Следственный комитет России сообщил о задержании еще трех участников кровавых нападений на военнослужащих в Чечне в 1999–2000 годах. Один из фигурантов причастен к расстрелу колонны Минобороны в станице Червленной, где погибли 15 солдат. Еще двое подозреваются в нападении на пермский ОМОН, унесшем жизни 43 человек. Подробности в материале «Известий».

Операция по розыску и задержанию бывших участников бандформирований прошла при силовой поддержке ФСБ, МВД и территориальных подразделений СКР. Как уточнила официальный представитель Следственного комитета Светлана Петренко, фигуранты были задержаны в трех регионах России: Ингушетии, Башкортостане и Татарстане. Это свидетельствует о том, что спустя более чем 20 лет после окончания активной фазы контртеррористической операции на Северном Кавказе, участники банд по-прежнему пытаются скрываться в разных уголках страны.

Знакомый с ситуацией источник рассказал «Известиям», что задержанию предшествовала длительная оперативная работа, которая завершилась задержанием только тогда, когда были получены неопровержимые доказательства, что это именно разыскиваемые боевики. Для этого использовали экспертов-криминалистов, которые и подтвердили — добытые оперативным путем данные соответствуют параметрам разыскиваемых террористов.

Первый из задержанных, по версии следствия, входил в состав банды под общим руководством Шамиля Басаева и Амира Хаттаба (внесены в РФ в перечень террористов и экстремистов). Ему инкриминируется участие в нападении 4 октября 1999 года на военнослужащих Минобороны РФ в станице Червленной Шелковского района Чечни. События у станицы Червленной вошли в историю как одна из самых трагичных страниц начального этапа второй чеченской войны. Тогда в результате обстрела колонны погибли 15 военнослужащих, еще 28 получили ранения. Этот эпизод стал одним из ключевых в обвинительных заключениях по делу о вооруженном мятеже.

Задержанному предъявлено обвинение по целому ряду тяжких статей УК РФ: ч. 3 ст. 279 («Вооруженный мятеж»), ч. 2 ст. 209 («Участие в банде») и ст. 317 («Посягательство на жизнь военнослужащих»). Следствие располагает данными, что фигурант добровольно вступил в незаконное вооруженное формирование.

Двое других задержанных подозреваются в участии в нападении 29 марта 2000 года на сводный отряд ОМОН ГУВД Пермской области и военнослужащих комендантской роты в Веденском районе Чечни. Это преступление стало одним из самых массовых по числу жертв среди сотрудников правоохранительных органов.

Согласно данным СК, тогда погибли 43 сотрудника правоохранительных органов и военнослужащих, а 102 человека получили ранения и увечья. После боя боевики скрылись, прихватив с собой значительный арсенал: 36 автоматов Калашникова, 13 пулеметов, три снайперские винтовки и гранатомет АГС с боеприпасами. Все трое задержанных заключены под стражу.

Задержание стало возможным в результате системной работы силовиков по ликвидации остатков банд Басаева и Хаттаба. Процессы над участниками этих формирований идут непрерывно. Три месяца назад Южный окружной военный суд приговорил к 23 и 24 годам лишения свободы еще двоих участников банды, напавшей на псковских десантников в 2000 году. Расул Кошманбетов из Нового Уренгоя и Арслал Таушев из села Каясула Ставропольского края были задержаны еще в августе 2020 года. Их обвинили в вооруженном мятеже, бандитизме и посягательстве на жизнь военнослужащих.

По словам собеседника «Известий» в правоохранительных органах, розыск и задержание бывших боевиков из бандформирований Басаева и Хаттаба — это не одна спецоперация, а многолетняя кропотливая работа, которая ведется оперативниками ФСБ, МВД и следователями Следственного комитета. Благодаря межведомственному взаимодействию дела удается доводить до суда.

Основной массив работы, как указал правоохранитель, приходится на Северный Кавказ — Чечню, Дагестан, Ингушетию и Кабардино-Балкарию. Там еще остались «спящие» ячейки и пособники. И найти разыскиваемых не всегда легко, потому что эти люди не просто скрылись — они растворились среди населения, сменили документы, а некоторые — даже внешность. Но система, выстроенная за десятилетия, работает.

— У нас наработан колоссальный опыт именно по северокавказскому подполью. Мы знаем их повадки, связи, маршруты передвижения, родственные и этнические кланы, через которые они пытаются легализоваться, — заявил эксперт.

Источник редакции при этом подчеркнул, что ключевую роль играют специальные базы данных: розыскные ориентировки, дактилоскопические карты, ДНК-профили.

— Сегодня даже если человек сжег документы и сделал себе новое лицо, его выдают биометрические следы. Мы собираем биологию, отпечатки, сравниваем с имеющимися образцами. Это позволяет идентифицировать даже тех, кто считался погибшим или пропавшим без вести, — отметил специалист.

Технологии розыска постоянно совершенствуются, и это приносит результат. Помимо биометрических данных, оперативники активно отслеживают каналы связи и проверяют родственную базу.

— Мы анализируем телефонные соединения, интернет-коммуникации, в том числе мессенджеры. Боевик, как бы глубоко он ни прятался, рано или поздно выходит на связь с семьей, с соратниками. Эти цепочки часто становятся точкой входа, — пояснил сотрудник правоохранительных органов.

Связи разыскиваемых отрабатываются поштучно, добавил он. Проверяются родственники, односельчане, свойственники человека — все, кто может предоставить ему убежище или финансовую помощь.

— Иногда человек скрывается по 10 лет именно потому, что дальний родственник помог ему с документами или жильем. Но и эти схемы мы вскрываем. Работа идет планомерно, и каждый такой эпизод — это чей-то арест и приговор, — заключил собеседник редакции.

В последние годы следственные органы активно выявляют и задерживают участников банды Басаева. 10 апреля 2026 года сообщалось о поимке троих участников на территории Астраханской и Московской областей. Как тогда пояснили в СК, двое из них в ночь с 2 на 3 августа 1999 года приняли участие в вооруженном нападении на пост федеральных сил в Республике Дагестан, а третий 29 февраля 2000 года в составе той же группировки принял участие в нападении на военнослужащих 6 роты 104 полка 76 Псковской дивизии ВДВ на территории Чеченской республики.