В год десятилетия мадридский фестиваль Mad Cool собрал на пяти сценах ведущих гастролеров Европы: рокеров, диджеев и инди-артистов. За четыре дня для 215 тыс. зрителей на площадке в индустриальном районе Вильяверде выступили Foo Fighters, Моби, twenty one pilots, Ник Кейв, Дэвид Бирн, Pulp, Ричи Хаутин, Boys Noize и другие. Один из четырех фестивальных дней был почти целиком женским: список хедлайнеров возглавили Лорд (Lorde), Florence + The Machine, Зара Ларссон, Рене Рэпп и участница девичьей группы Blackpink Дженни. Игорь Гаврилов оценил передовые технические решения, использованные на фестивале.

Без больших экранов на флангах сцены сегодня невозможно представить себе стадионные концерты и фестивали. У главной сцены фестиваля Mad Cool каждый вечер собирались 50–55 тыс. человек, а рассмотреть в деталях происходящее на сцене без помощи экранов могли из них едва ли 5 тыс., заранее занявшие места поближе.

Но на Mad Cool экраны не просто транслировали происходящее на подмостках. Для зрителей выстроили огромную видеостену, а сцена словно заняла место вынутого из нее кирпича. И если артисты старшего поколения в большинстве своем «работали на публику», то Лорд, Холзи и twenty one pilots отыгрывали всю драматургию прежде всего для камер, в том числе для оператора, отвечающего за самые крупные планы и включенного в сценическую команду и даже иногда в хореографию.

Теперь не камеры существуют для сцены, а сцена и ее обитатели — для камер. Фестиваль превратился в телешоу, транслируемое на гигантские плоскости.

Зрители к этому, похоже, привыкли. Далеко не всем сейчас важно максимально приблизиться к артисту сквозь давку. Можно и посидеть на травке, глядя на экраны.

Концерт Лорд начался с крупного плана певицы, подключенной к больничному аппарату, фиксирующему пульс, давление и прочие медицинские показатели. В эти дни в столице Испании была рекордная жара, и многие участники Mad Cool выступали под прямыми лучами солнца, рискуя здоровьем. Лорд сделала из этого шоу. Датчики остались на ее теле, и ближе к финалу их показания вывели на экраны. Для нынешнего этапа карьеры Лорд предельная открытость — главный мотив. Обложка последнего альбома певицы представляет собой рентгеновский снимок ее таза, на котором четко видна внутриматочная спираль.

Аккомпаниаторы Лорд, ее танцоры и техники постоянно перемещались по сцене и менялись ролями. Обыграли даже перекур: коллеги Лорд под одну из песен задирали друг друга, дурачились, скандалили, словно это была сцена за кулисами из фильма «Бердмэн». Лорд обратилась к зрителям:

«В нашем мире сейчас непонятно, где реальное и настоящее. То, что происходит с нами здесь, сейчас, на этом фестивале, точно настоящее. Наслаждайтесь этим моментом, он никогда не повторится».

Ответом зрителей стал флешмоб — развернутое над головами полотнище со строчкой из песни Лорд «David»: «Я никому не принадлежу».

Выступавшая на следующий день певица Холзи от палящего солнца пострадала больше других. В конце насыщенного движением сета, во время которого на сцене горел настоящий огонь, у нее пошла кровь носом, и ее крупный план на экранах — возможно, главное, что останется в памяти зрителей фестиваля.

Передвижную телестудию представляет собой и нынешнее турне Дэвида Бирна. Беспроводные технологии позволяют ему возить группу аккомпаниаторов и танцоров, которые обходятся без какой-либо техники на сцене. Ни проводов, ни барабанных установок, ни микрофонных стоек. Все инструменты в руках, вместо микрофона у каждого гарнитура, как в мюзиклах. Бирн придумал эту рок-н-ролльную батукаду еще в прошлом десятилетии и не собирается от нее отказываться. Но главное все же не сами технологии, а то, что 74-летний рок-классик, экс-лидер Talking Heads, во всех смыслах не стоит на месте.

Что, как считает корреспондент “Ъ”, можно сказать обо всей фестивальной индустрии в целом.