19 августа 1991 года, 35 лет назад, ленинградцы, включившие телевизор, увидели на экране балет «Лебединое озеро», который показывали по всем каналам. Людям было ясно: что-то случилось.

Вскоре выяснилось — в СССР произошла попытка государственного переворота. Организатором стал Государственный комитет по чрезвычайному положению (ГКЧП). Правда, продержался он всего три дня, с 19 по 21 августа 1991 года, но это время стало экзаменом для всей страны. В историю происходящее вошло как Августовский путч.

Как события разворачивались в нашем городе? Как вели себя представители власти и простые горожане? Что позволило прорвать информационную блокаду? И какие выводы из уроков прошлого мы можем сделать сегодня? Подробности — в материале spb.aif.ru

Основные требования — навести порядок, не допустить развала СССР, отстранить от власти президента СССР Михаила Горбачёва и изменить политический курс страны. По их мнению, «Воспользовавшись предоставленными свободами, попирая только что появившиеся ростки демократии, возникли экстремистские силы, взявшие курс на ликвидацию Советского Союза, развал государства и захват власти любой ценой. Растоптаны результаты общенационального референдума о единстве Отечества. Циничная спекуляция на национальных чувствах — это лишь ширма для удовлетворения амбиций. Ни сегодняшние беды своих народов, ни их завтрашний день не беспокоят политических авантюристов», - говорилось в обращении ГКЧП, куда входили представители высшего руководства Советского Союза. Вице-президент, премьер-министр, ряд министров...

Основные действия разворачивались в Москве, но серьёзно затронули они и Ленинград. Главным представителем ГКЧП в городе стал командующий Ленинградским военным округом генерал-полковник Виктор Самсонов, назначенный комендантом. Местные средства массовой информации уже в утреннем эфире передали его обращение (сразу после общесоюзного), из которого стало понятно: в Ленинграде вводится чрезвычайное положение и особые меры. Они включали запрет на проведение собраний, уличных шествий и других массовых мероприятий. Также нельзя было использовать множительную технику, радио- и теле аппаратуру. Устанавливался контроль за СМИ и особые правила пользования связью, ограничивалось движение транспорта и разрешалось проведение досмотра.

Правда в реальности никаких жёстких ограничений не наблюдалось — люди ехали на трамваях и троллейбусах, шли на работу, вещали радиостанции и выпускались газеты. Так знаменитым стал выпуск «Вечернего Ленинграда» № 190 (19480) от 19 августа 1991 года с белыми пятнами вместо материалов — результатом цензуры ГКЧП. Напряженной была обстановка и возле Мариинского дворца. Упорно ходили слухи, что в город должны были войти войска и тяжелая техника, танки, поэтому добровольцы стали сооружали баррикады.

Утром 19 августа мэр Ленинграда Анатолий Собчак ещё был в Москве, где участвовал в подготовке нового Союзного договора. Однако уже через несколько часов он вернулся в Ленинград и прямо из аэропорта направился в Главный штаб к Самсонову. Мэр напомнил командующему о последствиях применения армии против граждан в Тбилиси в 1989-м, но генерал и сам понимал всю остроту положения.

Позже Виктор Самсонов скажет, что режим ЧП на самом деле в городе не вводился, а десантную дивизию, которая шла в Ленинград из Пскова, он сам остановил в 70 километрах своим приказом. Как бы то ни было, но в городе удалось избежать стычек, крови и противостояния. Также в Ленинграде большой политический вес имели силы, поддерживающие демократические преобразования, поэтому буквально с первых часов с трибуны Ленсовета начали звучать заявления о незаконности ГКЧП.

А вечером Собчак, председатель Леноблсовета Юрий Яров, глава Ленсовета Александр Беляев и вице-мэр Вячеслав Щербаков приехали в телецентр на Чепыгина. Так как политическим руководителям распоряжением ГКЧП давать эфир было запрещено, для подкрепления они взяли роту ОМОНа. Однако вмешательство силовиков не потребовалось. Эфир состоялся и Анатолий Собчак объявил, что на 20 августа собирается общегородской митинг на Дворцовой площади. Массовые акции указом ГКЧП тоже были запрещены, поэтому контр-адмирал и вице-мэр Щербаков снова отправился к командующему генералу Самсонову.

