Сегодня инженерное ПО переживает самый глубокий перелом со времён появления первых САПР. Сложность изделий и процессов взаимодействия различных дисциплин вокруг изделия такова, что речь идёт уже не о выборе «лучшего CAD, CAE или других отдельных приложений», а о выборе платформы, которая связывает любые инженерные данные: от геометрических моделей, через процессы разработки изделия и подготовки производства, до процессов эксплуатации в единой цифровой среде. Сергей Кураксин, генеральный директор компании «Топ Системы», рассказал, как российская платформа T-FLEX PLM превращает разрозненные ИТ-системы в единое цифровое пространство, способное поддерживать выпуск изделий любой сложности.

— Сегодня много говорят о переломе в инженерном ПО. В чём, на ваш взгляд, суть происходящих изменений: это всё ещё про выбор лучшей CAD/CAE или уже про другое?

— На протяжении десятилетий PLM-системы в России были представлены в основном иностранными приложениями, которые развивались в тесной связке с глобальными производственными компаниями. Сейчас фокус сместился на отечественные технологии, но сложность изделий и процессов взаимодействия различных дисциплин вокруг изделия только нарастает. Требуется интеграция данных и процессов в единой цифровой среде, которая связывает любые инженерные данные: от геометрических моделей, через процессы разработки изделия и подготовки производства, до процессов эксплуатации. Для нас, как разработчика T-FLEX PLM, это не теория: запрос российских промышленных лидеров уже перешёл от покупки разрозненных систем к созданию своего платформенного контура управления жизненным циклом изделий.

— Какие ключевые тренды в инженерном ПО вы считаете определяющими для цифровой трансформации предприятий?

— Во-первых, это переход от набора разрозненных приложений к платформенным решениям. Происходит переход от документоориентированной модели работы над изделием, когда главной задачей был выпуск комплекта документации, к объектно-ориентированной разработке единой модели изделия. При таком подходе PLM-платформа становится координирующим слоем, который соединяет требования, 3D-модели, расчёты, технологическую подготовку, производство, сервис и эксплуатацию в единой цифровой среде. Конкуренция сегодня существует уже не между отдельными продуктами, а между сквозными цифровыми платформами, опирающимися на единую модель данных.

Во-вторых, это датацентричный и модельноцентричный подход. Главный актив современного предприятия — не набор файлов, а связанные между собой инженерные данные: структуры изделий, версии и конфигурации, параметры, результаты расчётов, требования, технологические данные. Именно эти данные становятся фундаментом для управления изменениями, конфигурациями и рисками по всему жизненному циклу изделия.

В-третьих, интеграция искусственного интеллекта и цифровых двойников во все стадии жизненного цикла. ИИ постепенно переходит от стадии экспериментов на стадию инструментов, которые могут быть встроены в самые разные процессы создания изделий: он может помочь в работе с требованиями, в анализе структуры изделий, в повторном использовании наиболее удачных решений.

К этому добавляются интеграция CAD–CAE–MBSE, рост роли открытых интерфейсов и гибридных архитектур, а также ужесточение требований к безопасности и суверенитету инженерных данных.

Все эти тренды для нас не теория, а руководство к действию по развитию T-FLEX PLM. Платформа изначально спроектирована как единое цифровое пространство предприятия, работает с модельноцентричными структурами изделий и данных, поддерживает встроенные инструменты анализа. Мы внимательно смотрим на запросы российских заказчиков и закладываем в продукты те архитектурные решения, которые позволяют не просто «следовать тенденциям», а использовать их для реальной цифровой трансформации наших промышленных предприятий.

— Как вы формулируете цель развития T-FLEX PLM и на что делаете ставку с точки зрения архитектуры и технологического суверенитета?

— Наша цель — предоставить отечественной промышленности технологически независимое инженерное ПО корпоративного уровня, способное поддерживать разработку и выпуск изделий любой сложности. Мы строим PLM-платформу, сопоставимую по архитектурным принципам с решениями мировых лидеров, но ориентированную на российские отрасли и требования технологического суверенитета. В составе комплекса есть все необходимые приложения: для проектирования, инженерного анализа, конструкторско-технологической подготовки производства, управления мастер-данными и нормативно-справочной информацией, планирования и управления проектами разработки, сопровождения и обслуживания изделия. Это даёт возможность выстраивать единую цифровую среду — от концепции изделия до его эксплуатации и обслуживания.

