Mavik, или Александр Фоменков, сегодня одновременно развивает сольный проект, продолжает работать в составе популярной группы Galibri & Mavik. В этом году он записал и выпустил «Журналистку» с Лолитой, представил сольный трек «Иду на восток», а в октябре – в дуэте с SOLIDNAYA «Развязались». О музыке, взрослении, сомнениях и отношениях — в нашем материале.

— Начнем с «Журналистки». Вы сами предложили Лолите записать совместную песню. Как вообще родилась идея этого дуэта?

— Песню «Журналистка» я написал вместе со своим другом, музыкантом Ядрим. После этого мы начали думать, с кем она могла бы интересно прозвучать. Мой знакомый, музыкант Дима Филатов, посоветовал обратиться к Лолите. В итоге я отправил ей трек. Мне показалось, что ее характер, артистизм и манера исполнения могут очень здорово раскрыть эту историю.

— Правда, что Лолита ответила буквально за три минуты? Вы ожидали такой реакции?

— Да, я сам был приятно удивлен. Она очень быстро ответила, сказала, что песня кайфовая, и сразу согласилась записываться. Конечно, когда предлагаешь материал артисту такого масштаба, всегда немного волнуешься. Но здесь все получилось легко и естественно. Я благодарен Лолите за то, что она поверила в песню и наш совместный проект.

— Лолита — артистка с огромным опытом и собственным узнаваемым стилем. Не переживали, что ваши творческие взгляды могут не совпасть?

— Наоборот, мне было очень интересно работать с ней. Первое, что меня поразило, — насколько Лолита открытая, дружелюбная и позитивная. При этом она очень требовательна к себе. У меня не было ощущения, что передо мной человек, которому нужно во всем угождать или бояться предлагать свои идеи. Мы могли спокойно обсуждать материал и говорить друг другу, что думаем.

— Лолита рассказывала, что во время записи переживала из-за вокала и даже допускала, что может уйти из проекта, если вам не понравится результат. Вы видели эту неуверенность?

— Да, меня удивило, насколько критично она относится к себе. При этом я считаю, что именно такая открытость и делает человека настоящим профессионалом. Лолита сама говорила мне: «Сань, говори, как есть. Если плохо — скажи, что плохо. Если хорошо — значит, хорошо». Для меня это очень ценно. Когда артист с таким опытом не боится быть уязвимым и готов честно обсуждать свою работу, это вызывает огромное уважение.

— Получается, несмотря на статус и известность, Лолита не боится учиться и экспериментировать?

— Именно. Мне кажется, это одно из главных качеств больших артистов. Можно добиться многого, иметь огромный опыт, но при этом оставаться открытым к новому и не считать, что ты уже все знаешь. Меня как раз поразило, что Лолите не нужна лесть. Ей важно, чтобы с ней говорили честно, и чтобы в итоге получилась хорошая музыка. Думаю, это отношение многому меня научило.

— «Журналистка» — не совсем легкая романтическая история. Вы сами описывали ее как песню об отношениях, в которых оба хотят быть правыми, но не могут отпустить друг друга. Почему вам оказалась близка именно такая тема?

— Мне вообще интересны истории, в которых есть противоречия и живые эмоции. В отношениях не всегда все красиво и правильно, как в кино. Люди могут ссориться, обижаться, доказывать свою правоту, но при этом продолжать любить друг друга. Мне хотелось передать именно это состояние. И Лолита очень точно его почувствовала. Благодаря ей песня получилась не просто историей про конфликт, а настоящим диалогом двух характеров.

— Лолита назвала вас своим «человеческим открытием». А что эта совместная работа дала лично вам?

— Для меня это прежде всего большая профессиональная и личная радость. Когда я был юным, я смотрел Лолиту по телевизору, а теперь у нас есть общая песня. Сложно представить, что такое произошло бы со мной тогда. Я очень благодарен ей за доверие, эмоции и открытость. И, конечно, за то, что рядом оказался человек, у которого действительно есть чему поучиться.

— Вы продолжаете общаться после выхода песни?

— Да, мы на связи, переписываемся, отправляем друг другу сообщения и кружочки. Для меня это очень приятно. Иногда совместная работа заканчивается вместе с проектом, а иногда после нее остается нечто большее — человеческий контакт и взаимная симпатия. В нашем случае получилось именно так.

— У вас сейчас довольно насыщенный период: сольные песни, работа в составе группы Galibri & Mavik, проекты с молодыми артистами. Не возникает ощущения, что вы сами себе придумали слишком много ролей?

