Просмотр новости
Найдите то, что Вас интересует
Спутники
РН
SpaceX
Роскосмос
NASA
СпутникиРНSpaceXРоскосмосNASA«Это не СВО, это война на выживание»: что ждёт Крым зимой
15.07.2026 wasa007
Крым и Севастополь продолжают находиться в эпицентре масштабного системного кризиса, вызванного массированными ударами украинских беспилотников по ключевым объектам инфраструктуры.
Цель этой кампании не скрывается Киевом — полная логистическая изоляция полуострова, что уже привело к серьёзным последствиям для российских войск и гражданского населения.
Ситуация с топливом на полуострове остаётся критической. После атак на нефтебазы, бензовозы и танкеры в Азовском море свободная продажа бензина населению была практически остановлена.
В Севастополе действуют жёсткие ограничения на продажу топлива, его отпускают по талонам и QR-кодам, а цены на АЗС уже перевалили за 200 рублей за литр.
Параллельно с этим полуостров погружается в энергетический коллапс: украинские дроны систематически выводят из строя электроподстанции, из-за чего в городах вводятся жёсткие графики отключений, например, в Алуште свет дают всего на два часа, а затем отключают на десять.
Последствия этих ударов ощущают на себе все жители. Перебои с электричеством привели к проблемам с водоснабжением и связью, а нарушение логистики спровоцировало резкий рост цен на продукты в магазинах, работающих от генераторов.
Туристический сезон полностью сорван: около 79% бронирований отелей отменены, пляжи пустуют, а многие отдыхающие пытаются эвакуироваться с полуострова на поездах, так как у них нет бензина, чтобы уехать на автомобилях.
На этом фоне региональные власти вынуждены искать способы смягчения удара по населению. Российский «Красный Крест» начал формировать запасы гуманитарной помощи и готовится выдавать продуктовые наборы инвалидам и людям в трудной жизненной ситуации.
Вместе с тем, встаёт вопрос о том, какие меры могут быть предприняты для обеспечения безопасности и жизнедеятельности полуострова, а также насколько эффективны текущие методы противодействия воздушным атакам, когда из десятков летящих дронов какой-то всё равно достигает цели.
Всё это мы обсудили с писателем Платоном Бесединым.
— Платон, как сейчас обстоит ситуация с бензином на полуострове — как завозится и как распределяется? Насколько это сказывается на наличии продуктов и предметах первой необходимости в магазинах?
— Сложный вопрос, деталей завоза я не знаю, но могу назвать несколько интересных вещей. Всех всколыхнула история с танкерами, которые расстреляли и фактически уничтожили — это выглядит странно.
Кроме того, когда я ездил между городами, то видел, что сейчас идут брендированные бензовозы, и рядом с каждым бензовозом стоят ребята из МОГ с пулемётами, охраняют. Замаскированных бензовозов тоже хватает, но ситуация с бензином тяжёлая.
Как распределяется — сложно сказать. Во многом кажется, что рандомно через QR-коды. Но я могу утверждать только о Севастополе. Хотелось бы больше прозрачности — это ключевое.
Цена растёт каждый день, она уже перевалила за 200 рублей — это совсем не хорошо. По продуктам: в больших сетях продукты есть, цены серьёзно поднялись. Много было волнений насчёт сети «Еда вода» (вариация «Красного и Белого» на материке). Там всё пропало с полок, многие закупались, потому что цены нормальные. Сейчас что-то подвозят, но в целом ситуация с продуктами пока нормальная.
Но что нужно сделать обязательно — создавать не на словах, а на деле группы помощи малоимущим, маломобильным, старикам, инвалидам, потому что они страдают в первую очередь.
— Как топливный и энергетический кризис сказывается на жизни полуострова: что происходит с бизнесом, насколько хуже ситуация ощущается для рядового жителя? Какие сервисы и предприятия закрываются?
— Для рядового жителя зависит от профессии. Для некоторых это вообще не ощущается — я знаю людей, которые говорят: «город пустой, на пляжах людей поменьше, водичка чистая, вообще кайф». Есть и такие кадры.
Но в целом удар по бизнесу и по продуктам, конечно, есть. Закрываются кафе, рестораны, их немало. Кто-то даже считает, что это социальный эксперимент по контролю, но такие вещи происходят. Для кого-то важнее всего именно это восприятие.
— Если всё будет происходить то, как развивается сейчас, что ждет полуостров уже зимой?
— Никто не может предсказать, но если ситуация будет развиваться, как сейчас, то это всё будет очень сложно. Не хочется быть паникёром, но это будет тяжелейшая ситуация.
Летом можно выйти днём, поехать на пляж, вечером поставить свечу — это одно. Зимой — это тепло, это все вопросы обогрева, и это будет очень тяжело. Вопрос в том, насколько мы обучаемы.
Это может быть катастрофа, потому что в некоторых районах Крыма света вообще нет, постоянно идут удары.
Нужно создавать весь комплекс защитных мер от обстрелов, иначе это будет большая трудность, которую крайне сложно преодолеть.
— Как вы можете оценить удары ВСУ с политической точки зрения — насколько можно утверждать, что этими ударами Киев пытается надавить на российские власти в контексте предстоящих осенних выборов и переговорного процесса?
