Одним из самых сильных электоральных преимуществ Гади Айзенкота является простой, неоспоримый факт: он не Биньямин Нетаньяху, комментирует CNN. И для многих избирателей на одних из самых важных выборов в истории Израиля этого вполне может оказаться достаточно.

Но одно из его других достоинств стало центром политической бури, когда известный телеведущий Йинон Магал, которого многие считают рупором Биньямина Нетаньяху, обрушился с критикой на главного соперника премьер-министра. В серии расистских высказываний Магал назвал Айзенкота “обезьяной” с “мизрахи-марокканским” наследием, управляемой “ашкеназской элитой”.

Эти высказывания были направлены против давнего неравенства между евреями европейского происхождения и евреями родом с Ближнего Востока, вызвав бурю негодования в политике и средствах массовой информации, отмечает CNN. Позже Магал заявил, что не хотел высмеивать этническое происхождение Эйснекота; скорее, он использовал термин, используемый преступным миром для обозначения фронтмена, которым управляют из-за кулис. Даже Нетаньяху, не отличающийся раскаянием, осудил эти высказывания.

Тем не менее, этот эпизод пролил свет на семейную историю Айзенкота, подчеркивает CNN.

В течение многих лет многие избиратели мизрахи (это собирательное определение евреев, происходящих из стран Ближнего Востока и Северной Африки) традиционно поддерживали партию Нетаньяху "Ликуд". 66-летний Айзенкот, сын марокканских иммигрантов, ставший генералом Израиля, вырос в Тверии и Эйлате, за пределами центров политической власти страны. Его история резко контрастирует с воспитанием Нетаньяху в элитных иерусалимских кругах власти.

Айзенкот редко упоминает свою этническую принадлежность, но аналитики полагают, что это является частью его привлекательности. Несмотря на то, что год назад в опросах было всего несколько голосов, он стал ведущим кандидатом от оппозиции, который смог сместить Нетаньяху на выборах 27 октября. В Израиле никогда не было премьер-министра из числа мизрахи. Если Айзенкот выйдет на первое место, это будет первый случай, указывает CNN.

Гади Айзенкот - второй из девяти детей и отец пятерых детей. Он относительно новичок в политике, так как большую часть своей жизни прослужил в Армии обороны Израиля (ЦАХАЛ). Он поступил на службу в бригаду "Голани" в 1978 году и за 40 лет карьеры поднялся до должности начальника штаба с 2015 по 2019 год, служа под началом Нетаньяху.

Его пребывание на этом посту стало одним из самых спорных эпизодов в новейшей военной истории Израиля. В 2016 году сержант Элор Азария застрелил раненого палестинца, напавшего на него в Хевроне. Несмотря на давление со стороны правых политиков, включая Нетаньяху, Айзенкот поддержал военное расследование и судебный процесс, заявив, что он защищает дисциплину и этику армии.

Он пришел в политику в 2022 году вместе с другим бывшим главой администрации, Бенни Ганцем. После нападения ХАМАС на Израиль 7 октября 2023 года эти двое вошли в состав чрезвычайного военного кабинета Нетаньяху. Но в июне 2024 года они ушли, сославшись на отсутствие четкой послевоенной стратегии.

К тому времени война уже унесла много жизней семьи Айзенкота. Его младший сын, 25-летний Гал, погиб в боях в Газе в декабре 2023 года, через два месяца после начала войны. Двое его племянников также погибли в бою.

“Над могилой Гала я поклялся, что цена, которую он заплатил, он и его друзья, те, кого он знал, и те, кого он не знал, не будут напрасными”, - написал Айзенкот в газете "Едиот Ахронот" в апреле 2026 года. Он назвал это обещание главным в своей политической миссии.

Айзенкот выходит на финишную прямую как самый сильный кандидат от оппозиции, подчеркивает CNN. Согласно большинству недавних опросов общественного мнения, его партия "Яшар" получит от 20 до 23 мест из 120 возможных в Кнессете, что больше, чем у "Ликуда". Он также опережает Нетаньяху в опросах о том, кто больше всего подходит на пост премьер-министра.

Но победа далеко не гарантирована, и данные опросов, которые могут быть неточными, имеют меньшее значение, чем арифметика израильской коалиции.

Согласно израильской системе, даже если партия Айзенкота финиширует первой, президент автоматически не поручает ему формирование правительства. Мандат получит законодатель, который с наибольшей вероятностью сможет сформировать коалицию. И вот тут-то и начинается математика.

Опросы общественного мнения показывают, что ни блок Нетаньяху, в который входят ультраправые и ультраортодоксальные партии, ни блок противников Нетаньяху не смогут получить большинство в 61 место. Политический тупик - это вполне реальная возможность, комментирует CNN.

Путь Айзенкота к власти пролегает через левые, правые и центристские партии, и в некоторых сценариях он может зависеть от арабских партий. Нетаньяху потратил годы на то, чтобы лишить легитимности любое сотрудничество с арабскими партиями, и некоторые другие лидеры оппозиции уже заявили, что не будут с ними сотрудничать.

