‼Детские встречи с сущностями «МОЛЯЩИЙСЯ БОГОМОЛ» оставляют впечатления на всю ...

Дата публикации: 03-09-2026 02:59:09

‼Детские встречи с сущностями «МОЛЯЩИЙСЯ БОГОМОЛ» оставляют впечатления на всю жизнь.
Мне было шесть лет, и ночь была такой же, как все остальные, — до того момента, пока ею не перестала быть.
Я не помню, что мне снилось. Помню только, как что-то выдернуло меня из сна, — не звук, не прикосновение, а ощущение. Будто кто-то включил свет у меня внутри головы, и я резко открыл глаза.
Над моей кроватью стояло существо.
Оно было высоким — гораздо выше, чем любой взрослый, которого я знал. Формой тела оно напоминало богомола. Я видел таких в книжках про насекомых: длинное, узкое, с конечностями, сложенными у груди, — только это было размером с человека, а может, и больше. В темноте детской спальни его силуэт казался почти нереальным, будто кто-то вырезал его из чёрной бумаги и наклеил на воздух.
Я должен был закричать. Любой шестилетний закричал бы. Но я не закричал, потому что оно заговорило со мной. Не голосом — голоса у него не было. Слова появились прямо в моей голове, будто их туда положили, аккуратно и мягко, как мать кладёт одеяло поверх спящего ребёнка.
«Не бойся», — сказало оно. И я не испугался. Не потому, что поверил, а потому, что страх просто не успел оформиться — его словно удержали на расстоянии, как удерживают руку ребёнка, когда он тянется к горячему.
«Я хочу показать тебе кое-что», — продолжило оно. И показало.
Я не могу описать это так, как описал бы взрослый. Мне было шесть лет, и язык, которым я пользовался, был детским, а то, что мне показывали, не помещалось ни в детские слова, ни во взрослые. Но я попробую — теперь, когда мне пятьдесят восемь и я наконец решился говорить.
Сначала — про Вселенную.
Она огромна. Я знал это и раньше — в том смысле, в каком шестилетний знает, что «космос большой». Но существо не рассказывало мне это. Оно дало мне это почувствовать. На одно мгновение я ощутил, сколько всего там, — миллиарды миров, наполненных жизнью, разумами, формами, о которых я не мог и помыслить. Это было как стоять на краю океана и видеть не воду, а каждую каплю одновременно.
А потом — тьма. Часть этого великого множества была скрыта от нас. Земля была спрятана, словно её намеренно поместили за стену, — не из злости, а из чего-то, что я тогда воспринял как жалость. Нам нужно было дозреть. Мы были слишком молоды, слишком ранимы, чтобы встретиться с тем, что ждёт по ту сторону стены.
Потом видения сменились, и мне показали войну.
Это было на другой планете — я уверен в этом, хотя не знаю, как могу быть уверен. Небо там было другого цвета, и свет падал иначе, не так, как у нас. Я видел разрушения — не кадры из кино, а настоящие, ощущаемые разрушения: треск, жар, пыль, что-то похожее на свет, который не освещал, а сжигал. Две расы — я не видел их лица, только силуэты, только движения, — схлестнулись в чём-то чудовищном.
Я не понимал, за что они сражались. Может, существо и не пыталось мне объяснить. Может, оно просто хотело, чтобы я знал: такое бывает. Что где-то далеко цивилизации рвут друг друга на части, и это не сказка, а реальность, такая же осязаемая, как одеяло, под которым я лежал.
Образы войны ушли. Существо отпустило меня. Я закрыл глаза, а когда открыл снова — его не было. Комната была пуста. Только ночник горел, и обои с медвежатами, и тиканье часов в коридоре.
Я пролежал до утра без сна, и ни разу не заплакал.
В том году оно приходило ещё. По крайней мере, дважды — я уверен в этом. Возможно, были и другие визиты, которые стёрлись из памяти, оставив только послевкусие: что-то странное случилось, но что именно — не ухватить.
А потом — после — началось другое.
Я стал знать вещи, которых не должен был знать. Мне было семь, восемь, девять, и иногда я говорил семье что-то — не помню точно, что, — и они пугались. Мама смотрела на меня так, будто я сказал что-то не ребёнку полагается. Отец однажды спросил: «Откуда ты это знаешь?» Я не мог ответить. Я просто знал.
Хуже было с серыми.
Богомол больше не появлялся. Но я начал чувствовать других — маленьких, серых, с крупными глазами, — которых никогда не видел, но чьё присутствие ощущал, как ощущаешь чужой взгляд на затылке. Иногда я просыпался среди ночи в ледяном ужасе, зная — не думая, а именно зная, — что они где-то рядом. Не в моей комнате. В округе. Рядом с другими людьми.
И они знали, что я их чувствую.
Это было самое страшное — не само присутствие, а осознание, что они знают. Будто телепатия, которую богомол открыл во мне, как кран, стала каналом, и по этому каналу кто-то слушал с того конца. Я боялся, что они придут за мной. Не потому, что я видел их, — а потому, что я мог их слышать, а они это поняли.
Они не пришли. По крайней мере, я не помню, чтобы приходили. Но страх остался — липкий, звериный, от которого потеют руки и сжимается горло.
Я вырос и стал другим.
Не в том смысле, что все мы становимся другими, взрослея. Я стал другим по отношению к людям. Я смотрел, как мои сверстники переживают из-за вещей, которые казались мне ничтожными, — ссоры, оценки, мода, — и не мог заставить себя отнестись к этому серьёзно. Я анализировал всё. Раскладывал на части. Искал структуру там, где другие видели просто жизнь.
Социально я никогда не вписался. Не из-за замкнутости — я мог общаться, мог быть приятным, — но всегда чувствовал себя переводчиком между двумя языками, ни один из которых не был моим родным. Будто я знал, что по другую сторону стены есть нечто, чего остальные не замечали, и это знание делало меня иностранцем в собственной species.
Интуиция никуда не делась. Предчувствия приходили — иногда смутные, иногда конкретные, — и сбывались достаточно часто, чтобы я перестал списывать их на совпадение. Я никогда не говорил об этом открыто. Я и сейчас не уверен, что хочу, чтобы это читали. Но мне пятьдесят восемь, и молчать всю жизнь — это не жизнь, а бункер.
Я не знаю, появилось ли во мне то, что появилось, из-за богомола — или он пришёл именно потому, что это уже было во мне. Как игла находит магнитное поле — не потому, что создаёт его, а потому, что чувствует.
Но я знаю одно: то, что мне показали в шесть лет, — не выдумка. Не сон. Не игра детского воображения, за которую меня можно было бы простить и забыть. Это было реальным, таким же реальным, как свет ночника и тиканье часов в коридоре.
И я знаю, что мы не одни. Не в смысле «где-то во Вселенной может быть жизнь». А в смысле — они здесь. Рядом. По эту сторону стены — или у её края. Несколько рас, несколько интересов, и мы — маленькие, спрятанные, не дозревшие — пока просто не смотрим в их сторону.
Однажды, думаю, придётся посмотреть.
Я бы мог рассказать больше. Гораздо больше. Но пока — этого достаточно. Если кто-то читает это и узнаёт в моём опыте свой — знайте: вы не сумасшедший. И вы не одиноки.

