Фото из личного архива Андрея Попова

О шахтерском братстве, опасной работе под землей и о том, как садится лава ЛуганскИнформЦентру в День шахтера рассказывает уроженец города Ровеньки, ветеран забоя с 20-летним стажем, горнорабочий очистного забоя (ГРОЗ) Андрей Попов.

ПУТЬ К ПРОФЕССИИ

— Сколько лет вы проработали на шахте? Почему выбрали эту профессию? Что вас в ней держало эти десятилетия, несмотря на тяжесть?

— В забое я больше 20 лет проработал. Шахта в советское время называлась «Имени XXIII партсъезда».

Я сначала, как из армии пришел, начинал слесарем. У меня были корочки, но поработал месяца два — мне не очень понравилось. Не очень понимал в электрике и электронике. На добычном участке работа не нравилась — хотел именно горняком быть. В советское время это было престижно — работать на проходке или в лаве. И заработки совсем другие. Я дождался курсов УПК (учебно-производственный комбинат — прим. ЛИЦ), начальник подписал, я пошел учиться. Месяц отучился, месяц практики — и пошел в забой.

Почему пошел и что держало? Вся наша семья связана с шахтой, и я сызмальства знал, что буду шахтером трудиться в проходке. А держали хороший, надежный коллектив, престижность шахтерского труда и достойные советские зарплаты.

— Сразу все получалось?

— Получается не все сразу. Это только кажется. Опыт приходит не быстро, а с годами. Коллектив попался нормальный — всегда подсказывали, поддерживали, оберегали, иной раз сдерживали. Так оно и пошло. Я даже не мыслил куда-то идти выше, учиться дальше. Не скажу, что мне прям сильно там нравилось. Работа да — тяжелая, опасная, вредная. Но я считал — это как раз для меня.

АРМИЯ И СЛУЖБА

— В шахту вы спустились после службы в рядах Советской армии. Где и кем вы служили?

— Я служил в Москве — внутренние войска, пожарные части. Тогда еще в Советском Союзе только солдаты были в пожарных частях, не было вольнонаемных или контрактников. У каждой роты свой район выезда. Наш — Чертаново и Бирюлево.

— Нагрузка большая была?

— В день по три-пять выездов, а самое большое — 30 выездов за сутки. Самый запомнившийся случай — тушили сауну в подвале. Сильная задымленность, ничего не видно, очень высокая температура. Получили ожоги. В те времена особой защиты не было — только боевка и обычный противогаз, без холодильника, без ничего. Много квартир тушили, ломали двери — все, что с этим связано. Тушили машины. Всякое бывало. Потом в шахте этот экстремальный опыт и умение преодолевать физические нагрузки и усталость очень помогли.

ОПАСНАЯ РАБОТА В ЗАБОЕ

— Какие опасные случаи были на шахте?

— Работа сама по себе связана с большим риском. Самое запоминающееся — первая посадка лавы. Начали добычу, отошли на 30–50 метров, а сзади остается пустота. Она обязательно садится. Когда садится, выдавливает воздух — получается хлопок. Мне пришлось два раза в это попасть. Прилетало так, что каска слетала. У меня даже ремень расстегнулся — не понял, как. Пыль в зубах, в ушах. А потом идет обратная тяга, хлопок в другую сторону, и лава села. Идешь смотреть, что произошло, где подкрепиться, где породу разобрать. От этого никто не застрахован.

— А как насчет техники безопасности?

— Когда учились в УПК, преподаватель показывал книгу по технике безопасности и говорил: «Эта книга написана кровью. Любая страница, все буквы — кровью». Но если сказать, где какая травма получена, то обязательно вылезет нарушение техники безопасности. Когда же Союз развалился, началась такая ерунда — не хватало ни запчастей, ни леса. Нарушали паспорт крепления. Где лес брать?! И последствия — соответствующие, как иначе?! Где тонко, там и рвется.

— Тогда была в шахтерской среде присказка, мол, если не нарушать — план не выполнишь?

— Ну, это да. Пятилетку за три года, вечное давай-давай, план горит и все такое — было дело. При том, при всем тоже говорили, дескать, техника безопасности должна быть, но и работа не ждет.

ОСОБЕННОСТИ ШАХТЕРСКОГО ТРУДА

— Что вы чувствовали, когда спускались в шахту впервые?

— Первые разы мне даже не страшно было. Очень интересно, любопытно — как там они лазят на коленях, на пузе. У нас просто маленькие пласты были. Приходилось на пузе. Набивали наколенники, налокотники, чтобы не натирало. Держачок на лопате сантиметров 25–30 — не больше, не развернешься. Страха не было — было интересно попробовать. Опыт приходит с годами. Даже если пять лет проработал — все равно не все знаешь.

— Что важно для шахтера?

— Главное — коллектив хороший, взаимопонимание и отношение к работе. Мы тогда были советской закалки. Все на ты, все равны. Пусть старше, опытнее — зарплата должна быть одинаковой. Если я неопытный, я больше дурной работы делаю по неопытности, суечусь, делаю лишние движения. Но зарплата у всех одна, иначе было бы несправедливо.

ДЕНЬ ШАХТЕРА И СЕМЕЙНЫЕ ТРАДИЦИИ

— Что для вас и вашей семьи День шахтера?

— У меня отец работал, все родственники на шахтах. С детства День шахтера — это святой и семейный праздник. В советское время на шахтах давали выходной — но это был не красный день календаря, а наше объединение «Ровенькиантрацит» выходной давало. Если по графику рабочий день — иди на работу, зарплата вдвойне.

— Вы все эти годы проработали в Ровеньках?

— Да. На одной шахте работал. Шахта сначала называлась имени XXIII съезда КПСС. Потом, когда Союз развалился, ее назвали «81-я Киевская». Киевская — потому что поселок строили люди, которые приехали из Киева. Его так и назвали Киевский. Черниговский поселок — те, кто с Чернигова. С нуля строили.

ГЛАВНОЕ ПРАВИЛО

— Какое главное правило вы вынесли из 20 лет в забое?

— Количество спусков должно равняться количеству выездов. Сколько людей опустилось — столько должно и выехать. Это самое главное.

— Что бы вы пожелали молодым шахтерам в День шахтера?

— Здоровья, конечно. И вечером выпьем за тех, кто в забое. Но самое главное — отношение к работе. Если ты добросовестный человек, если ты горишь работой — это и есть главное в душе шахтера.

• День_шахтера
• праздник
• углепром
• шахтер