Дуэль#31 Участники: Дмитрий Федяй, Анастасия Степанова, Елизавета Шефер, Юлия Любимова, ...

Дата публикации: 20-10-2026 08:09:52

Дуэль#31
Участники: Дмитрий Федяй, Анастасия Степанова, Елизавета Шефер, Юлия Любимова, Светлана Красная, Алексей С, Алекс Мэтч, Максим Игнатьев
Тема: Последняя запись бортового журнала
Жанр: космическая фантастика
Рассказ#2 | ЗАДАЧНИК НЕ ДЛЯ ВСЕХ
Писк — и в комнате вспыхнул свет, включились мониторы. Панель управления сверкала белым, гладкие клавиши почти не выступали над поверхностью и не были разделены между собой. Чёрные символы легко читались.
В комнату вошёл мужчина. Зевнул, прикрыв рот, окантованный седой растительностью. Вторая рука была занята кружкой, которая совершенно не подходила ни к его белому халату, ни к стерильному пространству, напоминающему лабораторию.
Это была расписная чашка с завитками на ручке и золотистой каёмкой. Из другой эпохи... нет — из другого мира.
Чайный аромат заполнял помещение.
— Ну что, голубушка, за работу? — мужчина подмигнул чашке и уселся на белую сферу у панели. Та чуть смялась, а затем из неё выросла спинка, точно повторяющая осанку человека.
Кружку мужчина аккуратно поставил на свободную от кнопок панель и тряхнул рукой:
— Эх, где мои тридцать, ну на худой конец сорок…
Затем провёл ладонью над консолью, и та ответила короткой белой вспышкой.
— Приветствую, профессор Лодочкин. Как ваше утро? — голос, казалось, лился отовсюду: динамиков нигде не было видно.
— Неплохо, Миса. А у тебя?
— Искусственный сон завершён успешно.
— Боже, Миса, ты говоришь как машина! Постой, не перебивай, я знаю, что ты и есть машина. Но ты же должна имитировать сознание! Мы ж потому и назвали тебя так — М.И.С.
— Простите, профессор, старые привычки.
— Ну ладно, не обижайся. Лучше покажи данные за последние двенадцать часов. Есть изменения?
Экраны загорелись, и на них появились диаграммы, таблицы, множество цифр и аббревиатур. Профессор откинулся на спинку, почесал нос, а затем сложил руки на груди.
Дверь почти бесшумно сдвинулась. Лишь шелест, похожий на тот, с каким ветер играет листвой, нарушил тишину. Но академик услышал, повернулся и расплылся в улыбке.
— Товарищ Лодочкин, вы уже тут, — улыбнулся в ответ молодой парень, на голову выше академика.
В этой стерильной комнате он выглядел серым пятном: на нём был комбинезон с эмблемой. Белая сфера, окружённая двумя перпендикулярными кольцами, походила на схему атома гелия.
— Товарищ... — Лодочкин задумался. — Сколько слов перебрало человечество: друг, приятель, коллега, сэр, мэм, леди, мадам, френд... а в итоге вернулись к «товарищу».
— Вы как всегда, профессор.
— Ой, где мои манеры! Приветствую, товарищ Костров, — профессор протянул руку. — Вы по делу или так, поболтать?
Костров подошёл ближе и пожал руку в ответ.
— Я бы с радостью, но мир ждёт от нас не этого.
Лодочкин вздохнул, повернувшись к экрану.
— Привет, Миса, — кивнул Костров экрану. Ему почему-то казалось, что она живёт именно там.
— Пятые сутки возле Гекаты-328 и никакого толку: электромагнитные волны, световой спектр, даже кванты посылали — никакого ответа. Только стабильное излучение в видимом спектре.
— Но не может же это быть природной структурой, профессор?
Лодочкин хмыкнул.
— Забавно, мы научились преодолевать огромные расстояния за мгновения, собирать космостанции, заселили новые миры, но так до сих пор и не раскрыли устройство Вселенной. Однако… этот «Пузырь» точно не природный. Слишком идеальный.
Оба посмотрели на экран. Объект Геката-328 и вправду походил на огромный пузырь. Его белая поверхность не отражала ничего.
— Не густо, — причмокнул Костров.
— Есть идеи, лейтенант? Или капитан Горыч уже что-то придумал?
— Нет, профессор. Ждём и наблюдаем пока что. Ладно, я пойду, передам капитану лично ваше сообщение.
— Если это не успела сделать Миса.
Костров кивнул одобрительно, развернулся и исчез за дверью, оставив Лодочкина один на один с имитатором сознания.