Общий язык найти удалось и на следующий день уже к десяти утра Дворцовая была заполнена горожанами. Пришли тысячи человек, в том числе представители знаменитых заводов ЛМЗ, «Светлана», «Кировский завод», «Ленполиграфмаш», «Нева», «Красный треугольник», ЛОМО и других производственных коллективов. По разным оценкам в тот день на Дворцовой собралось от 100 до 300 тысяч человек. Для охраны выставили свыше 800 милиционеров, опасались стычек, но все прошло мирно. Тем не менее в переулке Антоненко развернули полевой госпиталь. К приему раненых готовились и Военно-медицинская академия, госпиталь в Кронштадте. Напряжение было таким, что на Дворцовой, Исаакиевской люди не расходились до ночи, так что власти продлили работу метро и отменили развод мостов.

21 августа стало известно — войска из Москвы вывели и в Ленинград танки не войдут. Баррикады у Мариинского стали разбирать, чтобы они не мешали движению, а вечером на Дворцовой состоялся концерт популярных групп «Поп-механика», НОМ, «Наутилус Помпилиус», «Пикник» и других. Название говорило само за себя — «Рок против танков», а зрители стояли с плакатами «Долой тотолитаризм!»

«Почему провалился августовский путч? Есть несколько объективных причин,- высказал свою точку зрения историк, политолог Юрий Светов. — Страна менялась. Появились новые авторитетные органы власти, прошел съезд народных депутатов, а в городах выборы мэров. Компартия Советского Союза, которая была направляющей и руководящей силой страны согласно 6- статьи Конституции начала не только де-юре, но и де-факто терять своё безграничное влияние».

В Ленинграде, по словам Юрия Светова, был избран Ленсовет, где обсуждали городские проблемы и принимали решения. Также прошли выборы мэра — впервые в своей истории город выбрал руководителя. И действия ГКЧП воспринимались как вмешательство, ограничение свободы и волеизъявления народа. «Мы выбрали власть исполнительную, законодательную и вдруг вы, никем не избранные, заявляете, что можете принимать за нас решения?»

Собчак тоже, считает эксперт, при всей спорности его фигуры чувствовал себя законно избранным главой города, имеющим полномочия и право действовать, как он считает нужным. Отсюда решительность и смелось, а его выступление на митинге у Ленсовета и на Дворцовой многие очевидцы помнят до сих пор.

«Я был на митинге на Дворцовой площади, — вспоминает те августовские дни Юрий Светов. — Причём вместе со знаменитым музыкантом, дирижёром Юрием Хатуевичем Темиркановым и театральным художником Игорем Алексеевичем Ивановым. Тогда Темирканов жил на Малой Морской и его жена Ирина Константиновна, очень отзывчивая женщина, делала дома и раздавала строящим баррикады бутерброды, печенье, воду. Этот порыв тысяч горожан, которые вышли на площадь, здорово сработал. Не всё было слышно, но люди пришли за другим. Увидеть, что они не одни в своем неприятии ГКЧП, представители которого не имели ни авторитета, ни влияния. Я видел такое единство, только когда полетели в первые космонавты — Гагарин и Титов».

«Почему при попытке сохранить СССР, которую предприняли участники ГКЧП, их никто не поддержал? Первое — люди были заняты другим — выживанием. Еды нормальной нет, продукты по талонам, жить не на что. Ну и разваливайся — никому не жалко, — объясняет реалии того времени директор института Современного государственного развития Дмитрий Солонников. — Второе — если беретесь что-то делать, нужно все просчитать. Не просто объявить ГКЧП, а предоставить серьёзный план развития, как вы перехватите рычаги управления, наведет порядок в экономике, финансах, выстроите внешнюю и внутреннюю политику. И будете за это отвечать. Само по себе ничего не получится. Также непонятно бездействие КПСС — где она была в тот момент, почему ничего не смогла сделать? Это большой вопрос на который и сейчас нет чёткого ответа».

Прошло 35 лет и сегодня, по словам экспертов, произошедшее должно стать уроком для всех. «Власть должна быть в постоянном диалоге с народом. Говорить и объяснять свои действия, разговаривать с жителями. И тогда город и страна тебя услышат в самую трудную минуту».