На днях стало известно, что Челябинская область стала одним из лидеров в стране по внутреннему туризму, наряду с Москвой, Санкт-Петербургом, Ставропольским краем и другими регионами.

Туристов на Южном Урале действительно стало больше, но как обеспечить их безопасность и избежать несчастных случаев в походах и на сплавах? Какие памятники и территории нашего региона ещё мало известны? И чей опыт можно использовать для развития индустрии гостеприимства?

Эти темы стали главными в разговоре с нашим гостем — президентом Федерации спортивного туризма Челябинской области, деканом факультета индустрии спорта и туризма ЧелГУ Сергем Талызовым.

Эльдар Гизатуллин, chel.aif.ru: — Раньше создавалось впечатление, что в индустрии туризма можно работать после минимальной подготовки. Что изменилось в этой ситуации?

Сергей Талызов: — Индустрию туризма можно разделить на спортивные маршруты и коммерческое направление. Если говорить о спортивном маршруте, то чем он сложнее, тем больше времени требуется на подготовку. Для походов 5-6 категории нужна подготовка в течение 6-8 лет. Для походов в горы, сплава всегда нужна была подготовка по линии спортивного туризма. Раньше всегда группы возглавляли подготовленные люди. Исключения составляли семейные выезды, походы выходного дня и так далее.

Сейчас, конечно, наблюдается некое противоречие между стремлением получить прибыль и обеспечением безопасности на должном уровне. Многие фирмы пренебрегают необходимостью привлекать именно специалистов. Но не только потому, что не хотят — просто специалистов действительно мало. Поток туристов большой. Особой популярностью пользуются сплавы — у всех на слуху река Ай. Летом за одну только неделю реку посещает до 10 тысяч туристов. Если разделить на группы по 30 человек, то представьте, сколько сотен инструкторов потребуется. У групп, конечно, есть руководители, но весь вопрос в том, насколько они профессиональны.

Государство подготовило все нормативные документы, чтобы эту проблему решить. Осталось лишь уделить внимание таким важным факторам, как желание, время и, разумеется, контроль.

— В походах и на сплавах нередки несчастные случаи. Выходит, избежать их можно лишь с помощью профессионалов?

— Конечно. Инструктор-проводник необходим на маршруте, где есть категорийные препятствия. Но несчастные случаи это ведь не только «утонул» или «заблудился». Могут произойти и другие неприятности. Деятельность инструктора многогранная. Первый блок — это подготовка маршрута, знание картографического материала, прочее. Второй блок — подготовка снаряжения, питания. Взяли не те палатки, пошёл дождь — вот вам и чрезвычайная ситуация.

Был момент, когда турист отправился на встречу с родственниками и заблудился. И когда его пытались удержать, воспринял это агрессивно — мол, я же деньги заплатил, поэтому хочу и отдыхаю, а хочу — не отдыхаю! Также инструктор должен оказать первую медпомощь. Но тут тоже много сложностей. Инструктор должен только открыть аптечку и показать средства на выбор. Были конкретные случаи: туристу буквально жизнь спасли, а он потом в суд на проводника подал.

Кроме того, человека надо не только напоить-накормить, обеспечить его безопасность, но и развлечь.

— Что мешает Южному Уралу привлекать больше туристов — климат, инфраструктура, имидж или что-то ещё?

— Во всём мире индустрия развивается только в том случае, если налажено эффективное взаимодействие государства и бизнеса. В Челябинской области идёт работа над созданием своего рода дорожной карты индустрии гостеприимства. Предусмотрено развитие и инфраструктуры, и кадрового потенциала, многое другое. Я вхожу в эти рабочие группы и вижу, что вопросов немало. Например, экология — с берегов рек вдоль брендовых маршрутов мусор не вывозится. Около деревень возникают нередко конфликты с местным населением из-за того же мусора, обращения с домашней скотиной и птицей.

Чтобы решить все эти вопросы, нужно время, изменения законодательства — в том числе и федерального.

— Как можно воспользоваться опытом малых городов Центральной России — Плёса, Мышкина, других — для такой же практики у нас?

— Можно изучить опыт Турции. Там находят интересный объект, государство за свой счёт прокладывает дорогу, сети. Всё остальное делает бизнес. У нас же государство не торопится вкладывать средства. Сколько десятков лет говорим о состоянии дороги на Зюраткуль, а результата до сих пор нет. Инвестиции в итоге делает бизнес, но ему нужно вернуть средства как можно быстрее.

Поэтому надо шире использовать возможности государственно-частного партнёрства. Конечно, работать нужно активнее. Первую программу по развитию туризма, в создании которой и я принимал участие, мы разработали ещё 20-25 лет назад. Мы и тогда предлагали разбить регион на туристические кластеры с конкретными инвестпроектами и оформлением земель. До сих пор это не выполнено. Есть успешные примеры, но лишь отдельные, на местах, как это происходит, скажем, в национальном парке «Таганай», где навели порядок. А вот отрицательный пример — это Шихан, куда едут со всей России. Если бы государство вложило средства в развитие этой территории, они давно бы уже окупились.

— Какие территории и памятники Южного Урала ещё ждут своего открытия туристами?

— Их много. Это Чашковский хребет с уникальными скалами. Хорошо бы навести порядок на Александровской сопке, где всё ещё в плохую погоду достаточно опасно. Очень интересен Пещерный лог около Южноуральска. За Кыштымом есть любопытные горные выработки. Большие перспективы у пещеры Кургазак и Айской долины, а также озера Большие Аллаки с необычными скалами в виде НЛО или головы воина в шлеме.

Из исторических памятников стоит упомянуть старые городища под Миассом, достопримечательности Верхнеуральска, Каслей, Кыштыма.

Кроме того, у нас много объектов для промышленного туризма. Это Пороги, заброшенные подземные заводы в Златоусте, современные предприятия.

— Были ли случаи, когда студенты предлагали интересные новые проекты по развитию туризма в регионе?

— Да, в частности ребята занимаются разработкой экскурсией для слабовидящих и слабослышащих туристов, с другими ограничениями по здоровью. Студенты составляют также атлас туристско-рекреационных ресурсов Челябинской области. Мы стремимся к тому, чтобы каждая курсовая или выпускная работа была рабочей, с практическим воплощением.

— Вы готовите специалистов, которые затем часто уезжают в другие регионы — например, на юг или за границу. Можно ли этого избежать или это естественный процесс?

— Такой риск есть. Мы продумываем механизмы совместно с фирмами и предприятиями, чтобы трудоустраивать ребят в родном крае. Кстати, подавляющее большинство выпускников института туризма в Магнитогорске, который я прежде возглавлял, работает в сфере туризма именно в Челябинской области. Так что далеко не все стремятся уехать.