Басманный райсуд 12 октября вынес первое решение по делу о поставках некачественных сухпайков для Минобороны: замгендиректора АО «Грязинский пищевой комбинат» (ГПК) Эльвира Смирнова, обвиняемая по двум эпизодам мошенничества, получила четыре года колонии общего режима. Теперь рассматривают обвинения в отношении двух фигурантов, отрицающих вину. Среди возможных свидетелей — бывший замминистра обороны Дмитрий Булгаков. «Известия» изучили материалы расследования и выяснили, как была устроена схема и какие механизмы контроля действуют при исполнении оборонных контрактов.

Слушание дела Эльвиры Смирновой проходило в закрытом режиме. Журналистов допустили только на оглашение вводной и резолютивной частей приговора.

— По совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний назначить Смирновой четыре года лишения свободы с отбыванием в колонии общего режима, — объявил судья Константин Очиров.

Во время протокольной съемки Смирнова отворачивалась от камер и прятала лицо под капюшоном. Решение она выслушала без эмоций, лишь отметив, что ей всё понятно. Помимо лишения свободы женщине назначили штраф в размере 1,5 млн рублей. Иск Минобороны о возмещении ущерба удовлетворили в полном объеме.

При оглашении приговора стало известно, что оперативники изъяли из банковских ячеек Сбербанка, принадлежавших Смирновой, 159 млн рублей, $8,9 млн и €1,4 млн наличными. Под арестом также оставили несколько принадлежавших ей земельных участков в Подмосковье, квартиры, машиноместа и нежилые помещения в Москве общей стоимостью более 90 млн рублей.

Перечисление изъятых ювелирных украшений и дорогих часов заняло около десяти минут. Среди них были часы Rolex и изделия Cartier, Tiffany, Hermes и других люксовых марок. Все эти ценности, как и недвижимость, суд сохранил в качестве обеспечительной меры для исполнения требований Минобороны и уплаты штрафа.

Эльвиру Смирнову задержали в апреле 2024 года и отправили в СИЗО. Следователи уверены, что она входила в организованную группу, действовавшую с июня 2021-го по апрель 2024-го, созданную для хищения бюджетных средств, сказано в материалах дела.

Участниками схемы, по версии обвинения, были и другие бывшие топ-менеджеры ГКП — Александр Михайленко и Валерия Ковалевича, а также бизнесмен Игорь Котельников.

В 2022 году ГКП заключил договор с АО «Военторг», исполнявшим обязательства по оказанию услуг питания для нужд военнослужащих. Однако, как полагают следователи, вместо выполнения обязательств по поставкам продуктов питания менеджмент предприятия выстроил криминальную схему по хищению госсредств. Обвиняемые систематически завышали стоимость продукции, заменяли требуемое по нормативам сырье более дешевыми и даже некондиционными аналогами. Экспертиза показала, что часть изъятых образцов сухпайков непригодна к употреблению. Их дальнейшее использование официально запретили.

Эльвира Смирнова заключила с прокуратурой досудебное соглашение о сотрудничестве. Оно предусматривает признание вины и показания против других участников предполагаемой преступной схемы.

Остальные обвиняемые вину не признают. Пока Смирновой оглашали приговор, в соседнем зале началось разбирательство в отношении Валерия Ковалевича и Александра Михайленко. Еще один фигурант, Игорь Котельников, скончался в СИЗО от сердечного приступа незадолго до начала процесса. Однако производство в отношении него не прекратили: родственники намерены добиваться признания его невиновности посмертно.

В ходе разбирательства, вероятно, также допросят бывшего замминистра обороны Дмитрия Булгакова, обвиняемого в мошенничестве по другому делу. Ранее он уже давал показания о поставках сухпайков в качестве свидетеля.

За последние пять лет правила в сфере государственного оборонного заказа существенно изменились. Однако считать, что контроль просто стал жестче, было бы неверно, отмечает адвокат, старший партнер МКА «Дауди и Партнеры» Тимур Дауди.

— В сентябре 2022 года в Уголовном кодексе появились статьи 201.2 и 285.5, устанавливающие специальные составы преступлений в сфере гособоронзаказа. Они распространяются как на представителей исполнителей, так и на должностных лиц, — рассказал эксперт «Известиям».

Появились и механизмы ускорения закупок, в том числе возможность заключать контракты с единственным поставщиком.

— Таким образом, правила развивались одновременно в двух направлениях: упрощение отдельных процедур для ускорения поставок и ужесточение требований к участникам. Однако основные механизмы финансового контроля и приемки продукции существовали задолго до 2022 года, — пояснил Дауди.

Контроль за исполнением оборонных контрактов не ограничивается проверкой качества продукции при приемке. Он также включает оценку выполнения договорных обязательств, обоснованности цен, финансовых операций и соответствия поставок установленным требованиям.

При этом эффективность контроля зависит не столько от количества проверок, сколько от их качества, считает эксперт. Важно, насколько тщательно проверяют реальную стоимость продукции и независимость участников закупок, а также насколько объективно оценивают исполнение контрактов.