— Я не знаю, как можно надавить на власть, но тут есть разные вещи. Кто-то считает, что хотят надавить, кто-то — что это социальный эксперимент для управления людьми.
Но вопрос не в надавливании на власть, а в том, что прямо сейчас идут атаки на полуостров, который является символом русского ренессанса, русской мечты, который взяли бескровно, а сейчас его утюжат.‼️ Вот что страшно.
Удары идут систематически — вырубают один энергоузел, второй. Где гарантия, что не вырубят что-то ещё? С точки зрения надавливания это, наверное, так, но я не хотел бы давать сильные политические оценки.
Люди не слепые, они всё понимают и видят.
Если читать аналитику, то всё упирается в вопрос военный — контроль воздуха и разведка из космоса. Дроны летят массово — сбивается 20, но 1 долетает и делает своё дело. Складывается впечатление, что в этом смысле ситуация сложно контролируемая.
— Что делают власти и военные, чтобы эту проблему решить. И вообще насколько она решаема?
Из того, что мы видим — военные сейчас развивают МОГи, набирают людей на службу. Но проблема не в том, что дроны летят и мы их сбиваем. ‼️
Возникает вопрос: почему дроны сбивают из пулемётов и автоматов? ‼️Неужели у такой великой страны нет ничего, кроме пулемётов, чтобы поражать эти БПЛА?
Это же не суперсредства, они сделаны примитивно, давайте начистоту.
Мы сбиваем их автоматами и пулемётами, они разлетаются, падают, осколки, дома горят. Сейчас, слава Богу, сделали компенсации.
Но посмотрите: у нас 16 спутников, у них — 10 тысяч. Я каждый вечер вижу, как они летают по небу и контролируют пространство.‼️
Какое противодействие оказывается эффективным?
Прилетел дрон — сбили, замечательно. Так и надо делать. Но должны ли мы задуматься о том, чтобы бить туда, где эти дроны делаются и где они конструируются?
Заводы известны, конструируются в Кремниевой долине.‼️
Мы много говорили, били кулаками в грудь, но давайте переходить от слов к делу. Сделаем первое предупреждение, второе, третье китайское последнее — и ударим туда, где всё это изготавливается.‼️
Или собьём спутники Starlink и покажем свою смелость, а не просто раз за разом сбивать эти дроны. Они бесконечны, их могут наклепать огромное количество. Вот о чём надо думать.
— Возможно следует смотреть шире — России всячески выворачивают руки, нанося удары в уязвимые места. Песков открыто говорит, что это уже война, а не спецоперация. Так может нужно что-то изменять в стратегии России? ❗
— Песков говорит то, что говорит. Идёт война на выживание. Нравится это или нет, но формально спецоперацию начали мы, хотя до этого были Донбасс, Одесса, а Запад мечтал нас уничтожить. И совсем этого не скрывал.
Я не понимаю, как люди в стране реагируют: «Фу, Запад, подлые удары, террористический режим».
Нужно признать простую вещь: Украина — это таран Запада, и Украина с Западом будет использовать самые подлые, отвратительные методы, чтобы уничтожить Россию.
Надо не просто выявить слабые места (они уже выявлены, и слабых мест оказалось очень много), а просто уничтожать.
Если делать вид, что «ничего, как-нибудь дотянем» — не дотянем, слабого добивают.
Поэтому у нас есть два варианта: либо идти в эскалацию более глобальную — бить по реальным хозяевам, а не по пальцам, по руке, а лучше по голове, — либо искать варианты договариваться.
Кому-то не нравится ни то, ни другое, все хотят жить, как жили 3–4 года назад, когда вроде нормальная жизнь была, хотя ребята умирали и погибали.
Но такой жизни не будет. Я об этом говорил ещё 5 лет назад: будут дотягиваться и до Иркутска, и до Камчатки, никто не будет жить нормально, если так продолжится.
— Что нужно делать уже сейчас?
— Скажу по Севастополю и Крыму. Да, есть федеральные программы, но есть ещё и локальные, региональные инициативы, которые нужно прорабатывать.
Первое — это добровольная народная дружина. Мы забываем, что помимо ударов, проблем с электричеством, бензином и безопасностью есть просто криминал, бандиты, которые создают проблемы людям в темноте.
Пример: вчера в троллейбусе я видел группу выходцев из Таджикистана, которые приехали делать деньги на наркотиках — я даже переписку их посмотрел.
Почему эти люди заезжают к нам, когда мы сидим под ударами, а русские люди погибают?
Ещё пример: сегодня я выхожу из дома с детьми — все стены в рекламе наркотиков, которую сделали ночью под покровом тьмы. Поэтому нужны дружины.
Второе — нужно массово проводить на базе школ и вузов курсы первой помощи, люди не знают, что делать в экстренных случаях.
Третье — обеспечить хотя бы минимально необходимым тех, кому трудно. Эти три вещи нужно сделать в обязательном порядке. Это самое ценное, что я хотел сказать.
В целом, наша борьба с беспилотниками напоминает борьбу с вшами: одну задавил, вторую задавил, но одна всё равно прокрадётся и оставит яйца, от которых потом будут проблемы.
Поэтому с ними борются либо бреясь налысо, либо используют сильные средства, но главное — обрабатывать всё помещение, где предполагается их источник. Тогда это может дать эффект.
Иван Солдатов
www.antifashist.online
inforuss.info
-------------