колумнист BURO., искусствовед, галерист и ректор Академии Op-Pop-Art

Каждый раз, когда я думаю над новой выставкой, меня ведет внутренний компас. Я жду, когда чутье искусствоведа поможет мне найти нужное имя и удачный ракурс, — это такой тихий и вдумчивый процесс, я буквально вынашиваю проект. И никогда не угадаешь, за что зацепится мысль. В этот раз мы с командой решили: на новой выставке должен звучать именно женский голос — уже в процессе обсуждения стало понятно, как классно можно вписать эту идею в нашу работу по возвращению имен.

Для выставки «Не только музы» мы выбрали пять художниц, которые работали бок о бок со своими мужьями и спутниками, часто очень известными. Одни героини в первую очередь оставались женами, мамами и бабушками, а их творчество уходило на второй план. Другие успевали не только создавать искусство, но и опекать других авторов. Третьи сделали себе имя и избавились от неловкой приписки «жена такого-то мастера, художница». В каждой из пяти историй очень много жизни — и, честно скажу, открытий для меня самой.

Например, когда я подбирала коллекцию работ для экспозиции и изучала произведения Натальи Гончарук, была совершенно уверена: сейчас в работах жены нонконформиста Владислава Зубарева увижу какие-то его черты. Казалось бы, а как иначе? Они десятилетиями работали вместе и разрабатывали общий метод. Но она настолько самобытна! У нее совершенно другой художественный язык. Неловко признавать это, но, несмотря на то, что я очень люблю и ценю Зубарева, Гончарук в моих глазах его немного затмила.

Еще две героини выставки — Ольга Потапова и Валентина Кропивницкая — были из одной семьи, которая составляла основу Лианозовской группы шестидесятников. Ольга — мать семейства и жена художника Евгения Кропивницкого, Валентина — их дочь и супруга другого знаменитого мастера, Оскара Рабина. Эти женщины в первую очередь растили детей и следили за бытом в очень непростых реалиях барачной жизни. Но еще и создавали свое искусство, которое оказалось в тени произведений их знаменитых родственников-мужчин.

Мария Раубе-Горчилина совмещала совсем другие роли. Она сама была художницей, причем очень разноплановой: расписывала ткани, делала костюмы, оформляла выставки, а во времена войны занималась маскировкой важных объектов. Но она оставалась еще и единственной моделью Николая Тарасова и хранительницей его наследия, она же опекала возрастного художника Зенона Комиссаренко. Когда наступила оттепель, вместе с Комиссаренко Раубе-Горчилина открыла салон для ценителей неофициального искусства.

Пятая героиня нашей выставки — Лидия Мастеркова, и это редкий случай, когда даже нет необходимости доказывать, что она «не только муза». С легкой руки коллекционера Георгия Костаки Мастеркова получила репутацию «амазонки» второй волны авангарда. Такой же, какой для первой волны была Наталья Гончарова.