Просмотр новости
Найдите то, что Вас интересует
Спутники
РН
SpaceX
Роскосмос
NASA
СпутникиРНSpaceXРоскосмосNASA[club234407694|Поддержка Мегапрофельс, обновления, рассказы] представляет
Часть 1. «Ребята и Марс»
Глава 1 Программа для передвижения планет
Мало кто знает, но на Марсе есть жизнь. Там живут существа, лишь отдалённо похожие на людей. У них есть удивительная способность: они могут превращаться в тех, на кого посмотрят.
Четыре миллиона лет назад марсиане создали уникальную программу, способную менять положение планет в космосе. Долгие века она хранилась как величайшая тайна, а теперь стала последней надеждой. На Марсе становилось всё холоднее: ледяные ветра гудели в пустых городах, небо затянуло плотной пеленой, и даже самые тёплые убежища уже не спасали от пронизывающего холода.
Три учёных — Спутраск, Эруль и Гипербола — собрались в тесном отсеке старой обсерватории. Здесь, среди пыльных приборов и мерцающих экранов, стоял единственный рабочий ноутбук — тот самый, что хранил древнюю программу.
— Сейчас я введу пароль, — пробормотал Спутраск, пальцы его дрожали над клавишами, — и наша планета станет третьей от Солнца.
Эруль нервно поёжился и поправил тяжёлый скафандр.
— Давай быстрее, — проворчал он, — в этом костюме невозможно пошевелиться, а без него мы через пять минут превратимся в ледяные статуи.
Спутраск кивнул и нажал последнюю клавишу.
— Готово, — тихо произнёс он.
На экране ноутбука закрутился серебристый кружок — медленный, гипнотический, будто отсчитывающий мгновения до чего-то огромного.
Гипербола, не в силах сдержать восторг, хлопнула в ладоши.
— Ура! Скоро погреемся на солнышке! Мы снова почувствуем тепло!
Но радость длилась недолго. Вместо долгожданного сообщения о запуске программы на мониторе вспыхнула новая надпись:
«Подтвердите, что вы не робот. Выберите все картинки, где есть марсиане. Шаг 1 из 4».
Гипербола нахмурилась.
— А почему из четырёх? Раньше был всего один шаг!
Спутраск пожал плечами, стараясь выглядеть спокойнее, чем был на самом деле.
— Это улучшенная защита от роботов. Видимо, система стала умнее.
Он быстро пробежал взглядом по сетке миниатюр.
— Так, марсиане есть на картинках 1, 3, 4, 5, 7, 8 и 9.
Снова закрутился кружок. Десять бесконечных секунд тянулись, как целая вечность. Наконец, на экране появились странные символы: «5+, 5+, 4+, 2-, 2-, 4-, 1,3-, 3+, 2-».
Гипербола уставилась на экран, будто надеялась, что непонятные знаки вдруг сложатся в понятное слово.
— Что это? — прошептала она.
Эруль прищурился, вглядываясь в строчки.
— Похоже на школьные оценки. Такие ставят детям на Земле.
Спутраск удивлённо приподнял бровь.
— Земля? Это та планета, что раньше была рядом с нами?
— Да, — коротко ответил Эруль, взгляд его стал твёрдым и решительным. — И теперь мы полетим туда.
Спутраск и Гипербола переглянулись, а потом почти хором ответили:
— Есть, капитан!
В тот же миг ноутбук издал тихий мелодичный звук, экраны вспыхнули десятком новых окон, а за стенами обсерватории что-то глухо загудело — будто сама планета вздохнула, готовясь к невероятному путешествию. И в этом гуле уже слышалось не ледяное безмолвие Марса, а обещание тепла, света и чего-то совершенно нового.
И вдруг среди мелькающих строк на центральном экране мелькнуло нечто совсем иное — не системное сообщение, а будто чья-то небрежная приписка, сделанная поверх кода:
«Они уже здесь. Не запускайте программу. Они ждут, когда Марс сдвинется с места».
Гипербола замерла, не донеся палец до кнопки перезагрузки.
— Кто… кто это написал? — прошептала она.
Спутраск всмотрелся в строчку, будто надеялся разглядеть за буквами чей-то силуэт.
— Это не часть протокола, — медленно произнёс он. — Такой строки в программе быть не должно.
Эруль шагнул ближе, голос его звучал глухо, будто слова давались с трудом:
— Значит, кто-то уже знает, что мы пытаемся сделать. И, похоже, они не хотят, чтобы мы спасали Марс.
Тишина в отсеке стала густой, почти осязаемой. А потом из дальнего угла, где темнел запасной терминал, донёсся тихий, едва уловимый звук — будто кто-то медленно провёл пальцем по клавишам… и остановился.
Спутраск резко тряхнул головой, сбрасывая оцепенение.
— Мы не можем ждать, — проговорил он твёрдо. — Если останемся, мы просто замёрзнем. Пусть кто-то там что-то задумал — мы обязаны попытаться.
Гипербола сжала кулаки, её глаза блеснули решимостью.
— Тогда действуем по аварийному протоколу. Переключаю питание на резервный контур.
Пальцы её забегали по панели. Один за другим тусклые индикаторы загорались зелёным. Эруль метнулся к главному пульту, быстро перещёлкивая тумблеры.
— Система реагирует, — хрипло бросил он. — Тяга нарастает.
На центральном экране строка с предупреждением вдруг замигала и исчезла, будто её стёрли чьей-то невидимой рукой. Вместо неё появилась новая надпись: «Запуск в ручном режиме. Подтвердите действие».
Спутраск не колебался ни секунды. Он вдавил большую красную кнопку и выдохнул:
— Поехали.
Пол под ногами дрогнул, потом ещё сильнее — и вдруг всё вокруг словно замерло на долю мгновения, как бывает перед прыжком. А затем пространство будто разорвалось на полосы света, и обсерватория исчезла в вихре звёзд.
Когда мир снова обрёл очертания, перед ними раскинулось бескрайнее чёрное небо, усеянное незнакомыми созвездиями, а прямо по курсу, огромная и золотисто-оранжевая, плыла Земля.
Гипербола прижалась лбом к холодному стеклу иллюминатора и тихо рассмеялась:
— Мы сделали это… Мы улетели.
Эруль устало опустился на край панели, но в его голосе слышалась гордость:
— Теперь главное — чтобы нас там ждали не враги, а друзья.
А где-то позади, в ледяной пустоте покинутого Марса, в темноте обсерватории один-единственный индикатор продолжал медленно мигать, будто кто-то всё ещё ждал их возвращения.