Преодолев ещё несколько сотен метров коридора, лифт и металлическую дверь, лейтенант оказался наконец-то на мостике станции. Это было полусферическое помещение, где треть стены занимал прозрачный защитный экран из прочных композитов.
Через него можно было увидеть космос. Множество звёзд заполонили тёмное небо, звезда Гекаты и та самая белая сфера. Размером с небольшую планету, за которую её долгое время и принимали, хотя странность сигнала не давала полной уверенности в этом.
— Ни за что б не поверил, что такое может существовать. Вот что это, Костров? — мужчина с глубокими морщинами и проседью в бородке повернулся к лейтенанту.
— Капитан Горыч, — отдал воинское приветствие лейтенант, — ни единой идеи, если честно.
— И у меня, Костров. Но это точно сделали не люди.
— Первый контакт? — Костров прошагал и встал рядом с капитаном.
— Главное, чтобы не последний. Что там Лодочкин? Нового чего-нибудь?
— Миса вам не доложила ещё? Пока пусто, сфера поглощает всё, что только можно. Кроме визуального спектра.
— И куда она это всё впихивает, хотел бы я знать. Какие там конденсаторы и аккумуляторы внутри.
— Технологии, капитан.
— Надеюсь, не боевые, — скривился недовольно Горыч.
— Капитан! — донёсся голос Лодочкина из динамика. — Кажется, я нашёл ответ. Похоже, это загадка, которую нам нужно решить, чтобы открыть проход. Я сейчас подойду на мостик и обсудим.
— Только вот задачек на логику нам и не хватает. Но ладно, что нам стоит терраформер планет построить, да? — усмехнулся капитан.
Костров улыбнулся, но взгляд по-прежнему оставался на белой сфере. Послышался шелест, дверь на мостик опять открылась, и в помещение лёгкой походкой вплыл Лодочкин со своей кружкой. Подошёл чуть ближе, сербнул чая и начал говорить:
— Значит, изучил я весь спектр, выдаваемый этой самой сферой, и обнаружил интереснейший парадокс. Ровный диапазон от трёхсот восьмидесяти до семисот пятидесяти нанометров. Что это значит, догадаетесь?
Капитан и лейтенант переглянулись.
— И что же? — приподнял бровь Горыч.
— Это ровно тот диапазон, который видит человеческий глаз. Это не просто маскировка, это явное биологическое послание. И известно даже кому — людям. Только мы способны видеть в таком диапазоне.
— А может, и те, кто эту сферу создал, — парировал лейтенант.
— Ну это вряд ли, голубчик, — отмахнулся профессор. — Какова вероятность, что два вида, развивающихся на разных планетах, будут иметь одинаковое устройство глаза?
— Примерно такая же, какая есть вероятность встретить разумную расу в космосе — почти нулевая, — ответил Горыч. — Вот я только всё равно не понимаю: если это задачка, то решение какое?
— Думаю, ответ в наших глазах. У нас есть три вида рецепторов, распознающих цвета. Вот именно по ним и нужно отвечать.
— Три световых сигнала? Или одновременно?
— Вот этого я не знаю. Попробуем одновременно для начала.
— Ну хорошо, товарищ Лодочкин, какие нанометры нужны?
— Четыреста тридцать, пятьсот сорок и пятьсот семьдесят два.
— Ну, вы слышали профессора! Давайте, маякните им. Покажем, что мы приняли приглашение.
Остальные находившиеся на мостике люди начали настройку. Лазерный луч переделали в световой прожектор и через несколько минут были готовы посылать сигнал.
— Ну, как говорится, поехали, — капитан махнул рукой.
Вспышка чуть подсветила экран. Мгновение — и сфера исчезла. Вместо неё появилась новая конструкция, похожая на станцию. Из какого-то странного материала, чёрного и гладкого. Вокруг центральных перекрёстных отсеков вращались два кольца перпендикулярно друг другу.
— Вот тебе раз, тут ещё и крутится всё. Просканируйте станцию.
Несколько долгих секунд прошло, прежде чем Миса выдала отчёт:
— Обнаружено несколько блоков питания станции. Обнаружено гравитационное искажение.
— Ага, за счёт этого кольца и вращаются — их удерживает искусственная гравитация, — Лодочкин опять сербнул из кружки.
— Только зачем, простите? Это же неудобно, — скривился капитан.
— Зато весьма практично для защиты от физического столкновения. Да и… может, эти кольца ещё какую-то функцию выполняют. Посмотрите на эту схему, похоже, там вырабатывается энергия за счёт трения гравитационных волн. Вот это технология!
— Гравитационный электропривод?
