24 июля президент России Владимир Путин прилетел в Иркутск, на Иркутский авиационный завод (ИАЗ), где изучил самолеты МС-21-310 и Як-130М. Специальный корреспондент “Ъ” Андрей Колесников изучил процесс изучения, а также узнал, что МС-21-310 получит 200 млрд руб. на поддержание не только формы своего крыла, но и всей отрасли.

Президенту показали оба самолета, но больше его пока заинтересовал Як-130М.

— 25 июня мы подняли машину в первый полет,— рассказывал в цехе готовой продукции пилот этой машины.— Сделали девять полетов. Як-130 зарекомендовал себя у нас в стране как учебный самолет, а наши партнеры используют его как...

Пилот замялся.

— Как учебно-боевой самолет,— подсказал господин Путин.

— Да! — согласился собеседник.— И от них поступали пожелания, что пора расширять его...

— Боевые возможности,— закончил Владимир Путин.

— Так точно,— согласился пилот.— И наша модернизация как раз расширяет его возможности. Самолет получает бортовую радиолокационную станцию, оптико-лазерную тепловизионную систему и бортовой комплекс оборудования... Доработанный комплекс радиосвязи позволяет обмен тактическими данными с соседними самолетами и с землей. Соответственно, расширяется номенклатура его вооружения... Расширяется управляемое оружие, рассматривается вопрос о барражирующих боеприпасах...

Последнее соображение, кажется, заинтересовало господина Путина больше всего.

— Нужно решить еще задачи, которые появляются в ходе ведения боевых действий,— неожиданно уверенно заявил президент.— Это прежде всего уничтожение крупных коптеров...

— Я как раз хотел продолжить! — воскликнул пилот.— Мы рассмотрели несколько вариантов подвески... У самолета хорошая вооруженность на малых скоростях! Он будет иметь прицельные системы и мощное вооружение. И решит эти задачи!

Все тут сейчас представлялось не таким уж сложным, а главное, не было им. Договаривал пилот уже в кабине Як-130М, куда бросал не самые заинтересованные взгляды и Верховный главнокомандующий.

— Подписываем контракт с Вьетнамом на 18 машин,— подключался к разговору гендиректор ИАЗ Андрей Сойнов.

Только я подумал было, что самим, видимо, хватает и всего остального, как Андрей Сойнов добавил:

— Надеемся, что и Министерство обороны (РФ.— А. К.) заинтересуется.

То есть просто пока не интересуется. И правда, видимо, всего хватает.

Тут Владимира Путина попросили расписаться на больших листах с изображениями МС-21-310 и Як-130М. Автограф был получен.

— 24.07. 26 сегодня,— не удержался напомнить об очевидном Андрей Сойнов.

А может, для него это не было очевидным.

— Можно эту ручку?.. Можно?..— настойчиво интересовалась женщина у стола, едва только президент отошел.

— Щас...— отвечал ей коллега, засовывая ручку себе в карман.— Щас...

— Перед собой ставим задачу до конца года по четырем самолетам МС-21 завершить производство, довести до высокой степени готовности (то есть пока что не изготовить.— А. К.), и дальше будем ожидать окончания процедур по сертификации,— говорил Андрей Сойнов у стенда уже на выходе из цеха.— Чтобы в кратчайшие сроки передать в авиакомпанию. В 2027 году первые восемь мы перед... Должны передать...

Господин Сойнов старался не говорить лишнего.

— Шесть бортов на монтаже систем,— продолжал он,— шесть бортов на сборке стыковки отсека фюзеляжа... И два крайних — на сборке агрегатов на сборке отсека... Так что мы по большому счету с первого контракта уходим.

— Я думаю,— сказал президент,— чтобы линия не остановилась, нужно 200 млрд руб.

И он посмотрел на стоявшего рядом главу «Ростеха» Сергея Чемезова.

Тот сразу согласился.

— И эта линия тогда будет продолжать работать,— кивнул президент.— И это, конечно, будет подхвачено.

— И последующие 18 предприятий...— добавил Сергей Чемезов.

— И Ульяновский завод будет загружен вашими заказами...— продолжил господин Путин.

— И у всех поставщиков в России, их около 50, будет равномерный загруз! — подхватил Андрей Сойнов.

Да, цифра 200, похоже, нравилась тут всем без исключения.

— Да, раскидываем на всех...— на ходу прикидывал Сергей Чемезов.

— А то пока у нас постоянные качели: то много работы, то мало работы...— вдруг пожаловался Андрей Сойнов.— Хочется вот именно равномерности...

Да, в 200 млрд просматривается некоторая равномерность.

— И стабильность в коллективе, и достойный заработок...— господин Сойнов уже больше не собирался скрывать свою радость.

Лишь еще один человек, стоявший рядом, то есть губернатор Иркутской области Игорь Кобзев, еще сохранял спокойствие. Действительно, а ему-то чего от тех 200 млрд?.. На первый взгляд, ничего...

— И летать на сколько будет? От Москвы до Новосибирска (то есть на 2,8 тыс. км, чтобы оставался запас топлива еще на полтора часа полета; а общая дальность полета МС-21-310 — 3,8 тыс. км.— А. К.)?..— спрашивал Владимир Путин.

Он имел право спросить: за столько-то миллиардов.

Это был, конечно, самый принципиальный вопрос. Дальность полета МС-21, как известно, сократилась после того, как заменили, например, западные материалы, из которых делается крыло, на отечественные.

Но ведь своя ноша не тянет.

Хоть, может, это и не тот случай.

— Пока!..— воскликнули оба, и Сергей Чемезов, и Андрей Сойнов.— Пока до Новосибирска! Но по мере испытаний будем увеличивать! Мы и с весом работаем, и двигатели дорабатываем...

— Когда мы шли сюда, я интересовался насчет укороченной версии...— добавил президент.— У укороченной версии дальность полета будет какая?

— Не менее пяти тысяч,— ответил за всех Сергей Чемезов, которому теперь отвечать за сказанное.

— Сюда лететь пять тысяч! — пожал плечами Владимир Путин.— И будете дорабатывать!

Он им подсказывал, чем все-таки можно будет гордиться.

— Будем дорабатывать — будет больше,— кивнул господин Чемезов.

— Двигатели те же самые, а вес будет меньше...— поддерживал его Андрей Сойнов.— Контракт заключен, деньги выделены, пока на этапе ОКР, подъем самолета на 2028 год...

Дальше заговорили уже шепотом.

По-человечески понятно: 200 млрд любят тишину.

Андрей Колесников