Ученые выявили возможную связь нервной анорексии с редкими изменениями гена PLIN4, который участвует в хранении жира и преимущественно активен в жировой ткани и мышцах. Потенциально повреждающие варианты обнаружили у 17 из 154 обследованных пациентов — примерно у 11%, тогда как в генетической базе сравнения этот показатель составлял около 3%. Как обмен жиров может быть связан с расстройством пищевого поведения и почему обнаруженный ген еще нельзя считать причиной болезни — в материале «Известий».

При анорексии длительный недостаток питания может приводить к мышечной слабости, снижению плотности костей, нарушениям работы сердца и другим тяжелым осложнениям. Заболевание относится к психическим расстройствам с высоким риском смерти.

Представление об анорексии как о простом стремлении соответствовать идеалу внешности затрудняет понимание ее природы. Профессор физиологии Университета штата Мичиган Альфред Робисон, участвовавший в работе, отметил, что подобные стереотипы мешают воспринимать заболевание как серьезную медицинскую проблему.

Новое исследование посвящено одному из возможных биологических механизмов уязвимости. Ученые попытались выяснить, могут ли особенности хранения жира иметь значение для части пациентов.

PLIN4 содержит информацию для выработки белка перилипина-4. Этот белок связан с поверхностью липидных капель — внутриклеточных структур, в которых хранятся жиры. Такие запасы участвуют в обеспечении организма энергией.

Особенность PLIN4 состоит в том, что он преимущественно активен в жировой ткани и мышцах. Поэтому обнаруженная связь направляет внимание исследователей к процессам, которые происходят за пределами мозга.

«Пожалуй, самое примечательное в этом исследовании — то, что этот ген преимущественно активен в жировой ткани и мышцах», — отметил исследователь клиники Precision Psychiatry Майкл Латтер.

Если изменения PLIN4 нарушают работу белка, они потенциально могут влиять на хранение и использование жиров. Исследователи рассматривают это как возможное звено в развитии анорексии, которое предстоит проверить экспериментально.

Пока неизвестно, каким именно образом подобные изменения могут быть связаны со страхом набрать вес, ограничением питания и другими проявлениями болезни. Между обнаруженным генетическим вариантом и сложным поведением человека остается ряд вопросов, на которые исследование не дает окончательного ответа.

В исследование включили 154 пациента, обратившихся в специализированную клинику Precision Psychiatry в американском городе Плейно. Это была специально отобранная группа. Участникам предлагали генетическое обследование, если у них была выраженная семейная история расстройств пищевого поведения, несколько неудачных курсов лечения либо необычные клинические проявления. Такой подход помогал искать редкие наследственные изменения в случаях, требовавших дополнительного объяснения.

Исследователи изучали участки ДНК, содержащие информацию о структуре белков. Их изменения могут влиять на свойства белка и его способность выполнять свою функцию. Для сравнения использовали данные генетической базы gnomAD. Это отличает работу от исследования, в котором пациентов и здоровых добровольцев одновременно набирают и обследуют по единому протоколу.

Особенности отбора важны для оценки результатов. Частота вариантов в группе с семейными случаями или устойчивостью к лечению может отличаться от показателя среди всех людей с анорексией. Поэтому полученные цифры нельзя автоматически переносить на каждого пациента.

Редкие варианты PLIN4, которые исследователи отнесли к потенциально повреждающим, обнаружили у 17 участников. Это около 11% обследованной группы. В базе сравнения соответствующий показатель составлял примерно 3%.

Слово «потенциально» здесь имеет принципиальное значение. Для части вариантов предполагаемое повреждающее действие оценивали компьютерными методами. Такой прогноз требует проверки влияния на функцию белка.

У шести пациентов нашли изменения, предположительно способные приводить к утрате нормальной функции гена. В четырех из этих семей родственник с расстройством пищевого поведения нес такой же вариант.

Совпадение внутри семей усиливает интерес к находке: изменение ДНК встречается вместе с заболеванием у нескольких родственников. Однако это еще не доказывает, что именно оно стало причиной расстройства. Члены семьи могут иметь и другие общие генетические особенности, а также сходные условия жизни. Для установления роли PLIN4 нужны дополнительные исследования, которые позволят отделить его возможное влияние от других факторов.

Исследование показывает, что определенные изменения PLIN4 чаще встречались среди обследованных пациентов, чем в базе сравнения. Оно не позволяет напрямую рассчитать вероятность развития анорексии у человека, у которого обнаружен такой вариант.

Например, показатель 11% описывает долю носителей среди участников с заболеванием. Он не означает, что анорексия разовьется у 11% всех носителей. Для такого вывода потребовалось бы наблюдать другую группу — людей с соответствующими генетическими изменениями, независимо от наличия диагноза.

Большинство обследованных пациентов не имели выявленных потенциально повреждающих вариантов PLIN4. Следовательно, эта находка не может объяснить все случаи анорексии. Исследователи подчеркивают, что болезнь имеет полигенную природу: в предрасположенности могут участвовать многие генетические варианты. Обнаружение одного кандидата помогает изучить отдельный механизм, но не сводит сложное заболевание к единственной мутации.

Ген работает в системе взаимосвязанных биологических процессов. На его активность влияют другие молекулы, а белок, который он кодирует, участвует в определенных клеточных функциях. Поэтому обнаружение гена-кандидата помогает искать весь механизм, в котором могло возникнуть нарушение.

«Открытие генов, лежащих в основе этого заболевания, само по себе не решит проблему. Но оно может помочь понять причины болезни у многих людей, и эту информацию можно использовать для разработки новых методов лечения», — пояснил Робисон.

Следующим этапом команда планирует изучать генетические различия, способные влиять на хранение жира. Исследователи также намерены анализировать жировую ткань пациентов, чтобы найти возможные нарушения.

Эти исследования должны показать, отражается ли обнаруженная особенность ДНК на работе клеток и как она связана с клиническими проявлениями. Только после этого можно будет оценивать, подходит ли соответствующий механизм для разработки терапии.

PLIN4 остается перспективным кандидатом для изучения. Значение новой работы заключается в том, что она предлагает конкретную биологическую гипотезу, которую можно проверять, — и помогает точнее исследовать взаимодействие обмена веществ и пищевого поведения.