крещении Руси" и организации русской епархии, — писал ученый в одной из работ на эту тему, — скрывались первые попытки византийских миссионеров проповеди христианства среди восточных славян".

Однако желаемого результата усилия греков не принесли: "Русь еще некоторое время оставалась в лоне язычества".

С другой стороны, известно, что к середине X века многие представители древнерусской знати уже исповедовали христианство. Об этом свидетельствует отрывок из "Повести временных лет" — о заключенном в 944-м мире между князем Игорем и Константинополем.

"Мы же договор этот написали на двух хартиях, — сказано в летописи, — и одна хартия хранится у нас, царей, — на ней есть крест и имена наши написаны, а на другой — имена послов и купцов ваших. <…> Мы же, те из нас, кто крещен, в соборной церкви клялись <…> в предлежании честного креста и хартии этой соблюдать все, что в ней написано, и не нарушать из нее ничего".

Более того, супруга Игоря — княгиня Ольга — спустя десять лет после его гибели также крестилась. И мало кто знает, что в планах у нее было обратить всю Русь в новую веру. С этой целью даже отправили послов с просьбой прислать епископа. Но не в Византию.

В X столетии христианство еще не раскололось на православных и католиков. Однако напряжение между западными и восточными общинами зрело. А папа римский и Константинопольский патриарх вели борьбу за зоны влияния — крупнейшие политические образования в Европе. В частности, славянские племена.

В реалиях того времени Ольга хотела не просто крестить свой народ, но и заручиться поддержкой Рима и Византии. И сперва обратилась к Западу.

"Послы Елены (имя княгини Ольги в крещении. — Прим. ред.), королевы русов, крестившейся в Константинополе при императоре константинопольском Романе, явившись к королю (Оттону I. — Прим. ред.), притворно, как выяснилось впоследствии (то есть обманом добились аудиенции. — Прим. ред.), просили назначить их народу епископа и священников", — свидетельствует немецкая "Хроника" Регинона Прюмского.

Было решено послать некоего монаха Либуция из аббатства в Майнце. Но он по каким-то причинам до Руси не доехал. Вместо него епископом поставили другого немца — Адальберта, который в 961-м прибыл в Киев. К тому моменту там уже правил сын Ольги Святослав — ярый противник христиан.

"Проповедник был вынужден бежать после того, как убили его спутников", — писал французский историк Жорж Фессель. Религиозная миссия Запада на Руси провалилась.

Спустя почти полтора десятилетия в Киев прибыл исландский монах Торвальд Кодранссон. Здесь он познакомился с соотечественником — Олафом Трюггвасоном (будущим королем Норвегии), служившим в дружине князя Владимира.

По мнению ряда исследователей, миссионер обратил последнего в христианство "по греческому обряду". А тот впоследствии оказал влияние на правителя русов. Косвенно это подтверждает все та же "Повесть временных лет" — там упоминается некий варяг, которому "приснились рай и ад". Не исключено, что позднее Олаф даже отправился послом в Царьград во время знаменитого "выбора веры".

Утверждать это с уверенностью нельзя. Однако к концу X столетия в Киеве и других городах уже существовали христианские общины. А монах Торвальд, как установили специалисты, стал первым епископом Полоцка.

При этом остается неясный момент. Византийские летописи — неизменно точные в датировках — единогласно говорят именно о 988-м как о годе, когда крестилась Русь. Современные специалисты поясняют: Владимирово крещение было политическим актом — обращением в новую веру княжеской аристократии, бояр, дружины и городов.

Что же касается простого народа — процесс мог затянуться на годы и даже десятилетия. Население, особенно сельское, не торопилось расставаться с язычеством.

Тем не менее факт остается фактом: к 988-му христианство уже хорошо знали на Руси. И окончательную точку в этом вопросе поставил князь Владимир. Его решающий вклад в дело христианизации сомнению не подвергается.