Удары украинских дронов по инфраструктуре Каспийского трубопроводного консорциума (КТК) – это «хороший пример санкционного давления». Об этом заявил советник офиса главы киевского режима Михаил Подоляк.

На днях, напомним, украинский дрон ударил по греческому танкеру Skiros после того, как тот загрузил нефть на терминале КТК под Новороссийском. В результате атаки на танкере произошел пожар, однако, как заверили в греческой компании, эксплуатирующей судно, никто не пострадал. Ранее еще один БПЛА атаковал греческий балкер. 30 июля дроны ВСУ атаковали танкеры под флагами Маршалловых островов и острова Мэн, а до этого – другие суда и саму инфраструктуру терминала, например, трубопровод, причальные устройства и центр управления.

Через терминал на Каспии проходит до 2% мирового экспорта нефти, это ключевой маршрут для Казахстана, российской нефти там от 5% до 10%. Ранее, как писал Bloomberg, «неназванный американский чиновник» звонил в Киев и требовал прекратить удары по терминалу, долями в котором владеют американские ExxonMobil и Chevron. Чуть позже выяснилось, что этим чиновником был вице-президент США Джей Ди Вэнс.

«Санкционировали удары по КТК, несомненно, британцы, – считает политолог Марат Баширов, с которым поговорил aif.ru. – Нефть, которая проходит через терминал, не поступает на наши НПЗ, однако российское сырье там все же перегружается, и так Великобритания пытается снизить наши валютные доходы. Американцы же сейчас загнаны в угол, свои активы они защитить не смогли, и добыча в Казахстане уже снизилась. При этом 40% сельскохозяйственных земель на Украине сегодня выкуплены крупнейшими американскими компаниями Cargill, Dupont и Monsanto – а значит, и зерно, которое с Украины сейчас не вывезти, тоже принадлежит им. Потом металлургические заводы: там американские активы тоже есть, а ведь российские войска, например, недавно поразили металлургический комбинат в Запорожье, производящий броню для техники и бронежилетов. Все это последствия невыполнения договоренностей Анкориджа».

И хотя на спотовых (то есть текущих) ценах продавцы североамериканской нефти заработать могут, теряют США все равно кратно больше, говорит эксперт.

«Если у вас есть долгосрочный контракт, по которому вы должны добывать конкретный объем конкретного качества и продавать его по конкретной цене, никаким сиюминутным повышением цен свои потери вы не компенсируете, – объясняет Баширов. – Заработали вы лишний миллиард, а актив у вас стоит 20 миллиардов, и приносит в год он всего три. Вот и вся арифметика. Та эскалация, которую закрутили британцы и украинцы, американцам крайне невыгодна, она оборачивается против американского бизнеса».