Давным-давно Когда мы уехали в Москву (99г), я шибко скучал ...

Дата публикации: 02-10-2026 09:39:28

Давным-давно
Когда мы уехали в Москву (99г), я шибко скучал по живительному холоду Голубого озера. Вспоминался мужик, который рассказывал мне у водопада , как он вылечил здесь гниющий указательный палец.
- Теперь я не знаю, что такое простатит, - говорил другой.
-А я родила! Всю зиму тут купалась,- встревала в беседу женщина.
Вспомнились ивановцы, что став в круг, пели гимн в небеса – вознесшемуся Парфию Корнеевичу.
Это были чудные люди, которые здоровались с каждым встречным, заходя в транспорт и магазин, то есть желали здоровья людям, и боже упаси, при них плюнуть на землю – на святую для всех землю.
Вспоминая это, я шел ночью по московской окраине – искать прорубь, жена плелась сзади. С ели, что росла у подъезда московской многоэтажки, на нас равнодушно смотрела освещенная фонарем сова, настоящая лесная сова, перебравшаяся жить в город.
Мы спустились мимо заснеженных голубятен в поле к каналу им Москвы и нашли прорубь. Добрые люди во льду прорезали бензопилой прямоугольник, уходящий от берега в глубину. В черном омуте вдруг всплеснулась и ударила хвостом по воде огромная рыбина. Задыхаясь подо льдом, она приплыла сюда подышать кислородом и уснула.
Я купался, но ощущения были не те, что на Голубом озере. Причем, речная вода при всплесках в свете луны отливала желтизной. Не так, как на Голубом, – горстями алмазных шариков.
Мы жили в съемной квартире, я страдал по земле. Из окна автобуса, или электрички, смотрел на городские лужайки, на сиротские параллелограммы между железнодорожных путей, пустующие, бесхозные, и думал: вот бы мне хоть этот кусочек! Мысленно переносил его загород, представлял на нем домик, баньку, купель.
Участки стоили баснословных денег, но мы заработали и купили.
Я приезжал вечерами на пустой участок в пойме реки у рощи. После выхлопов Москвы сумеречная земля здесь дышала запахами трав, торфа. Открывал дверь «Нивы», и от первого же вздоха кружилась голова.
Жег сухие сучья облепихи, дико разросшейся по всему участку. Пламя пожирало душистую смоленую плоть – хищно, жадно, с треском ломая зубы. Лежал у костра до глубокой ночи. Проникаясь радостным ощущением: у меня есть земля, своя земля! Я не мог уехать. У меня был сотовый, величиной с галошу, минута звонка 25 рублей. Я купил две минуты. И не удержался, позвонил маме. Поражало на то время и то, что я за тридевять земель с дикой местности мог попасть в квартиру к маме. В Казань.
В небе светили звезды. Мая Кристалинская пела из крошечного китайского транзистора, стоявшего в траве возле уха:
Долго будет Карелия сниться,
Будут сниться с этих пор
Остроконечных елей ресницы
Над голубыми глазами озер...
Это была старая песня из детства. Я слушал, лежа на спине, глядел в небо, и казалось, что она поет в космосе, голос ее летит между звезд, которые я вижу восторженными глазами. А собственно так и было, песня летела в эфире, окутывая земной шар, а транзистор только фиксировал.
В течении двух лет мы построили баню, жили в ней, а потом возвели дом.
Рядом с колодцем я оборудовал незамерзающую купель – утопленный в земле сруб, с двухстворчатой утепленной крышкой. Высокая грунтовая вода здесь была прозрачной, даже лечебной. Благодаря залежам голубой глины. Когда открывал крышку на ярком солнце, вода в купели переливалась до глубины серебряными молекулами, словно была живая...
Я строил дом, баню, строил зимой и летом своими руками. Благо, вырос в поселке, владел любым инстрУментом, а главное – деревенской плотницкой и столярной смекалкой (мебель тоже пришлось мастерить самому, на все не хватало денег, надо было еще отсылать в Казань: маме, больной сестре, взрослой дочери). Я очень уставал, но «живая» вода купели спасала, давала сил – во все времена года
В лютый мороз из ада парилки я прыгал солдатиком в жидкий парящий азот. Больно раздувало артерии на шее, сердце от ужаса сжималось в ледышку! Я чувствовал в груди скользкий обмылок. Я рисковал…
Но когда на меня обрушилась череда катастроф, когда волчьи резцы впились в сердце, чтобы рвать его в клочья, аорты выдержали. Будто резиновые. Ныне остались на них только шрамы. И потому низкий поклон дорогой Подмосковной земле, ее ветрам и травам, ее подземным ключам, несущим, будто из древних преданий, свои «мертвые» и «живые» воды.

Схожие новости

#	Наименование новости	Тональность	Информативность	Дата публикации
1	Лидия СЫЧЁВА. Высокий миг Валентина Сорокина	0	21.68	25-08-2026
2	Если ты меня любишь, ты прощаешь мне всё. Соглашаюсь, и ...	0	5.87	29-09-2026
3	Космос [id44368089|Роман Сорокин] "...миллионы лет без смысла и без цели носиться с землей вокруг ...	0	7.35	01-10-2026
4	Утром, часов в одиннадцать, в дверь позвонили. На пороге древняя ...	0	5.1	02-10-2026
5	ЗАПИСКИ ИНВАЛИДА: РИФМЫ, РВУЩИЕ ДУШУ И ПУСТЬ ГОВОРЯТ, ЧТО УМЕР ...	0	4.77	27-09-2026
6	Grubas: Шаровая молния... «Там, где годами ничего не происходит, новости ...	0	7.78	29-09-2026
7	ОЛЕГ КУВАЕВ ЧУКОТКА 1957 г Олега Куваева нет с нами, ...	0	7.08	02-10-2026
8	. Илья Сельвинский Человек умирал на больничной койке. Был он ...	0	8.77	30-09-2026
9	Светлана ЛЕОНТЬЕВА. Из цикла «Непокорённая страна»	0	25.21	17-08-2026
10	Некоторые стихи нужно читать шепотом, а есть стихи, которые сами ...	0	5.74	26-09-2026

Классификация: Арктика. Схожих патентов: 0. Схожих новостей: 10. Тональность: 0. Информативность: 8.16. Источник: vk.com.