#wh40k #soi_article
Нефилимский Сектор больше не ведал тишины. Война, принимавшая всё более ожесточённый, отчаянный и эзотерический характер, бушевала на бесчисленных мирах, глубоко под их поверхностью и на околопланетных орбитах. Опоясанные зубчатыми стенами заводы-цитадели, удерживаемые макрокладами скитариев и боевых сервиторов, отчаянно сражались, задействуя каждый бионический привод и каждую жилу уцелевшей плоти, дабы отбросить назад легионы бессмертных некронов. Воинства Космодесанта, Сёстры Битвы и последние, измождённые кошмарами остатки некогда гордых полков Имперской Гвардии вели непрерывную войну за выживание против многократно превосходящих сил противника.
Из своего командного святилища на борту ковчега Механикус «Зар-Квезитор» великий архимагос Белизарий Коул взирал на разрозненную стратегическую картину с растущим раздражением. В этом колоссальном регионе, масштабы которого полностью превосходили человеческое понимание, обстановка находилась в состоянии непрерывного хаоса. Архимагос отчётливо сознавал, что изучаемые им тактические гололиты являлись лишь грубыми упрощениями, а издаваемые им приказы — не более чем умозрительными догадками верховного командования Викраена, утверждавшимися зачастую лишь тогда, когда обстановка на передовой успевала измениться до неузнаваемости.
Глубокую тревогу Коула усугубляло тотальное разрушение, которое сеяли его собственные собратья-магосы вопреки его прямым запретам. Архимагос невольно задавался вопросом: как примарх Гиллиман отнесётся к тем чудовищным зверствам, что совершали слуги Бога-Машины во имя победы, и к тому колоссальному ущербу, который был нанесён тем самым мирам, ради спасения которых их и направили в этот сектор? Его собственный масштабный проект по созданию лиминальных излучателей всё ещё не принёс весомых плодов, хотя первые прототипы Коула наконец-то начали подавать надежды. Древние священные чертежи, на которые он уповал, всё же оказались верны, однако теперь становилось очевидно, что время безжалостно работает против претворения его замысла в жизнь.
Однако хуже всего, с точки зрения архимагоса, были тревожные слухи, ползущие из системы Скахрен. Дальняя энергетическая ауспиция глубокого космоса прямо указывала на то, что в самой структуре мироздания произошёл фундаментальный разрыв, в то время как мрачные расклады Таро Императора пророчили зловещее пришествие скверны Хаоса по всем фронтам.
Белизарий Коул ещё не располагал надёжными разведданными, дабы в точности установить, что именно стряслось в системе Скахрен, однако логика и интуиция подсказывали ему: ничего хорошего ждать не приходится. Впрочем, в одном вопросе архимагос всё же находил утешение. До него дошли срочные депеши с заверениями, что боевой группе «Гефест» осталось лишь продержаться в крепости Сторнвора ещё совсем немного. Робаут Гиллиман наконец-то выступил в поход; по слухам, примарх шёл во главе поистине грозного воинства, набранного из самой элиты Первого флота Неодолимого крестового похода. Коул твёрдо знал: как только Гиллиман прибудет в сектор, для врагов наступит час расплаты.
Великого архимагоса могло бы утешить знание того, что Безмолвный Король нёс бремя столь же тяжких бед, что и сам Коул. Однако то, что Сарех куда лучше понимал истинное положение дел, не приносило ему никакого утешения. Молниеносное наступление, призванное решительно перехватить инициативу и вернуть контроль над узловой матрицей, вместо этого было катастрофическим образом сорвано. Сарех не находил логического объяснения тому, как столь чудовищный по силе всплеск активности Варпа мог произойти в непосредственной близости от его чернокаменных пилонов. Что самое критичное — ответа не знали ни Серас, ни остальные верховные криптеки, на чьи знания слепо полагался Безмолвный Король.
После того как его легионы потерпели позорное поражение в системе Скахрен, Сарех был вынужден перебрасывать резервы с других театров военных действий, дабы защитить свои рубежи от этой новой угрозы. Человечество не могло знать об этом, но людям оставалось лишь выстоять под его натиском ещё самую малость, и Безмолвный Король смирился бы с неизбежным поражением, повернув к сугубо оборонительной стратегии.
Подобная перспектива приводила владыку в бешенство, но она бледнела перед той холодной яростью, которую Сарех испытывал из-за вероломных действий Имотеха, а теперь — если верить донесениям шпионов — ещё и Орикана Предсказателя. Повелитель Бури, явно почуяв слабость позиций Сареха, развернул свежие наступательные операции на нескольких ключевых фронтах. Хуже того, теперь он, судя по всему, числил Орикана среди своих ближайших придворных советников. Что именно толкнуло великого хрономанта на этот союз, Сарех не ведал, но это знамение, без сомнения, предвещало новые грозовые тучи на горизонте.
Crusade: Pariah Nexus.