Айзенкот заявил, что попытается сформировать правительство даже без 61 места, что повышает вероятность формирования правительства меньшинства, поддерживаемого арабскими партиями извне. Но правые партии, которые должны были бы стать частью его коалиции, могут отвергнуть этот вариант.

Бывший военный планировщик, Айзенкот не похож на Нетаньяху ни характером, ни стилем, ни темпераментом. На рекламных щитах его предвыборной кампании он представлен как “воин, лидер, объединитель”. Его партия называется ”Яшар“ – ”прямые" на иврите – по мотивам фразы бывшего заложника событий 7 октября Эли Шараби: “Это не правые, это не левые, это прямые”.

Его главные предвыборные обещания - это внутренняя политика и подотчетность. Он обещает создать государственную комиссию по расследованию неудач 7 октября, чему Нетаньяху сопротивлялся с начала войны. Он также обещает обязательную воинскую повинность или национальную службу для всех граждан; уходящая коалиция зависит от партий, которые требуют сохранения общих льгот для ультраортодоксальных евреев.

Однако в вопросах безопасности он является ястребом и разделяет многие позиции Нетаньяху. Как и почти все соперники Нетаньяху, он широко поддерживал израильские военные операции в Газе, Ливане и Иране. В Армии обороны Израиля его связывают с “доктриной Дахии” – применением подавляющей силы против гражданской инфраструктуры для сдерживания будущих нападений боевиков – и “кампанией между войнами”, стратегией тайных операций низкой интенсивности, направленной на подрыв возможностей противника без развязывания полномасштабного конфликта.

Что касается Ирана, то он разделяет основные цели Нетаньяху - не допустить приобретения Тегераном ядерного оружия и ослабить сеть посредников Тегерана. Но он критикует отсутствие стратегии в последнем конфликте и утверждает, что военные достижения должны сопровождаться дипломатией.

Он раскритиковал Нетаньяху за его отношение к войне в Газе, обвинив премьер-министра в затягивании конфликта и подвергании опасности израильских заложников по политическим мотивам, что в конечном итоге заставило его покинуть военный кабинет.

Айзенкот - выходец из силового ведомства, и некоторые из его партнеров по коалиции, скорее всего, принадлежат к правым партиям, не желающим мириться с радикальными изменениями стратегического курса Израиля. Что касается Газы, то он пообещал положить конец правлению ХАМАСА в течение 18 месяцев либо путем реализации плана Трампа по прекращению огня, либо посредством того, что он назвал “творческими” военными операциями.

На практике заявленные Нетаньяху цели в целом схожи, но Айзенкот утверждает, что “пока Нетаньяху находится у власти, ХАМАС остается у власти”.

Прежде чем заняться политикой, Айзенкот предупредил, что продолжение израильского контроля над палестинцами на оккупированном Западном берегу чревато созданием двунационального государства, которое он назвал “концом сионистского видения”. Однако с 7 октября он отверг идею создания двух государств, недавно заявив в интервью, что любой, кто все еще выступает за это, “бредит”, не представляя никакого альтернативного видения.

Он выступает против официальной аннексии и незаконных форпостов и назвал план израильского правительства по строительству в спорном районе E1 на Западном берегу “ошибкой” из-за международных издержек. И он поклялся покончить с насилием со стороны поселенцев и с тем, что он откровенно назвал “еврейским терроризмом”, обвинив правительство в том, что оно связывает руки силам безопасности.

Трамп ясно дал понять о своих предпочтениях: в воскресенье он выразил Нетаньяху свое “полное и безоговорочное одобрение”, назвав его “великим премьер-министром-воином”. Он предупредил, что любой другой был бы “неправильным лидером”, предположив, что тогда США пришлось бы противостоять Ирану в одиночку.

Согласно израильским источникам, знакомым с ситуацией, Айзенкот и другие лидеры оппозиции через посредников, включая республиканца-мегадонора Мириам Адельсон, убеждали Белый дом не участвовать в предвыборной гонке. Это не сработало. Нетаньяху и Трампа связывает долгая история, охватывающая переезд посольства США в Иерусалим в 2017 году, выход из ядерной сделки с Ираном в 2018 году, соглашения Авраама в 2020 году и удары по Ирану в 2025-2026 годах.

Когда политический аналитик Барак Равид спросил Трампа, мог бы он работать с другим премьер-министром, он ответил: “Может быть, я буду работать, а может быть, и нет, кто хочет рискнуть?”

Тем не менее, за последний год Нетаньяху предпринял шаги, которые разозлили Трампа и других членов его администрации, включая удары в Ливане и Газе, которые подрывают его усилия по установлению мира в регионе.

Правительство, возглавляемое Айзенкотом, без крайне правых партнеров Нетаньяху Итамара Бен-Гвира и Бецалеля Смотрича, вероятно, было бы более умеренным и дало бы Трампу больше возможностей для региональной дипломатии, в том числе на пути нормализации отношений с Саудовской Аравией, что является давней целью. Хотя Эр-Рияд по-прежнему требует надежного пути к созданию палестинской государственности, коалиции, которая не зависит от крайне правых, вероятно, будет легче двигаться в этом направлении, отмечает CNN.