Схожие новости

#	Наименование новости	Тональность	Информативность	Дата публикации
1	Слово «Бог» для многих стало слишком тесным. Стоит его произнести ...	0	7.75	02-09-2026
2	Начну со сказок. Лет десять-двенадцать назад я видела очень странный, ...	0	6.93	25-07-2026
3	Если реальность это сон, то кто её видит? И не ...	-8	3	04-07-2026
4	День 1. Прибытие. Воздух планеты, неведомой доселе, встретил меня не ...	0	9.56	25-07-2026
5	I вошел в коридор, стены покрыты афишами и объявлениями "куплю ...	0	7.1	24-07-2026
6	Ангел, держащий планету в руках Он стоял на самой грани, ...	3	7	08-07-2026
7	«Я ваш праправнук!». В 1979 году мужики поймали странное существо ...	0	5	30-06-2026
8	***Бонусный текст: Недавно, тут на днях: я решил лечь на ...	0	7.11	23-07-2026
9	Hortus И вот я оказался здесь. Мне не сразу стало ...	0	5	19-07-2026
10	Здравствуйте. Фото сделала моя родственница, пару недель назад. Пришла с ...	0	7.13	03-09-2026

Классификация: Мнения. Схожих патентов: 0. Схожих новостей: 10. Тональность: 0. Информативность: 7.19. Источник: vk.com.