МОСКВА, 1 окт — РИА Новости, Виктор Жданов. Одиннадцать месяцев напряженного судебного процесса, 24 подсудимых, 300 тысяч письменных показаний, около 200 свидетелей — впервые в истории были осуждены преступники, завладевшие целым государством и превратившие его в орудие чудовищных злодеяний. Восемьдесят лет назад Нюрнбергский трибунал вынес окончательный приговор. Почему его опротестовала Москва — в материале РИА Новости.

Последний день заседания заметно отличался от предыдущих. Охрану вокруг Дворца правосудия усилили. Внутри дежурили врач и медсестра. Судьи с утра поочередно зачитывали вердикт, но саму меру наказания называл только председатель трибунала. Фото- и киносъемка не велась.

Подсудимые стояли перед судьями и слушали приговор по одному. Оглашение начиналось с краткой биографической справки. Далее — обвинения, по которым преступника признали виновным. Затем — решение о наказании. После этого конвой выводил осужденного из зала и впускал следующего. Перерывов не было.

За агрессивные планы против мира, военные преступления и преступление против человечества, включая геноцид целых народов, к смертной казни через повешение приговорили 12 человек: ближайшего соратника Гитлера главкома люфтваффе Германа Геринга; рейхсминистра иностранных дел Иоахима фон Риббентропа; начальника штаба Верховного командования вермахта Вильгельма Кейтеля; начальника оперативного управления штаба вермахта Альфреда Йодля; начальника Главного управления имперской безопасности Эрнста Кальтенбруннера; рейхсминистра восточных оккупированных территорий Альфреда Розенберга; генерал-губернатора Польши Ганса Франка; рейхсминистра внутренних дел Вильгельма Фрика; главреда пропагандистского еженедельника "Штурмовик" Юлиуса Штрейхера; генерального уполномоченного по использованию рабочей силы Фрица Заукеля; рейхскомиссара Нидерландов Артура Зейсс-Инкварта.

Главу канцелярии НСДАП Мартина Бормана осудили заочно. Тогда еще не знали, что он погиб при штурме Берлина.

Заместителя фюрера по НСДАП Рудольфа Гесса, который находился в плену с 1941-го после загадочного перелета в Британию, приговорили к пожизненному сроку. На процессе он вел себя неадекватно, будто не понимал происходящего.

Из всех осужденных в Нюрнберге Гесс провел в заключении дольше всех. Приговоренных вместе с ним к пожизненному рейхсминистра экономики Вальтера Функа и главкома кригсмарине Эриха Редера освободили досрочно в 1950-х. Гесс же покончил с собой в 1987 году в возрасте 93 лет.

Гауляйтер Вены Бальдур фон Ширах и личный архитектор фюрера Альберт Шпеер получили по 20 лет. Предшественник Риббентропа Константин фон Нейрат — 15. Рейхспрезидент гросс-адмирал Карл Дениц — десять.

Густав Крупп, чей концерн обеспечивал вермахт вооружением, в 1943-м впал в старческий маразм и в итоге был вычеркнут из списка обвиняемых. Рейхсляйтер НСДАП Роберт Лей совершил самоубийство в тюрьме до процесса.

Бывший рейхсминистр экономики Ялмар Шахт попал на скамью подсудимых прямиком из Дахау, куда угодил за причастность к заговору против Гитлера в 1944 году. Вместе с рейхсканцлером Францем фон Папеном и нацистским министром народного просвещения и пропаганды Гансом Фриче его — неожиданно для многих, в том числе для самих подсудимых — оправдали.

СССР и союзники в Нюрнберге расходились по многим вопросам, но здесь компромисс был невозможен. Советский судья Иона Никитченко озвучил единственный за весь процесс формальный протест, так как Москва считала оправдание нацистов недопустимым.

"Оправдание Шахта находится в явном противоречии с имеющимися доказательствами", — отметил Никитченко.

Даже западные журналисты признавали обоснованность советских аргументов. Шахт содействовал захвату власти нацистами и сотрудничал с Гитлером в последующие годы. Именно он обеспечил экономическую базу гитлеровской военной машины и подготовил экономику Германии к войне. Преследование евреев и разграбление оккупированных территорий — также на его совести. Фриче и Папен были слишком важными фигурами в государстве, чтобы их оправдать.

Если не считать заочно приговоренного Бормана, Гесс, по мнению Москвы, должен был быть 13-м повешенным хотя бы потому, что он привнес в расовую теорию нацистов геополитические идеи о жизненном пространстве.

Преступными организациями в Нюрнберге признали СС, СД, гестапо и руководство НСДАП. Правительство рейха, Генштаб и Верховное командование, вопреки требованиям Никитченко, таковыми не сочли.

"Особое мнение" советского представителя стало официальным документом процесса, однако никаких последствий не имело.

Никто из приговоренных к смерти не мог скрыть страха. Даже Геринг, который с первого дня вел себя высокомерно и нагло, заметно пал духом. Услышав от судьи, что будет повешен, бывший рейхсмаршал швырнул наушник и резко направился к выходу. По воспоминаниям судебного психолога Густава Гилберта, приговоренный нацист с трясущимися руками и тяжелым дыханием в камере "упал на кровать мешком".

У Риббентропа подкосились ноги, и он едва добрался до изолятора. Кальтенбруннер перед судьей нервно шевелил челюстями. Кейтель вышел из зала подавленным. Йодль следовал в камеру по-строевому, сказав, что заслужил смерть, но не повешение. Оба генерала позже просили о расстреле.

Около полуночи 15 октября смертников разбудили и, сообщив об отказе в помиловании, предложили им выбрать последний ужин. По одному заводили в гимнастический зал Нюрнбергской тюрьмы, где на небольшой платформе с поперечной балкой их ждала петля.

Геринг был уже мертв. В ночь перед казнью он принял цианистый калий. До сих пор неясно, как ему удавалось скрывать все это время ампулу от охранников и кто мог ее ему передать.

"Однажды большевики повесят вас!" — сказал на эшафоте американцам так и не раскаявшийся Штрейхер. Из-за неточного расчета его шея не сломалась сразу, и палачам пришлось дополнительно душить нациста.

Все приговоры привели в исполнение за два часа. Рано утром трупы на грузовиках увезли для кремации в Мюнхен. У крематория советские, американские, британские и французские генералы лично убедились: тела не подменили. Через двое суток прах военных преступников высыпали в реку Изар. Бесславный путь нацистских вождей закончился.