Губернатор Забайкалья Александр Осипов 14 августа доложил главе МЧС России Александру Куренкову о прохождении паводкового сезона. Цифры впечатляют: осадки — до 2,5 нормы, пять штормовых предупреждений, три волны паводка. Но главная фраза, которая должна была стать триумфальной, звучит так: «При сопоставимых с 2018 и 2021 годами погодных условиях подтопленных домов на сегодня в крае нет».

Только вот «на сегодня» — это 14 августа. А дожди и подтопления были раньше. И вопрос: с чего губернатор взял, что по всему краю не осталось ни одного подтопленного дома? Физически невозможно проверитиь каждый дом во всех населённых пунктах региона в такой короткий срок.

Осипов привёл статистику: число пострадавших жилых домов снизилось с более чем тысячи до 95. «Подтопленных домов на сегодня в крае нет», — заявил он. 

Однако забайкальцы, чьи дома и участки пострадали от подтоплений, с такой формулировкой не согласны.

«Даже если вода ушла, отменяет ли это тот факт, что имущество безнадёжно испорчено? А то звучит так, словно вреда и не было».

«Пострадавших» и «подтопленных» — это разные вещи, подчёркивают жители региона. Дом может быть пострадавшим, даже если вода уже сошла — с повреждённым фундаментом, гнилым полом, испорченной мебелью.

И на этом стоит сакцентировать внимание, не пряча ущерб за ширму позитивных фомулировок.

Физически невозможно за такой короткий проверить каждый двор, каждый подвал, каждый огород во всех населённых пунктах региона.

Данные о подтопленных домах поступают от муниципальных комиссий. Но в некоторых местах люди просто не знают, куда обращаться. Или не хотят — потому что «всё равно не помогут».

В тот же день, 14 августа, Осипов сообщил о введении режима ЧС регионального характера в пяти округах. «Чтобы ускорить помощь людям». 

Уже не только на уровне Читы, но как же остальные округа?

Тот же Хилокский округ, жители которого совсем недавно отчаянно просили огласки и помощи из-за постардавших от паводков домов и огородов, в перечень округов, в которых ввели режим ЧС, не попали. 

Губернатор рапортует об успехах. Комиссии считают ущерб, но только для тех, кто попал в официальные списки.

На самом ли деле «подтопленных домов в регионе нет» или только в отчётах?