Муж заболел внезапно. Хотя я и раньше замечала симптомы: он порой забывал очевидные вещи, однажды на полном ходу машины сбил зеркало у стоявшего рядом авто, а однажды среди ночи встал и начал что-то искать. Когда я спросила, что именно, – посмотрел на меня странным взглядом.

Встретили Новый год. На следующий день у моей мамы день рождения, и мы всегда отмечаем два праздника подряд. Но в этот раз муж опрокинул на пол рюмку, тарелку, посмотрел на меня ясными глазами и сказал: «Мариша, я умираю». Вызвала скорую.

Первого января скорая ездит неохотно – всё понятно: народ празднует, кто-то перебрал, врачи тоже люди и всё такое. К нам неотложка ехала сорок минут, хотя дом родителей находится прямо около больницы.

Приехавшие врачи растерялись, дали больному таблетку глицина, измерили давление, но после моего требования госпитализировали его в соседний дом с диагнозом инсульт.

…Мне в юности часть снился сон – я везу каталку под низкими сводами какого-то подвала, впереди огромная лужа, и я не соображу, как нам через неё перебраться.

Всё повторилось точно как в моём сне – я везла мужа по нескончаемым катакомбам переходов из одного корпуса в другой и остановилась у лужи, которая образовалась, видимо, из-за протекающего потолка. Меня догнал санитар, весело придал каталке ускорение, а сам перепрыгнул лужу и продолжил движение. Меня парализовало от узнавания сна.

Отделение неврологии поразило отсутствием медсестёр и врачей. Дежурный врач, казалось, остался здесь лишь случайно, потому что уснул в лабиринтах больницы в новогодний праздник. На мою просьбу поставить капельницу отреагировал с недоумением, но мы быстро выяснили, что это платная услуга, которую я с огромным облегчением оплатила. Затем я помыла туалет и пол в палате, потому что санитарка в новогодние каникулы отсутствовала. Носила еду, соки, фрукты для всех пациентов, помогала как могла. Чужих людей не бывает.

В общем, попадать в больницу на новогодние праздники не рекомендую никому. Напряжение зашкаливает, ухода почти ноль.

Когда отделение вернулось к жизни, нас отправили на МРТ, и стало понятно… что ничего не понятно. Срочно вызвали нейрохирурга, тот пожал плечами. Я пила литрами валокордин. Пригласили профессора, заведующего нейрохирургией. Тот наорал на всех и обнаружил новообразование в том отделе мозга, где произошло кровоизлияние при инсульте. И если бы это оказался обычный инсульт, можно было бы радоваться и прыгать, хлопая в ладоши.

Профессор забрал мужа в своё отделение.

Я шла домой на ватных ногах и с пустыми мозгами, которые добросердечные друзья тут же стали заполнять идеями. А точно ли существует новообразование? А не попытка ли это выудить из меня деньги? А не стоит ли получить второе врачебное мнение из профильного учреждения? Я решила, что стоит. Тут же нашли доктора из лучшего в Москве института. Он сумеет подтвердить или опровергнуть диагноз.

Как заправская шпионка, я выяснила, когда нашего профессора не будет в отделении, и путём сложных действий привезла врача. Тот с важным видом рассматривал снимки, читал мне лекции о новообразованиях в мозге, и это увлекательное действие продолжалось до той минуты, пока в дверь не вошёл наш профессор. А ведь он никак не должен был появиться. Случилась немая сцена, как в «Ревизоре».

Профессор двумя фразами разнёс приехавшего доктора в пух и прах, попросил передать привет своему однокурснику – директору института, после чего научное светило быстро слиняло. А профессор обратился ко мне:

– Выписываю вашего мужа. Переводите его куда считаете нужным, я не буду работать с пациентом, родственники которого мне не доверяют.

Я села на пол и заплакала. Объясняла ситуацию, в которой мы оказались, ведь целую неделю провели без врачебной помощи, я просто решила перестраховаться. Извинялась, понимала, что выгляжу как последняя дура.

– Коньяку принеси нам, – гавкнул профессор на медсестру, заглянувшую в ординаторскую. – Понимаешь, дочка, – сказал он мне, – твоему мужу назначена сложнейшая операция. Если ты будешь во мне сомневаться, я за неё просто не возьмусь. Мы сейчас в одной связке, нравится тебе это или нет. Я понимаю тебя. Ценю твоё желание подстраховаться, но и ты меня пойми.

– Простите, но мне так страшно! Я просто схожу с ума, – вытирая слёзы, я обняла его за плечо.

– Бог простит. Давай, за результат! – мы выпили коньяку из больничных мензурок. – Иди спать, дочка, молись и приходи завтра, он будет знать, что ты рядом.

Ангел сделал сложнейшую операцию моему мужу, отправил на реабилитацию именно в тот центр, откуда я привезла доктора, и каждый месяц звонил и спрашивал о результате. Это подарило мужу ещё два года жизни.

Марина ВЕРИНЧУК
Фото: Shutterstock/FOTODOM

Опубликовано в №31, август 2026 года