Вопрос безопасности и суверенитета данных для нас принципиален: T-FLEX PLM сертифицирован ФСТЭК, реализованы механизмы разграничения доступа, ролевые модели, аудит действий, работа в закрытых контурах. Дополнительный стратегический слой — собственное геометрическое ядро RGK. Сегодня мы параллельно используем лицензируемое ядро Parasolid и российское геометрическое ядро RGK, уже применявшееся в проектах ФПИ и «Росатома». RGK SDK уже открыт для пробного использования сторонними разработчиками. Это не только обеспечит независимость от импорта, но и позволит внедрить в ядро возможности поддержки сложной геометрии, разработки изделий из композитов, фасетных моделей и MBD/PMI.

— Что отличает T-FLEX PLM как платформу от набора отдельных приложений, и как устроена эта платформа «под капотом»?

— В основе T-FLEX PLM лежит объектная модель изделия и единое информационное пространство. Платформа описывает изделие через взаимосвязанные структуры: конструкторскую, производственно-технологическую, эксплуатационную, а также модели требований, функций, логики и физической реализации. Выстраивается единая информационная модель изделия, которая включает разные виды структур, данных и их связи. За счёт этого платформа может синхронизировать работу конструкторов, технологов, расчётчиков, служб сервиса и управления проектами в одной цифровой среде.

Инструменты управления конфигурациями позволяют управлять составом изделия, используя критерии по датам, опциям, сериям, номерам экземпляров, а также формировать структуры для разных модификаций и этапов разработки. Фактически PLM становится «единым источником правды» об изделии для всех подразделений — от КБ до производственных и эксплуатационных служб.

— Как вы обеспечиваете целостность данных и качество информации в этом едином пространстве?

— Переход к датацентричной архитектуре для нас — не лозунг, а реальность. T-FLEX MDM управляет нормативно-справочной информацией: материалами, типоразмерами, технологическими операциями, нормами. T-FLEX PDM отвечает за структурированные инженерные данные и техдокументацию.

Мы работаем с динамическими структурами изделий и конфигурированием по применимости. В проектах с «Роскосмосом» и ОАК внедрены автоматическая проверка оформления конструкторской документации и электронных макетов, контроль целостности единой модели изделия, сквозной учёт требований и изменений. То есть T-FLEX PLM становится не только хранилищем, но и механизмом доверия к данным.

— Сложные изделия невозможно выполнить без применения системной инженерии и управления требованиями. Как эти подходы реализованы в T-FLEX PLM?

— Мы внедряем подход системной инженерии на базе моделей — MBSE. В основе работы лежит модель RFLP: требования, функциональное, логическое и физическое представления изделия. T-FLEX Управление требованиями позволяет вести разработку и учёт требований, и связывать их с объектами единой модели изделия, а инструменты системной инженерии позволяют сформировать функциональные и логические модели, архитектуры, электронную структуру изделия. В результате возникает связанная информационная модель, по которой можно проследить, почему тот или иной компонент появился в конструкции и какую функцию он выполняет.

Платформенный подход позволяет получить сквозную модель изделия, в рамках которой процессы и данные интегрированы. Инструменты управления конфигурациями в T-FLEX DOCs позволяют работать с модификациями, сериями и отдельными экземплярами, формировать структуры для разных вех разработки и диапазонов номеров изделий. Это критично для серийной продукции, сложных машин, авиа- и ракетно-космической техники.

— Как вы используете искусственный интеллект и концепцию цифровых двойников в T-FLEX PLM, и какие задачи эти технологии уже помогают решать на реальных проектах?

— Мы рассматриваем ИИ как встроенный функциональный слой. В T-FLEX PLM уже используются нейросетевые методы при работе с требованиями: классификация, поиск, сопоставление с объектами электронной структуры изделий. Это особенно важно для сложных изделий, где число требований и проверок исчисляется тысячами.

Параллельно мы развиваем интеллектуальный анализ структур изделий, поисковые сценарии по параметрам, рекомендации по повторному использованию решений. В перспективе поверх единой модели данных T-FLEX PLM будут работать различные цифровые ассистенты: от советника для конструктора до аналитики по себестоимости и надёжности.

