Азербайджан и Турция с конца сентября переживают разлад в отношениях, поводом для которого послужило решение азербайджанского правительства запретить ношение хиджаба в азербайджанских государственных школах. Это вызвало критику в Турции и Иране. На этом фоне Баку обвинил турецких общественных деятелей, политиков и даже официальных лиц в целенаправленной информационной кампании по дискредитации республики. За счет подобной деятельности, согласно заявлению азербайджанского Совета по медиа и вещанию, они будто бы манипулируют общественным мнением и пытаются подорвать общественное доверие. При этом официальная Анкара не приняла никаких мер для прекращения этой практики, подчеркивается в заявлении.

Спусковым механизмом для разлада в азербайджано-турецких отношениях послужило выступление израильского премьера Биньямина Нетаньяху 23 сентября на Генассамблее ООН. Тогда в знак протеста с политикой Израиля на Ближнем Востоке зал заседания покинули как представители Турции, так и многих других мусульманских государств, кроме Азербайджана. Азербайджанский демарш вскоре вызвал негодование в некоторых турецких СМИ, а ряд комментаторов обвинили Баку в недружественной акции.

В тот же день во время своего выступления в ООН турецкий президент Реджеп Эрдоган назвал ограничение на ношение хиджабов в школах «нападением на фундаментальные права женщин». Хотя он не упомянул Азербайджан, но за пару дней до этого азербайджанское правительство приняло постановление, которое запрещало «дополнительные элементы одежды, нарушающие единые требования к школьной форме и противоречащие принципу светского образования». Хиджаб в документе отдельно не указан, но на практике в школы перестали впускать школьниц и учителей с этим головным убором. Впоследствии это привело к протестам в Баку и других населенных пунктах в стране, а также к арестам порядка 37 человек по обвинению в организации беспорядков.

Чтобы поддержать азербайджанских протестующих, турецкие активисты провели акции протеста у диппредставительств Азербайджана в Стамбуле и Анкаре. Советник Эрдогана Октай Сарал призвал азербайджанские власти воздержаться от ущемления прав верующих, а некоторые члены правящей в Турции Партии справедливости и развития (ПСР) настояли, чтобы турецкие власти подняли этот вопрос перед азербайджанским президентом Ильхамом Алиевым. В стане критиков неожиданно оказался и лидер оппозиционной Народно-республиканской партии (НРП) Кемаль Кылычдароглу, притом эта партия с момента своего основания в 1923 г. выступает за светский характер государства.

Проблема хиджаба болезненно воспринимается в турецком обществе из-за собственного травматичного опыта, говорит доцент МГЛУ Икбаль Дюрре. Обеспечение свободы религиозного самовыражения было одним из главных предвыборных пунктов ПСР, что позволило Эрдогану прийти к власти в 2002 г., напомнил эксперт. По его словам, власти по-прежнему используют эту тему для критики оппозиции, из-за чего НРП пришлось даже признать ошибочность запрета на ношение хиджаба раньше.

Помимо Азербайджана на постсоветском пространстве ношение хиджаба в государственных учебных заведениях запрещено в Казахстане, Узбекистане, Туркмении и Таджикистане. В узбекских и туркменских школах при этом разрешается носить платки в национальном стиле. В Турции запрет на ношение хиджабов в вузах действовал до 2008 г., а до 2013 г. – во всех госорганизациях. В 2016 г. этот запрет был снят для женщин-полицейских.

В ответ Алиев на встрече с членами правящей в Азербайджане партии «Йени Азербайджан» 2 октября заявил, что его страна не нуждается во внешней помощи и покровительстве. Он добавил, что во время двух карабахских войн ни одна страна не протянула руку помощи в критический момент истории, а азербайджанской армии пришлось отвоевывать свои территории исключительно собственными силами. Перед этим, по его словам, Баку закупал вооружения по мировым ценам за свой счет.

Это заявление разительно отличается от выступления Алиева сразу после окончания второй карабахской войны в декабре 2020 г. Тогда он говорил, что Азербайджан чувствовал поддержку со стороны Турции «с первых часов войны», подчеркнув единство обеих стран.

Члены «Йени Азербайджан» назвали высказывания турецких политиков безответственными и популистскими. По их мнению, дискуссии вокруг религиозных и светских ценностей углубляют поляризацию общества. В партии также осудили попытки внешних сил исказить азербайджано-израильские отношения, приписывая им «исключительный характер», чтобы затем выдвигать политические обвинения против Баку.

Азербайджанское руководство расценивает высказывания турецких политиков как элемент давления на Баку, сказал член Российско-азербайджанского экспертного совета Рафик Исмаилов. Нынешние турецкие власти фактически свернули курс первого президента республики Мустафы Кемаля Ататюрка по вестернизации страны, в то время как Азербайджан выстраивает собственную модель с акцентом на светские устои государства, заметил эксперт: «Время от времени между сторонами возникает напряжение, в том числе в подходах относительно выстраивания отношений с Израилем. Но азербайджано-турецкие отношения имеют фундаментальную основу, разлад невыгоден никому. Возникло временное недопонимание, и оно в ближайшее время будет устранено».

Турецкое общество раздражает тесное сотрудничество азербайджанского руководства с Израилем, отметил Дюрре. Тем не менее текущие споры вряд ли будут иметь долгосрочные последствия для азербайджано-турецких отношений, уверен тюрколог. Обе страны тесно взаимодействуют друг с другом по многим вопросам, а нынешние региональные реалии вынуждают их еще теснее сближаться. «Анкара не позволит этим спорам вылиться в открытый конфликт, способный нанести ущерб союзническим связям. Полагаю, в ближайшее время стороны разрешат все разногласии. Турецкие власти еще заинтересованы в Баку как посреднике и связующем звене в контактах с Израилем», – считает эксперт.

Попытки навязывания чужих стандартов и общественно-политического дискурса традиционно вызывают неприятие в Азербайджане, рассуждает азербайджанский политолог Ильгар Велизаде. Хотя осадок останется, но этот эпизод, по мнению аналитика, не имеет принципиального значения для двусторонних отношений.