Само понятие "крепость" хорошо известно человечеству. Это одно из самых впечатляющих архитектурных сооружений, которое люди создавали на протяжении многих столетий. Крепости служили не только оборонительными сооружениями, но и становились центрами власти, местами проживания правителей и размещения гарнизонов. Многие крепости имеют славную историю, но даже в этом ряду героическая оборона Брестской крепости уникальна силой духа ее защитников, их беспримерным, отчаянным героизмом. Для наших современников - это еще и предостережение тем, кто хотел бы напасть на Россию.

Уже первые бои на нашей земле продемонстрировали немцам: расчет на быструю и бескровную победу не оправдался. Только 30 июня 1941 года командир 45-й пехотной дивизии Вермахта доложил в Берлин о завершении штурма Брестской крепости. Это было в тот самый день, когда немцы взяли Минск. Война ушла очень далеко, но в Брестской крепости отчаянно бились. Только в Бресте в плен к немцам попали 7 000 военнослужащих РККА, включая 100 офицеров. Немецкие потери были достаточно внушительными: 482 убитых, в том числе 40 офицеров, около тысячи раненых, многие из которых впоследствии скончались. Если сравнивать эти цифры с общим числом потерь, понесенных к тому времени Вермахтом на Восточном фронте (8 886 человек), то это составит более 5%.

Немецкие командиры поторопились с рапортом. В первые послевоенные годы о подвигах героев Брестской крепости говорили мало. Слишком много пленных, слишком рано сдались. В 1956 году, через три года после смерти Сталина советский писатель Сергей Смирнов выпустил первое издание знаменитой книги о героях Брестской крепости. Уже тогда ему удалось разыскать свидетельства уникальной силы духа советских солдат и офицеров. Смирнов прочитал надписи на крепостных стенах. Один из защитников нацарапал на штукатурке: "Нас тут трое москвичей - Иванов, Степанчиков, Шунтяев. Мы защищаем церковь и поклялись не сдаваться. Июль 1941 г.". Позже он прибавил: "Я остался один. Степанчикова и Шунтяева убили. Немцы в церкви. У меня осталась одна граната. Живым они меня не возьмут".

В подвале казарм на Западном острове осталась надпись: "Умираю, но не сдаюсь. Прощай, Родина". Подписи не было, только дата - 20.07.41. Становится ясно, что даже в конце июля сопротивление было не сломлено.

Смирнов процитировал и найденные документы. Он пишет: "Из боевого приказа №1 нам известны имена, оборонявших центр: комиссар Фомин, капитан Зубачев, лейтенант Виноградов". 44-м стрелковым полком командовал Петр Михайлович Гаврилов. По словам Виноградова, перед тем как идти на прорыв, комиссар Фомин надел гимнастерку убитого красноармейца. В лагере военнопленных комиссара выдал нацистам один солдат, и Фомина расстреляли. Майор Гаврилов пережил плен, несмотря на тяжелое ранение. Он не хотел сдаваться, бросил гранату и убил немецкого солдата. За многолетнюю работу по поиску героев Брестской крепости Сергей Смирнов был удостоен Ленинской премии.

Уже первые советские военнопленные - солдаты и офицеры Брестской крепости поразили немцев мужеством и отвагой. С таким нацисты не сталкивались на европейских полях военных действий. Именно так сражался командир полка, дислоцированного в Бресте Петр Гаврилов, последний из старших офицеров. Единственный из оставшихся в живых из группы в 400 бойцов, которых он объединил под своим командованием, Гаврилов тяжелораненым попал в плен 29 июля 1941 года.

Петр Гаврилов до мая 1945 года содержался в концлагерях Хаммельбург и Равенсбрюк. После войны офицера долго проверяли советские спецслужбы, но никаких компрометирующих его фактов не нашли. Тем не менее его лишили воинского звания и наград. Татарин по национальности, Гаврилов вернулся на Родину, односельчане встретили его неласково, называли "предателем" и даже кидали вслед картошку. Пришлось ему переехать в Краснодарский край, где бывший майор, участник Гражданской, Финской и Великой Отечественной войн, выпускник Военной академии имени Фрунзе, смог устроиться золотарем, чистил выгребные ямы. Но и это он смог пережить.

