Это… это… это…
Я даже не знаю, как описать увиденное.
Сюжет "Долгого рождественского ужина" до страшного вечный. Один дом, один стол, даже день в году один и тот же. Меняются только годы, и даже сами персонажи не могут посчитать, сколько рождественских вечеров успели увидеть. Что уж говорить о нас, не знающих ни даты начала, ни даты конца? События по ходу действия универсальны и вечны настолько, что с хронологией не помогают совершенно.
И эта универсальность тревожит. Неужели все мы обречены повторять тот же сюжет по кругу, неужели "It will all be the same in a hundred years"? Неужели человек настолько предсказуем, что сто лет жизни прекрасно умещаются в пятьдесят минут на сцене? И тревожнее даже не столько содержимое сансарного колеса, сколько его неотвратимость. Представляю, как вечность смеется, наблюдая за забавно бегающими по кругу нами. Очень маленькому по ее масштабам кругу, надо сказать.
Отсюда же эмоционально сложен финал: кузина Эрменгарда роняет письмо, загорается свет, время поблагодарить труппу стоячими овациями и идти домой. А хочется сначала досидеть на своем месте наедине с улетевшими куда-то в космос мыслями, а потом дрожащим голосом, еле находя слова, лично благодарить всех причастных. У меня-то благодаря камере была такая возможность. А у остального зала?
И напоследок я хочу предложить вам загадку. Не факт, что ответ получится вывести из фоток, но я попытался. Итак, на сцене есть две двери, через которые входят и уходят персонажи. Поняв смысл обеих дверей, задумайтесь: все ли на сцене из нашего мира?
#report@jvstin
А фотки лежат [https://vk.com/album-100568944_309817339|вот здесь].