Цифровые двойники мы развиваем в двух направлениях: изделия и производственные системы. Для изделий — электронный макет с многосерверной средой разработки, уровнями детализации, разными представлениями для проектирования, производства и эксплуатации, управлением конфигурациями и поэкземплярным учётом. В проектах ОАК формируется базовая структура цифрового двойника с учётом серийных номеров и обслуживаемых компонентов.

Для производств мы объединяем T-FLEX Технология, CAM и ТОиР: от технологической подготовки и программ для станков с ЧПУ до планирования и управления обслуживанием. В проектах с Группой ГАЗ были выстроены сквозные цепочки, где структура изделия, требования, технологии и оборудование описаны в едином информационном пространстве — это база для цифровых двойников линий и предприятий.

— Заказчики всё чаще живут в мире MultiCAD и множества систем. Как T-FLEX PLM работает в такой среде: от интеграции CAD, расчётных модулей и MBSE до обмена данными с ERP, MES и внешними системами?

— Сегодня на платформе T-FLEX PLM реализуются лучшие мировые практики по формированию единой модели изделия на основе данных CAD, CAE, MBSE, требований и расчётных данных. T-FLEX CAD поддерживает сложную геометрию, параметризацию, работу с фасетной геометрией и PMI. T-FLEX Анализ, Динамика и специализированные приложения по деталям машин обеспечивают расчётный контур, а инструменты системной инженерии и 1D-моделирования интегрированы в PLM-платформу. В проектах для «Роскосмоса» и ОАК мы уже работаем с едиными функциональными и логическими моделями изделий, связанными с конструкцией, технологией и испытаниями.

Не менее важны открытые интерфейсы и MultiCAD. Мы поддерживаем обмен через универсальные форматы, включая JT, и прямую работу с форматами зарубежных систем — CATIA, NX, CREO, SolidWorks, Solid Edge, Inventor и др. Это позволяет использовать T-FLEX PLM как платформу управления данными для всей инженерной инфраструктуры. Для интеграции с ERP, MES и системами мониторинга развиваем открытые API, многосерверные схемы обмена данными, сценарии с синхронной и асинхронной передачей и протоколированием операций.

Мы движемся в сторону гибридных архитектур: сочетание локальных установок, отечественных облаков и web-доступа. T-FLEX PLM поддерживает Linux и Windows, многосерверные среды, web-просмотр электронных макетов со структурой, PMI и анимацией разборки. Это позволяет строить гибкие сценарии: от «тяжёлых» инженерных клиентов до лёгкого доступа для смежных служб.

— Каков масштаб внедрений T-FLEX PLM и какую роль платформа играет в цифровой трансформации российских предприятий?

— Сегодня комплекс T-FLEX PLM используется у тысяч заказчиков — от крупных холдингов до специализированных машиностроительных и приборостроительных, судостроительных и авиакосмических предприятий. Мы участвуем в особо значимых проектах дорожной карты «Новое индустриальное программное обеспечение», где формируются эталонные цифровые среды для ключевых отраслей. По их итогам ожидается, что значительное число рабочих мест конструкторских бюро в контуре ОЗП будут оснащены нашими продуктами, а функциональность, отработанная на флагманах, станет доступна широкой экосистеме российских предприятий.

Отдельное направление — образование. Мы передали более 42 тысяч образовательных лицензий, развиваем академическую программу «Факультет САПР», работаем с ведущими вузами и техникумами. По сути, вместе с платформой инженерного ПО мы строим платформу подготовки кадров, которые изначально мыслят моделями, данными и сквозными цифровыми процессами.

Если говорить образно, мировые PLM-платформы — это магистрали цифровой индустрии. Мы строим свою магистраль: совместимую с мировыми стандартами, но проложенную по нашему рельефу и под наши скоростные режимы. Создание платформы мирового уровня — марафон, а не спринт, но у нас уже есть скорость, архитектура, продукты, проекты, собственное ядро и партнёрская сеть. И мы уверены, что «Топ Системы» будут одним из игроков, определяющих, как будет выглядеть инженерное ПО в России и на развивающихся рынках через десять–пятнадцать лет.