На самой престижной многодневной велогонке Tour de France разразился скандал с допинговым подтекстом. 19 июля из гонки выбыл один из ее лидеров — датчанин Йонас Вингегор. Он упал по ходу воскресного этапа и сломал руку. Выяснилось, что перед этапом ему не давали спать. В два часа ночи к нему явились специалисты допинг-контроля. К лидеру общего зачета словенцу Тадею Погачару они пришли в пять утра. Последний назвал все это бесчеловечным поведением и напомнил, что, согласно правилам, тестирование по ходу гонки должно проводиться между шестью и одиннадцатью часами. В Международном агентстве допинг-тестирования (ITA) в ответ заметили, что внеурочные проверки могут проводиться, если есть веские основания полагать, что спортсмен употребляет запрещенные субстанции. Впоследствии выяснилось, что санкцию на тест дал парижский суд.

Исход борьбы за титул чемпиона Tour de France-2026 фактически решился в минувшее воскресенье. Двукратный чемпион «Тура», главный конкурент лидера общего зачета, четырехкратного победителя многодневки Тадея Погачара (команда UAE Team Emirates), Йонас Вингегор (Jumbo-Visma) упал по ходу этапа. Причем так «удачно», что сломал ключицу и выбыл из борьбы. На данный момент отрыв Погачара от ближайшего преследователя — бельгийца Ремко Эвенпула (Deceuninck—Quick Step) — превышает пять минут. То есть стать в пятый раз чемпионом Tour de France словенцу может помешать только крайне неблагоприятное стечение обстоятельств.

В иной ситуации инцидент с падением Вингегора был бы расценен как досадное недоразумение. Но остроты случившемуся придает то, что в ночь перед этапом Вингегор фактически не спал. Он рассказал, что представители ITA явились к нему в гостиничный номер в два часа ночи и настояли на прохождении тестирования. По мнению Погачара, это повлияло на готовность его соперника к гонке и могло стать косвенной причиной падения.

«Если Йонаса тестировали в два ночи, получается, что он спал меньше четырех часов. Его лишили фазы глубокого сна, чрезвычайно важной для восстановления сил. Это бесчеловечно»,— отметил словенец.

Он рассказал также, что в тот же день агенты ITA в пять утра явились и к нему. Ущерб, по словам Погачара, был не такой серьезный, как в случае с Вингегором. Погачар отметил, что давно уже привык вставать в шесть утра. Все дело в том, что, согласно правилам Международного союза велосипедистов (UCI), допинг-тесты должны проводиться с шести до одиннадцати часов. «Я пытался было считать, сколько раз ко мне домой приходили агенты ITA с 1 января этого года, но быстро сбился со счета. Просто уже привык просыпаться в шесть часов и ждать звонка в дверь»,— рассказал Погачар. Но, по его словам, агенты ITA являлись и в неурочные часы.

«Для меня проблема даже в магазин сходить. Они могут появиться в любой момент,— рассказал словенец.— Если это нужно, чтобы подтвердить, что мы чисты, я это принимаю. Но все же отвратительно, когда тебе дают спать меньше четырех часов в сутки». Позицию Погачара поддержал и Ремко Эвенпул. «Я бы хотел отправить членов своей команды к этим допинг-офицерам. Чтобы их разбудили в три утра, взяли кровь. Может, тогда они поймут, как мы себя после такого чувствуем. Такое не должно случаться»,— сказал спортсмен.

В ITA в ответ заявили, что понимают, что внеурочные проверки могут быть неприятными, но отметили, что это необходимо для обеспечения чистоты спорта.

Но интереснее то, что, согласно правилам UCI, для проведения таких проверок нужны «серьезные и конкретные подозрения в том, что гонщик может нарушать правила», а также основания полагать, что спортсмен может уничтожить улики. Ни в федерации, ни в ITA этот момент пока не прокомментировали.

Официально ни к Вингегору, ни к Погачару, ни к гонщикам ряда других команд, также подвергавшимся ночным проверкам, претензий нет. Однако, как указано в заявлении прокуратуры Парижа, ITA, прежде чем отправить своих агентов на ночные проверки, заручилось поддержкой суда. Один из парижских судей санкционировал ночные тесты. Можно допустить, что у судьи были основания, базировавшиеся на предоставленной ITA информации, разрешить отход от устоявшихся правил. Насколько они были обоснованны, выяснится уже довольно скоро.

Александр Петров