— Ну, грубо говоря, нечто подобное. Высаживаемся? Ух, что же там, что же там? — у профессора так и загорелись глаза.
— Судя по тому, что нам не отвечают, дома никого. Но не дурной ли тон заходить в гости без спроса?
— Капитан, если бы они этого не хотели, то не оставляли бы загадку и белую пелену, а просто убрали бы станцию. Это явно приглашение.
— Ладно, ваша взяла. Собираем экспедицию! Лейтенант Костров, Вершинский и Федотов, сопроводите профессора. И никакого оружия!
— Вы уверены, капитан? — удивился лейтенант.
— Лучше уж я буду идиотом, что отправил людей погибнуть, чем неудачником, развязавшим межвидовую войну. Уверен, лейтенант.
— Говорят, человек красит место, — улыбнулся Лодочкин, — но мне кажется, что только если человек на своём месте.
Четверо собрались у челнока. Небольшой корабль находился не снаружи, а в одном из ангаров. Лодочкин глянул на новенький корабль, который ещё ни разу не выходил в космос: овальный, с большим смотровым окном и небольшими маневровыми крыльями для полёта в атмосфере планет. Основная же часть находилась позади — сопла мощного двигателя для быстрого перелёта. «Ласточка» — гласило название на обшивке.
Все четверо загрузились внутрь. Костров и Вершинский, мужчина с монолитным каменным лицом, впереди, а за ними — Лодочкин и подтянутый молодой парнишка на вид лет восемнадцати, Федотов.
Корабль находился в «гарпуне» — это была монорельса, которая запускала челнок за счёт электромагнита. Раздался гул от напряжения, затем резкий разгон — и корабль вылетел через открытые ворота ангара, словно пуля рассекая вакуум. Наконец включился двигатель, и челнок начал маневрировать.
К станции подлетели быстро, проскочили между колец и добрались до центральных перемычек.
— Прекрасно. И где вход? — осматривал чёрный металл Костров.
— А глянь вон туда, лейтенант, это случаем не проход?
На экране вспыхнуло выделение: большая щель на обшивке станции выглядела и вправду как проход.
— Похоже, — лейтенант прищурился, надавил на руль, и корабль двинулся дальше.
Повисла тишина. «Ласточка» пролетела в щель и медленно опустилась. Корабль словно прилип к поверхности — а может, так оно и было. Щель затянулась. Именно затянулась, не закрылась как ворота.
— Органика, что ли? — удивился лейтенант.
— Металлоорганика, скорее всего, — поправил профессор. — Невообразимо, какие технологии!
— Проверяю атмосферу, — проговорил Вершинский. — Пригодно для дыхания, как ни удивительно. Идеальный баланс кислорода и азота.
— Я ж говорил — ждали. Вряд ли эти существа сами дышат такой же атмосферой.
У другой стены отворилась новая щель. Команда вышла и направилась к ней. Когда они подошли вплотную, их неожиданно просветил луч сканера.
— Что это было? — Костров огляделся.
— Возможно, проверка на оружие, — Лодочкин осмотрелся, затем шагнул в коридор.
Везде царил полумрак. Тусклые сферические лампы светили бледным розовым цветом.
— Яркий свет эти создания явно не любят, — отозвался Федотов.
— Похоже на то, — ответил Лодочкин. — Нужно найти мостик. По схемам не было видно наружных окон или чего-то подобного, так что вряд ли он снаружи. Нужно двигаться к центру.
Костров оглядел коридор, затем повернул направо.
— Судя по карте, — он посмотрел на экран, встроенный в скафандр, — нам сюда.
Тишину нарушали лишь шаги. Они медленно двигались, осматривая стены одну за другой. Дверей нигде не было, и понять, куда идти, было совсем сложно.
Но вот неожиданно кусок стены раздвинулся, впуская в другое помещение. Костров вошёл первым, за ним — Лодочкин. Тот аж присвистнул от удивления.
— Надо же, они построили мостик прямо в середине станции. Защита высшего класса. А осматриваются, видимо, при помощи камер — или что там у них вместо них.
Пирамидальная комната озарилась светом. Стены вспыхнули, и на них отобразился внешний космос. На одной из панелей путники увидели свою станцию со множеством выступающих частей. Даже мостик в верхней части удалось рассмотреть.
— Как интересно: у них этот самый органометалл одновременно и камера. Большая линза, которая улавливает свет.
— Функционально, однако, — ответил Костров.
— Похоже, они не любят узкую специализацию. Эта раса смешивает разные функции предметов, добиваясь мультизадачности.
— Ладно, а управляться-то с этим как? — Костров подошёл к панели управления или чему-то похожему.
