В субботу на острове Лидо раздали призы: главную награду 83-го Венецианского кинофестиваля забрала тревожная послевоенная драма «Неизвестная женщина» Май Эль-Тухи. Этот единственный фильм, снятый женщиной-режиссером, конкурировал с остальными 20-ю работами режиссеров-мужчин. Жюри во главе с Мэгги Джилленхол, публично заявляющей о своих феминистских взглядах и активно продвигающей женскую оптику в кино, можно было бы обвинить в том, что «Золотой лев» достался картине в знак солидарности. Софья Чернозуб, побывавшая на фестивале, рассказывает, почему этот не самый громкий фильм смотра все же достоин признания и высокой оценки.

Май 1945 года, Дания. Няня Мари (убедительно сыгранная Матильдой Арсель Фок) работает у Кристена (Карстен Бьернлунд), зажиточного владельца фабрики по изготовлению перчаток. Она воспитывает его дочь, мама которой умерла от рака. Так что Мари готовится сама стать новой хозяйкой дома — помимо основных обязанностей, она давно заняла место любовницы Кристена. Пока они тихо планируют скорую свадьбу, за стенами их роскошной квартиры происходит линчевание и самосуд: немецкая оккупация спала, и теперь народ рыскает в поисках коллаборационистов и затаившихся пособников режима. Под развевающимися датскими флагами участники «Сопротивления» раздевают догола, бреют налысо и рисуют красные свастики на спине женщинам, уличенным в сексуальной связи с нацистами. Оказаться на их месте может каждая — для этого достаточно одного звонка.

Матильда Фок получила кубок Вольпи за лучшую женскую роль — бесспорная награда фестиваля, отметившая ее бесподобную игру в картине. На протяжении всего фильма она удерживает внимание зрителя на себе и не дает просесть истории ни на секунду: под внешним спокойствием умело прячется тревога и постоянный страх лишиться всего, чем Мари успела обзавестись. И страх этот — сугубо экзистенциальный. Статусность и семья важны для нее не сами по себе: что-то настолько страшное и уничтожающее она пережила в прошлом, что теперь все атрибуты материальной ценности являются для нее символическим подтверждением, что она достойна существовать в этом мире. Поэтому бороться за них Мари будет тихо, чтобы никто не узнал, но жестоко, раз стоит вопрос выживания. Даже если она не хочет, бороться придется. Одна случайная встреча со старым знакомым впутывает Мари в паутину слухов и подозрений, и вскоре красная свастика появляется на дверях и ее подъезда.

Фильм под микроскопом рассматривает отношение к женскому телу во время и после войны, но не ограничивается этим, утверждая, что современное общество недалеко ушло от публичного осуждения женщины из-за того, что ею смог воспользоваться мужчина, хотя сегодня механизмы контроля стали менее дикими. Тело — всегда валюта, ценность которой никогда не зависит от самой женщины. Его могут брать силой, а могут с восхищением, украшая новой изысканной моделью перчаток. Рассматривая разные примеры отчуждения от самой себя, «Неизвестная женщина» пишет коллективный портрет тех, чья жизнь стала разменной монетой истории.

Май Эль-Тухи не стала первой, кто завел разговор на эту важную тему. В конкурсной программе Канн в прошлом году гремел «Звук падения», рассказывающий о жизни нескольких поколений женщин на одной ферме в глубинке Германии. Из-за масштаба картины и тематических пересечений (и по хронометражу, и по стремлению охватить почти целый век) «Неизвестная женщина» смотрится на ее фоне как частная, более камерная и интимная история. Тем не менее этот холодный и молчаливый фильм достоин своей награды: внимательный взгляд постановщицы фиксирует статус женщины в мире, осуждая развязывающих войны мужчин, и задаётся вопросом, как и когда сможем мы это положение исправить.