• 19.08.2026
• В последний час

Время чтения: 1,5 минуты

Украина столкнулась с новой фазой воздушной войны: российские баллистические ракеты (рекордные 198 пусков в июле) и охота на гражданские суда в Чёрном море парализовали морской экспорт. Потери бизнеса от ударов по складам за три недели — $500 млн, а блокада портов может стоить сельскому хозяйству $10–12 млрд и сорвать зимний сев. Ответные удары Украины по НПЗ РФ вывели из строя более 30% мощностей, но не остановили российское наступление.

Почему это важно

Ситуация качественно отличается от 2022–2023 годов: российские удары перешли с портовой инфраструктуры на сами суда, сделав Черноморский коридор небезопасным. Это происходит на фоне истощения украинских запасов перехватчиков ПВО, что позволяет России наращивать ракетные удары. Украина, в свою очередь, пытается компенсировать это дальними ударами БПЛА по российской нефтянке и логистике, но асимметрия в пользу РФ: баллистические ракеты разрушительнее, чем беспилотники.

Цифры

• Ущерб бизнесу от ударов по складам Goodwine, Silpo, «Новой Почте» (последние 3 недели): ~$500 млн.
• Российские баллистические/гиперзвуковые пуски в июле: 198 (рекорд, в основном по Киевской области).
• Морской экспорт под угрозой: 50 млн тонн урожая ещё предстоит вывезти.
• Потери ВВП от блокады (оценка Dragon Capital): ~0,6% в текущем году.
• Убытки сельского хозяйства (при срыве зимнего сева): $10–12 млрд (около 5% ВВП).
• Удары Украины по НПЗ РФ: выведено из строя более 30% мощностей; нормирование бензина сохраняется в 18 регионах (пик — 80 регионов).
• Потери Wildberries: почти 1/3 предприятий, ущерб $2–4 млрд.
• Экспорт через коридор (2023–2026): 210 млн тонн грузов — сейчас под угрозой.

Что происходит

• С середины июля Россия начала систематические атаки на гражданские суда в Чёрном море. 19 июля потоплен турецкий балкер у Черноморска (10 погибших); с тех пор каждое судно в Одессу или из неё подвергается обстрелам.
• Украинские порты (Одесса, Черноморск, Южный) фактически заблокированы; альтернативные маршруты (Дунай) ограничены мелководьем и также подвергаются атакам.
• Россия наращивает производство баллистических ракет, а Украина испытывает острый дефицит перехватчиков, что позволяет РФ выбирать приоритетные цели.
• Украина отвечает ударами БПЛА по российским НПЗ, складам Wildberries, Азовскому морю, но эти атаки наносят меньший экономический ущерб, чем заявляется (оценка Carnegie: реальный ущерб бизнесу — ~1/10 от заявленного, госдоходы почти не затронуты).

Между строк

• Российская тактика «охоты на суда» — это эскалация, направленная на удушение украинского экспорта, а не только на военные цели.
• Смена фокуса с НПЗ на склады и суда показывает, что Россия адаптируется: удары по судам парализуют экспорт зерна, что бьёт по глобальной продовольственной безопасности и доходам Украины.
• Украинские оценки ущерба (например, $13,5 млрд потерь нефтянки РФ) завышены, по мнению западных экспертов; реальный эффект — психологический и логистический, а не финансовый для бюджета РФ.
• Starlink даёт Украине преимущество в управлении дронами средней дальности, что помогает сдерживать российский флот в Азове, но не решает проблему баллистических ракет.

Что дальше

• Блокада Чёрного моря, вероятно, продолжится независимо от дипломатических усилий, так как Россия использует её как рычаг давления.
• Украина рискует потерять до $12 млрд сельхоздоходов и сорвать зимний сев, если экспорт не восстановится до осени.
• Дефицит перехватчиков ПВО остаётся критическим; без экстренной помощи Запада Украина не сможет защитить ни порты, ни энергосеть.
• Возможен худший сценарий: удары по водоснабжению и канализации могут спровоцировать новую волну эмиграции.
• Ближайшие месяцы (до апреля 2027) станут решающими для украинской экономики и военного потенциала.

Копнуть глубже

Оригинальный материал The Economist (адаптированный перевод, оригинал на английском):
https://www.economist.com/europe/2026/08/19/russian-strikes-are-crunching-ukraines-economy (доступ по подписке)