В начале 1950-х годов Сергей Смирнов провел свое собственное расследование про оборону Брестской крепости. Он нашел Гаврилова и других защитников крепости, сделал их подвиг достояниям общественности. Это был первый случай, когда стали восстанавливать забытые подвиги Великой Отечественной войны. Гаврилов стал народным героем. Он был восстановлен в партии, в звании, ему вернули награды. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 3 января 1957 года за образцовое выполнение воинского долга при обороне Брестской крепости и проявленные при этом отвагу и героизм Петру Михайловичу Гаврилову было присвоено звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали "Золотая Звезда" за №10807. После его смерти в Краснодаре в 1979 году дом на улице Светлой, где он жил, был переименован в улицу его имени. Петр Гаврилов был похоронен с воинскими почестями на гарнизонном кладбище Бреста рядом с его боевыми товарищами, как он и завещал.

Хотел бы в этой статье сказать еще об одном факте обороны Брестской крепости, о котором историки не пишут. В июне 1941 года в крепости дислоцировалось около 9 тысяч солдат и офицеров Красной армии, в том числе часть 132-го батальона конвойных войск НКВД. Я думаю, не надо рассказывать читателю, чем занимались конвойные войска в те годы. Но правда и то, что военнослужащие этого подразделения бились отчаянно и до последнего с врагом. Именно этим бойцам принадлежит надпись "Умираю, но не сдаюсь!", найденная в одном из казематов после войны. Будем об этом помнить!

Одной из неизвестных страниц войны являлся много лет национальный состав защитников Брестской крепости. Об этом пишет в своей книге доктор экономических наук Владислав Гасумянов. В Год единства народов России уместно процитировать этого автора. Для многих народов, особенно малых, участие их представителей в знаковой битве - предмет национальной гордости. Только несколько лет назад появились сведения о большом числе чеченцев и ингушей среди защитников крепости. Почему же много лет мы об этом не знали? Даже такой скрупулезный исследователь обороны Брестской крепости, как писатель Сергей Смирнов, об этом ничего не пишет. В советские времена сам факт участия чеченцев в боевых действиях упорно замалчивался, соответственно, никак он не был отражен в официальных документах и наградных листах.

Одна из старейших сотрудниц мемориального комплекса "Брестская крепость" рассказывала, что "в самые тяжелые минуты, оставшись без пищи, боеприпасов и надежды на спасение, чеченцы устраивали в глухих подземных казематах зажигательный танец лезгинку, поднимая дух остальных бойцов". Установлено, что среди уроженцев Чечено-Ингушской Автономной Советской Социалистической Республики, защищавших Брестскую крепость, кроме чеченцев и ингушей было 37 русских, два адыгейца, два еврея, два татарина, австриец, армянин и кумык. И это только то, что удалось установить достоверно.

Эсэсовский офицер, сын литовского помещика Антанас Станкус писал о последних днях обороны Брестской крепости: "Немецкая армия еще несла потери от метких выстрелов из развалин. Израненные защитники Брестской крепости выходили в штыковые атаки с выкриками на непонятном гортанном языке. Многие из них были с типично кавказскими лицами. И хотя каждый из них был по несколько раз ранен, дрались они как одержимые". Один из немногих выживших участников обороны крепости Сайд-Хасан Бейтемиров вспоминал, что среди чеченцев в ней служили в основном новобранцы из Малгобекского, Надтеречного, Гудермесского, Итумкалинского, Шатойского, Урус-Мартановского районов. Также, по словам Бейтемирова, было немало русских, евреев, грузин и украинцев, живших в Чечне. В первое время горцы чувствовали себя в крепости неловко, говорят ветераны. Старослужащие хоть и по-доброму, но регулярно подшучивали и подсмеивались над ними. Впрочем, когда кавказцам представился случай отличиться на стрельбище, отношение к ним кардинально изменилось. Выходец из Грозного Николай Тихомиров был одним из командиров подразделения. Именно он и получил в подчинение своих земляков. Говорят, что лейтенант относился к ним лояльно, прощал небольшие провинности и терпеливо обучал военному делу. Во многом благодаря его выдержке и вниманию чеченцы и ингуши смогли быстро адаптироваться к непривычным для них армейским будням.

В центре Брестской крепости установлена стела, под которой покоятся останки 850 воинов, защищавших цитадель. Сегодня известны имена только 222 человек, чьи инициалы высечены золотом на плитах мемориала.

Я хотел бы обратить внимание на еще одну важную часть жизни людей, которые воевали и бились до смертного конца. Многие из них не могли не понимать, что их гибель скорее всего останется неизвестной и никто не узнает о подвигах, которые они совершили, о последнем часе, который так достойно они встретили. Но они сражались!

8 мая 1965 года Брестской крепости за ее героическую оборону летом 1941 года присвоено звание "Крепость-герой" высшая степень отличия, которой удостоена единственная в СССР крепость.

Подписаться