— На самом деле я уже давно привык совмещать несколько ролей. Я и артист, и автор, и саунд-продюсер. Чтобы появилась песня, ее сначала нужно написать, потом продюсировать, довести до нужного звучания и только после этого исполнить. Мне интересно быть вовлеченным во весь этот процесс.

— При этом сольный Mavik звучит заметно спокойнее, чем Galibri & Mavik. Это просто зрелость или вы сознательно меняете интонацию?

— Наверное, и то и другое. Человек меняется, набирается опыта, начинает иначе смотреть на многие вещи — это неизбежно отражается в музыке. В Galibri & Mavik точно очень много танцевальной энергии, легкости, самоиронии — это музыка, которая прежде всего про настроение и желание двигаться. А в сольном проекте мне хочется говорить о более личных и осмысленных вещах, затрагивать темы, которые становятся важнее с возрастом. Я уже не подросток, поэтому естественно, что меняется и мой взгляд на жизнь, на отношения и, конечно, на музыку. Думаю, артист не может годами оставаться в одной точке — он развивается, и это неизбежно отражается на его работе и в творчестве.

— Летом вы выпустили «Иду на восток», а перед этим побывали в Китае. Кажется, будто песня родилась из личной истории.

— На самом деле нет. Изначально меня просто зацепила сама фраза «Иду на восток» — я услышал ее в сериале. А потом уже вместе с Ядримом мы написали песню. Она не про конкретную личную историю, а скорее про отношения вообще: люди могут спорить, расходиться, мириться и при этом снова выбирать друг друга.

— А вот ваш новый трек «Развязались» с SOLIDNAYA как раз звучит довольно драматично. Можно считать, что сейчас вас особенно интересует тема отношений?

— Мне вообще близки истории, в которых есть живые эмоции. Я не очень люблю идеальные картинки, потому что в реальной жизни отношения устроены сложнее. Там бывают и любовь, и обиды, и попытки понять друг друга. Наверное, именно поэтому такие темы естественно появляются в моей музыке.

— Вы много говорите о творческих сомнениях и даже о синдроме самозванца. Как человек, у которого за плечами уже большие хиты, до сих пор может сомневаться в себе?

— Очень легко. Когда начинаешь делать новую песню, всегда есть момент, когда думаешь: а точно ли я все правильно делаю. У меня такое бывает практически с каждой новой работой. Мне помогает только одно — продолжать делать. В какой-то момент песня выходит, получает отклик у аудитории, и ты понимаешь, что все эти сомнения были частью процесса для достижения крутого результата.

— Вы с Galibri не раз подчеркивали, что сольные проекты не означают распад дуэта. Но со стороны может показаться, что каждый идет своей дорогой.

— Мы действительно пробуем разное, но расходиться не собираемся. Просто иногда песне тесно в привычном формате, и ей нужен сольный проект. При этом Galibri & Mavik продолжают работать вместе, и у нас есть новые идеи и музыка.

— В этом году вы также рассказывали о работе с молодыми артистами и развитии FOMENKOF Music. Вам сейчас интереснее самому быть звездой или создавать звезд?

— Мне интересно и то и другое. Я вообще не разделяю эти вещи: когда ты сам продолжаешь развиваться как артист, у тебя появляется еще больше желания работать с другими и передавать им свой опыт. У меня действительно был долгий этап работы за кадром, поэтому я хорошо понимаю, сколько труда, времени и иногда сомнений стоит за появлением артиста и его первой хорошей песни.

Сейчас мне особенно интересно помогать молодым музыкантам находить свой звук, не копировать кого-то и не бояться экспериментировать. Причем мне важно не просто сделать человеку песню, а попробовать вместе понять, в чем его сильная сторона, что может его отличать от других и какое направление ему действительно подходит. Когда видишь, как артист постепенно раскрывается и начинает уверенно двигаться своим путем, это очень мотивирует. Наверное, поэтому мне одинаково интересно и самому выходить на сцену, и создавать что-то новое вместе с другими артистами.

— И все-таки, что сегодня для вас является главным показателем успеха: цифры, хиты, узнаваемость?

— Наверное, все-таки сама музыка. Конечно, цифры, стриминги, чарты и узнаваемость важны — это показывает, насколько широко песня разошлась и удалось ли тебе достучаться до большой аудитории. Но для меня это все-таки не самоцель. Гораздо ценнее понимать, что композиция действительно кому-то нужна, что человек узнал в ней себя, поставил ее в свой плейлист, отправил кому-то или просто вернулся к ней спустя время.

Наверное, именно это я и считаю настоящим успехом — когда песня перестает быть просто твоей и начинает жить уже отдельно от тебя, у каждого человека по-своему. Тогда понимаешь, что ты сделал что-то действительно настоящее.