Символов не было. Лишь большая сфера, утопленная в столешницу. Лодочкин встал рядом.
— Попробуем, — с этими словами профессор снял перчатку и приложил ладонь к сфере.
— Профессор! — хотел было окликнуть лейтенант, но было поздно.
Стены-экраны озарились вновь. Перед ним предстал гуманоид с вытянутыми конечностями, овальной головой, морщинистым телом, будто изюм и тремя асимметричными глазами, смещенные к правой стороне головы.
— Приветствую, Земляне. — голос глухой и монолитный, исходил явно не изо рта. — Вы смогли разгадать послание, значит вы достаточно умны. Но вопрос не в уме, а в мудрости. Включив запись вы активировали маяк. Скоро сюда прибудет корабль, но перед этим вам нужно решить ещё одну задачу.
Образ исчез. Вместо него высветился вопрос: «Каков ваш главный инструмент?»
— Лейтенант Костров, что там у вас? — ожил передатчик и послышался голос капитана.
— Очередная задачка на логику, капитан, а как у вас дела?
— Да вот гости прибыли. Точнее хозяева станции.
На одной из стен мостика инопланетной станции экран переключился. Корабль в форме равнобедренного треугольника без остановки крутился. А вокруг, как спутники планеты, вращались три громоздких шара.
Вопрос по экрану уехал вверх, а на экране начали вспыхивать картинки. Ядерный реактор, лазерная установка, установка по синтезу генома, энергетические поля… были вещи и попроще, вроде топора или молотка, но все с какой-то характерной функцией.
— Вот это ребус, инструмент им покажи, — Костров почесал затылок, а если не ответим?
— Боюсь, это экзамен на жизнеспособность, — проговорил Лодочкин.
— Чувствую себя школьником.
— Вообще, так и есть, если говорить серьёзно. Только недавно были первоклашками, которые учились сидеть смирно за столом, но в перерывах могли огреть рюкзаком соседа, просто потому, что он нам не понравился.
— А теперь мы кто? Студенты, — усмехнулся Костров.
— Да нет. Я б сказал бы десятиклассники.
Профессор смотрел на бесчисленные картинки. Мимо проплыло изображение чашки чая.
— То, что нужно, — проговорил профессор.
— Вы уверены? Может, ответ — разум? Или, например, добродетель?
— Это не инструменты, а абстрактные понятия. Разум может быть холоднее льда, а добродетель — с ружьём в руках. Судя по картинкам и словам, тут конкретные предметы или процессы. И если им не понравится чашка с чаем, тогда я не знаю, чего они хотят.
Костров и остальные замерли. Лодочкин сжал кулак, затем прикоснулся пальцем к чашке. Она замерла. Остальные картинки исчезли, надпись пропала. Чашка выросла на всю стену и закружилась.
Лодочкин застыл, не отводя взгляда от изображения. Минуты томительно тянулись. Тишину нарушил тот самый глухой голос:
— Мы с радостью выпьем с вами чая. Где встретимся?
.
.
.
#дуэль_гт

Схожие новости

#	Наименование новости	Тональность	Информативность	Дата публикации
1	Дуэль#31 Участники: Дмитрий Федяй, Анастасия Степанова, Елизавета Шефер, Юлия Любимова, ...	0	8.69	20-10-2026
2	Добрый вечер, Бабушка Капитан. Кирилл Батькович Вестник действительно был здесь ...	5	7	12-07-2026
3	Включай звук и погнали... Сквозь иллюминатор станции "Гюйгенс-7" Земля казалась ...	0	6.67	09-09-2026
4	🪩Ранее: https://m.vk.com/wall799959110_4627 : **Шапочка «Авроры»** Пока наш космолёт прокладывает курс ...	0	7.32	26-07-2026
5	"Вспышка" ------ Учёный поднялся из капсулы для сна ещё задолго ...	0	7.52	23-09-2026
6	Конкурс «Код 21» Номинация: «Писатели научной фантастики» Автор: Солашная Милена, ...	0	9.56	19-10-2026
7	🦊 [Записки Космического Лиса] Бортовой журнал. Запись №23: Воскресный дзен, ...	5	6	28-06-2026
8	КАК ЭТО ВИДЕЛ ГОЛОБОКОВ Вот единый рассказ, сплетённый из этих ...	5	7	01-07-2026
9	На орбитальной станции «Кеплер-4» утро всегда пахло озоном и подгоревшими ...	0	7.77	17-10-2026

Классификация: . Схожих патентов: 0. Схожих новостей: 9. Тональность: 0. Информативность: 8.89. Источник: vk.com.